Чтение онлайн

– Думаешь, я – дурак? Я знаю, что у меня дом в залоге и вы можете его забрать. Только я так просто его не отдам.

– Мне не нужен твой дом! – стал терять терпение Андрей. —

Я не банковский клерк. Еще раз говорю, я пришел помочь тебе решить твой вопрос.

Мужчина продолжал недоверчиво смотреть на Андрея. В следующее мгновение спросил:

– И как ты мне поможешь?

Карпов быстро объяснил схему погашения.

– Врешь, – проговорил хозяин дома, прищурив глаза. – Не может быть, чтобы я должен был только три миллиона.

– Вот бумаги, – проговорил коллектор и протянул их через калитку. – Смотри, если словам не веришь.

Мужчина осторожно взял бумаги, отошел чуть подальше и изучал их минут десять, а после поднял голову и посмотрел на Андрея. В жестком взгляде теплилось удивление с каплей надежды.

– Неужели вы спишете мне остальной долг? Мне нужно будет отдать всего три миллиона? Я не верю…

– А это правда. Если разрешите мне войти, я расскажу все подробнее.

Мужчина впустил Андрея. Он рассказал ему своем бизнесе, о громком фиаско, об ипотеке. А в конце, как водится, добавил, сколько раз безуспешно приходил в банк и просил пойти ему навстречу.

– Где справедливость-то? – возмущался должник. – Я пять раз заявление писал, что временно не могу выплачивать, что попал в сложные жизненные обстоятельства, просил заморозить, дать отсрочку… А толку никакого!

Через несколько дней заемщик, продав машину и заняв у друга недостающую сумму, полностью рассчитался с кредитом.

Эта история всегда вызывала у Андрея улыбку. Ведь после успешного погашения кредита бывший должник пригласил коллектора к себе в гости и накрыл стол. «Да, – мелькнуло в голове Андрея, – шашлыки были отменные».

– Я ж думал, коллекторы, – делился подвыпивший предприниматель, – отбирают деньги. Ну, знаешь, наживаются на человеческом несчастье. А тут такое… Прямо спасли меня, вытянули из этого дерьма, в котором я оказался… Вот спасибо, Андрюха. Честно, спасибо. Хорошее ты дело делаешь. Я так тебе скажу – достойное дело.

После каждого подобного дела в Андрее крепла уверенность в том, что он занимается все-таки неплохой работой. Несмотря на то что с голубого экрана коллекторов поливали грязью, он видел, что все больше и больше людей говорят ему спасибо. Бывший опер знал, что те затравленные заемщики, к которым он приходил, выплачивали долги и продолжали жить, оставляя в прошлом давящее на них клеймо должника. У людей, с которыми он часто оставался в приятельских отношениях словно вырастали крылья и расправлялись плечи.

С другой стороны, Карпов не питал иллюзий по поводу своего труда. Он отлично понимал, что делает сложную, тяжелую работу. И осознавал, что без нее никак. Он часто сравнивал коллекторов с волками, судьба которых – быть санитарами леса.

«В любом правовом государстве, – размышлял он, – где существуют товарно-денежные отношения, обязательно возникают ситуации взаимных долгов. И, если этот рынок будет цивилизованным, то всем будет понятно, как в этих ситуациях вести себя. С кем вступать в переговоры и чем регламентировать все это».

Андрей понимал, что коллекторы «ПКБ» делают, по сути, добро из зла. Они спасают людей, попавших в жизненную ловушку, – помогают им выплатить маленькую часть висящего на них долга. В противном случае те полжизни прячутся от закона, не веря в справедливость, и каждодневно ощущают давящий груз неоплаченного кредита.

Кроме того, кошелек Карпова, где до этого полноправно хозяйствовал ветер, стал каждый месяц наполняться. Он с радостью отметил, что его зарплата в какой-то момент превысила скромное милицейское жалование, на которое он жил еще год назад. Спустя еще полгода «вчерашний» сыщик получал уже в четыре раза больше, чем на службе в органах. Враждебный мир вдруг развернулся к нему лицом и стал «награждать рублем» за сделанный выбор.

С ростом доходов росла и внутренняя потребность развиваться. Молодой коллектор начал посещать различные тренинги по коммуникациям, переговорам. Он до дыр зачитывал книги по НЛП, изучал различные модели переговоров, пробуя вырабатывать собственные техники.

На второй месяц такого самообразования Андрей отметил, что в его списке почти нет «провальных» дел. Он научился виртуозно преодолевать агрессию должников, легко доносить выгоду через их отрицание и удивительно быстро располагать людей к себе.

Каждое утро Андрей не шел – бежал в офис. Такого рвения Карпов не испытывал никогда прежде. Раньше он с нетерпением ждал конца рабочего дня и выходных. В ПКБ все перевернулось с ног на голову: бывший опер не хотел, чтобы будни заканчивались, а в дни законного отдыха чуть ли не считал часы до его окончания. Старый советский плакат с надписью «Скорей бы понедельник, и снова на работу», как ни смешно, стал его мысленным спутником.

Андрей кайфовал от каждой минуты, проведенной в офисе или на выезде. Это была любовь – та, которая возникает, когда человек нашел дело всей жизни.

Утром он приходил в офис ровно к девяти и первым делом проверял обязательства, данные клиентами по выплатам прошедших суток. Тех, кто нарушил обязательство, Карпов обзванивал заново. Напоминал о себе и тем, кто должен был заплатить только завтра или даже послезавтра, проверяя «настрой» заемщика.

После Андрей планировал выездные мероприятия на текущий день. Они складывались из тех, от кого не пришел платеж (и дозвониться до них не получилось), и из новых должников. С последними предстояло установить контакт, выяснить ситуацию и достичь согласия.

На собственном опыте Андрей убедился, что с новыми заемщиками нужно договариваться по телефону о встрече. О встрече, а не о закрытии долга. Он часто так и говорил: «Мне нужно с вами встретиться. Вам удобнее приехать к нам в офис, или чтобы я сам приехал к вам?»

Действуя подобным образом, ты поднимаешься на две ступени выше, чем конкуренты, и «клиент» понимает: это уже совсем другой уровень коммуникации. Ему звонит не тот, кто хочет поскорее «стрясти бабла», а тот, кто готов приехать и выслушать.

Когда он заработал свои первые шестьдесят тысяч в коллекторской компании, Андрей решил, что он – настоящий волшебник. Голова закружилась настолько, что коллектор Карпов искренне поверил в свою исключительность. «Достаточно одного моего появления, – проносилось в его голове. – И все конфликты разрешаются, а все должники тут же готовы сотрудничать».

Именно в те летние дни, когда он решил, что схватил бога за бороду, начался его медленный, но вполне закономерный откат – один из самых сильных в его жизни. Постепенно доходы бывшего мента снизились до пятидесяти тысяч, потом до тридцати и продолжали стремительно падать. А спустя несколько месяцев он вернулся к тому, с чего начинал.