Чтение онлайн

– Вряд ли вы понимаете, как рискуете.

– Детектив Файн, я рискую каждый раз, когда выхожу из этой двери. Как долго можно с этим жить? Эта женщина хочет нашей смерти. Я видела это. Чувствовала. Мы хотим спокойно жить, увидеть, что будет дальше. Это стоит риска.

– Завтра, – сообщил Аш. – В два часа, в его поместье на Лонг-Айленде.

– Жаль, что не в Люксембурге, – вздохнула Лайла, чем вызвала улыбку Аша.

– Менее чем через двадцать четыре часа?

Уотерстон покачал головой.

– У нас чертовски мало времени.

– Думаю, отчасти поэтому я и согласился. Это подскажет ему, что я хочу завершить сделку как можно скорее.

– Он вообразит, что ты попросишь миллионы, – вздохнула Лайла. – Но то, о чем ты его попросишь, застанет его врасплох. И заинтригует.

Он присел рядом с ее стулом.

– Поезжай в дом моего отца. Позволь мне сделать это.

Она сжала его лицо ладонями.

– Нет.

– Обсудите это позже, – посоветовал Уотерстон. – А пока поговорим о том, что вы сделаете, чего не сделаете, и если дойдет до этого – где и когда произведете обмен.

Он посмотрел на Файн.

– Тебе лучше позвонить боссу, подумать, как снабдить их микрофонами, если найдутся, и как сделать, чтобы все вышло по-нашему.

– Мне все это не нравится.

Она поднялась.

– Вы мне нравитесь. Оба. И я чертовски об этом жалею.

Она вынула телефон и отошла, чтобы позвонить лейтенанту.

Когда они остались одни, Лайла громко вздохнула.

– Боже. В голове не укладывается! Пароли, коды и процедуры… пойду наложу второй слой краски в ванной, прежде чем фэбээровские техники доберутся до нас. Подумать только, мы работаем под прикрытием! Я буду не я, если не выжму из этого книгу! Такой материал не должен пропасть зря!

Она вскочила со стула.

– Что скажешь, если мы позже просто закажем пиццу? Пицца – еда, о которой не приходится думать, когда мозг устал.

– Лайла, я люблю тебя.

Она остановилась. Почувствовала, как знакомо сжалось сердце.

– Не пользуйся этим, чтобы заставить меня остаться дома. Я не хочу быть упертой, не хочу размахивать феминистским флагом, хотя и могла бы. Тот факт, что я иду, безоговорочно должна идти, должен бы кое-что сказать о моих чувствах.

– А что ты чувствуешь ко мне?

– Пытаюсь сообразить, но знаю, что не сделала бы такого ни для кого больше. Ни с кем больше. Помнишь сцену из «Возвращения джедая»?

– Что?

Она закрыла глаза.

– Пожалуйста, не говори, что не видел фильма. Все рухнет, если ты не видел «Звездных войн».

– Видел, конечно.

– Спасибо тебе, господи! – пробормотала она, снова открывая глаза.

– Сцена, – пробормотала она, – на лесной луне Эндора. Лейю и Хэна захватили недалеко от территории имперских штурмовиков. Ситуация хуже некуда. Она показывает ему оружие, а он говорит, что любит ее. Она отвечает… улыбается и отвечает: «Я знаю». Но не говорит, что любит его. Да, она впервые говорит это в фильме «Империя наносит ответный удар», до того, как Джабба Хатт приказывает заморозить его в карбоните, но эта сцена на Эндоре показывает, что они были вместе. На радость или на горе.

– Сколько раз ты видела сериал?

– Неважно, – ответила она немного чопорно.

– Наверное, тысячу. Значит, ты принцесса Лейя, а я – Хэн Соло.

– Просто хочу добавить: он любил ее. Она знала это. И наоборот. Это делало обоих храбрее. Сильнее. Я чувствую себя сильнее, зная, что ты меня любишь. Я никогда такого не ожидала. Пытаюсь привыкнуть к этому. Как ты и сказал.

Она обняла его. Слегка покачнулась.

– Когда я признаюсь тебе в любви, поймешь, что я говорю правду, особенно, если бы мы попали в ту же ситуацию, что принцесса и Хэн, на лесной луне Эндора, и с единственным бластером на двоих.

– Почему-то я нахожу это самым трогательным из того, что кто-то когда-либо говорил мне.

– Тот факт, что ты… я пытаюсь привыкнуть к тому, что ты меня понимаешь и все равно любишь.

– Я предпочел бы быть Хэном Соло, нежели блестящей рыбой.

Она рассмеялась и отстранилась, чтобы видеть его глаза.

– Я предпочла бы быть принцессой Лейей, чем той, кто пытается подцепить на крючок блестящую рыбу. Итак, я возвращаюсь к покраске ванной, потом работаем с ФБР, потом заказываем пиццу. Согласись, Аш, что теперь мы ведем интересную жизнь, и, да, хотим, чтобы эта часть поскорее закончилась. Я очень верю, что можно наилучшим образом использовать место своего пребывания, пока там находишься. И…

Она сжала его руку и отступила.

– У нас все сработает. Как сработало между Лейей и Хэном.

– Ты не… Как там называлось ее оружие?

– Вижу, ты нуждаешься в вечере марафонного показа «Звездных войн» для освежения памяти. Бластер!

– У тебя не будет бластера.

– Но у меня есть то же, что у нее. Хорошая интуиция. И у меня собственный Хэн Соло.

Он позволил ей продолжать, потому что какой-то частью сознания полагал, что она права. Вместе они будут сильнее. Думая об этом, о ней, он поднялся в мастерскую, чтобы закончить ее портрет.

На следующее утро Лайла решила пойти в галерею. Аш настоял, чтобы сопровождать ее, а потом ушел, чтобы дать ей и Джули время побыть вместе.

– Ты хочешь сказать мне что-то такое, чего я не хочу слышать.

– Возможно. Аш отправился в пекарню, чтобы поговорить с Люком. Ты моя самая близкая подруга, поэтому мне нужно рассказать тебе кое-что и кое о чем спросить.

– Ты идешь на встречу с Вазиным.

– Сегодня.

– Сегодня? Но это слишком скоро!

Встревоженная, Джули схватила Лайлу за руки.

– Ты не готова. И не можешь…

– Все устроено. Позволь мне объяснить.

И она рассказала Джули обо всех этапах, планах и замыслах.

– Лайла, я не хочу, чтобы ты это делала. Уезжайте с Ашем куда-нибудь, даже если это означает, что мы больше никогда не увидимся. Я знаю, ты не сделаешь этого. Потому что знаю тебя. Но очень хотелось бы, чтобы ты уехала.

– Я думала об этом. Действительно думала прошлой ночью. Лежала и перебирала все в голове снова и снова. И поскольку пыталась найти выход, вдруг поняла, что речь больше не идет о сексе, забавах и взаимной симпатии. Полагаю, между нами с самого начала было не только это. Но куда бы мы ни поехали, все равно это будет что-то вроде домашнего ареста. Мы никогда не будем твердо уверены, не сможем считать себя в полной безопасности.

– Но более уверенны. В большей безопасности.

– Я так не думаю. Я начала играть в «что, если». Что, если она не найдет нас и начнет охотиться на наши семьи? Наших друзей? Она может найти моих родителей, Джули, убить их или покалечить. Покалечить тебя. Я не могу жить с этими «если».

– Знаю, что не можешь, но не хочу, чтобы ты туда шла.

– Мы работаем с полицией. Получим потрясающие микродиктофоны последней модели. А главное, Аш предложит ему то, что он хочет. Ему нет причин убивать нас, если мы согласимся дать ему желаемое. Мы должны убедить его пойти на сделку. Потом мы уходим. И в дело вступает полиция.