Чтение онлайн

– Да успокойтесь, женщина! – улыбнулся ей Григорий. – Тут и так всё ясно, как белый день. В семье – не без урода, ну и у нас, соответственно… Вы сейчас заходите к Ирине, в дом. Запишитесь, у кого документы есть – подготовьте. Потом на проживание вас определим уже. Кого-то – вон, к Макар Степанычу, на Вельшино, кого-то – тут, в Селе поселим. Не волнуйтесь – всех разместим.

– Ох, храни вас Господи, мужчины! – запричитала Лидия. – Мир-то – не без добрых людей! Это ж надо, чего творится!

– Вы не волнуйтесь только. Идите, идите. – подтолкнул повариху к дому Алпатов. – А с вами, мужики, мы тут пока поговорим. И покурим заодно.

Фёдор достал из кармана пачку сигарет и угостил сельских – Григория, Степана Политыча и деда Макара.

– Ну, про вас дед Колычев вкратце мне описал. – затягиваясь, начал Алпатов. – С вами-то проблем меньше, у вас-то дом и всё своё. Служили сами?

– Да нет.
– ответил за обоих Фёдор. – Не довелось как-то. Но вроде не мясные оба. Я – КМС, по плаванию правда, Иван вон – боксом серьёзно занимался. Стреляем нормально, с типовым оружием знакомы.

– Ну это ладно… – задумчиво произнёс Алпатов. – Автобус, недоезжая шоссе – ваша работа?

– С мертвяками который был, у Арининского? Мерседесовский? – уточнил Ваня.

– Этот самый. – подтвердил Григорий.

– Этот – наша. – кивнул Иван. – А что нам на него – молиться надо было?

– Да на фига? Наборот – молодцы!

– Рады стараться. – ухмыльнулся Срамнов.

– Что рады – тоже замечательно. Вы же, мужики, понимаете – время такое пришло, что на халяву отдохнуть на дачке не получится. С вас тоже участие потребуется. – начал Алпатов как-бы издалека.

– Макар Степаныч объяснил уже. – прервал его Фёдор. – Хотим и будем участвовать.

Оба старика, Политыч и Степаныч, одобрительно закивали головами.

– Тогда ещё проще. – улыбнулся Алпатов. – Вот Степан Политыч – знакомьтесь. Он у нас группой разведчиков с сегодняшнего дня командует. К нему вас и определим – так будет правильно.

– Правда, сынки, группы-то никакой пока и нету. – усмехнувшись, уточнил Политыч. – Создать токо ещё предстоит её.

– Вот вместе и создадите. – хлопнул старика по плечу Алпатов. – А я поспособствую всеми средствами. Политыч – он лесник местный, в Лесхозе работал. Леса все наши – словно книгу читает. В охране вам, мужики, делать нечего – у нас тут местные все. Ну, а если нашествие какое или на зачистку поедем куда – тогда, конечно, поучаствовать придётся. А что делать… Но, как я и говорил тебе уже, Степан Политыч – основная задача для вас будет людей по деревням живых искать, транспорт и всё, что нужно. Обсудите сами с чего начинать, без меня. Дел – вагон ещё. Вы, парни, к Бате вроде идёте, я слышал?

Друзья в недоумении, как по команде, подняли брови.

– Ну, к батюшке нашему. – уточнил Алпатов и посмотрл на часы. – Если собрались – поспешайте. Служба скоро, и людей к нему теперь толпа… Ладно. Сами договаривайтесь, а завтра после Службы ко мне подходите – покумекаем, с чего начать стоит.

– Гришь. Я тут с вопросом одним, коли уж речь зашла. – остановил собравшегося уже уходить Алпатова, Фёдор.

– Какой вопрос?

– Да про дрова…

– Не морочься на этом. Проблема очерчена – думаем бригаду дровосеков со следующей недели запускать, с приданной техникой и охраной. Теперь всё сложно… Есть у нас мужик один – Михалыч, всю жизнь лес валил и дело это знает. Вот он и собирает народ сейчас. Так что – не парьтесь. Всё?

– Пока -да.

– Тогда шуруйте к Бате. И – дозавтра.

Григорий ушёл, подкатив свой велосипед, подошёл к друзьям их новый командир – Степан Политыч.

– Ну добро, сынки. Я тоже поеду. Как договоримся-то с вами?

– А если в гости пригласим? – предложил Фёдор.

– В гости? А почему отказываться. – согласился старик. – Приду – вот, аккурат после Службы. Надо навёрстывать. – подмигнул парням Политыч. – Где живёте-то?

– Со стороны леса третий дом по правой стороне.

– Ну что ж – ждите тогда.

– Будем.
– кивнул Иван.

Политыч оседлал свой велосипед, а друзья вместе со старостой направились к церкви.

– С оружием нельзя в храм. – остановили их два вооружённых ружьями мужика на паперти храма. – Сдать нужно. Распоряжение отца Паисия.

– Раз надо – так надо. – согласился Срамнов, снимая ремень автомата и отсоединяя рожок.

– С патронами тоже нельзя. – корректно, словно оправдываясь, добавил мужик. – Ничего такого нельзя в храм вносить.

Фёдор с Иваном аккуратно поставили свои автоматы в железный ящик, где уже нашли своё пристанище ещё несколько единиц огнестрельного оружия – в основном гладкоствола, и несколько косорезов с топорами. Туда же отправились ножи и прочая экипировка друзей.

– Вы не волнуйтесь, ребята – тут не пропадёт, мы смотрим. – пояснил «корректный».
– Беженцы, что ли?

– Типа того. – разглядывая резные двери в храм, ответил Срамнов.

– Ну идите. Служба вот-вот начнётся.

Стараясь топать потише, друзья вошли в притвор. Было очевидно, что храм отделан совсем недавно – на стенах не было росписей и библейских сцен, пахло свежеотремонтированным помещением пополам с ладаном и благовониями – хороший, церковный аромат.

Так вот ты каким стал, подумал про себя Фёдор. Для него Кушалинский Духов храм всегда представлялся таким, как в детстве – разрушенным величественным остовом чего-то нездешнего, того, возврата к чему уж не будет никогда. И вот теперь, благоговейно ступая по полу восстановленного храма, он удивлялся – это сколько же сил, воли и средств понадобилось этому отцу Паисию, чтобы восстановить из руин такую громаду! И это ведь не Москва, а скромное, никому не ведомое и не нужное при прошлой жизни Кушалино – село в тверской глубинке, задыхающееся под катком проклятой «суверенной» демократии, для которой духовная жизнь народа – эфирное, несущественное ничто.

Это в Москве бывший мэр, «крепкий хозяйственник», Лужайкин ввалил миллиарды нефтяных рублей в махину Храма Христа – Спасителя, в надежде, что за это добрый Боженька спишет все его грехи – его и окружающих его жадных, разрывающих и растаскивающих городской бюджет подельников. Устроили клоунаду – огромный храм в центре столицы. Для избранных, элиты. В то время, как страна дожёвывала последние крохи с жирного, сального московского стола.

Всё просрали. На Дальнем Востоке обживаются китайцы, лезет с Кавказа чёрный червь ваххабизма со своими террористами, ненавистью ко всему русскому, презрением. Инфрструктура по всей стране загибается, живёт только труба и те, кто эту трубу обслуживают и охраняют. Царство Трубы, Роисся. Никакой идеологии в стране, парализованной ужасающей коррупцией и засильем ментов – её неотъемлемой части. Милицейское Царство Трубы Роисся. Армии нет, её добивают – а на горизонте страшная война, война с вековечным врагом, заточенным только на одну цель – НАТО.

И вот всё стало на свои места. Но прав был Троцкий, утверждая: чем хуже – тем лучше. Хуже, чем теперь, наверное, уже некуда. Зато появился хоть и призрачный, но шанс. Возродить свою поруганную страну, очистить её от мусора зомби, чиновников, коррупционеров – разом. Возродить и дух, и совесть русского народа – какая светлая цель. Ну, а несколько дней назад, такого шанса в принципе не было.

Внутри храма собралось немало народу – все тихонько ждали начала Службы. Дорасписать церковь не успели – грянуло, а рабочие леса иконописцев так и остались стоять внутри. Сразу бросилось в глаза, что по всему храму не горели свечи. Дед Макар объяснил, что со свечами напряжёнка, поэтому горят только лампады. Друзья обошли огромный храм, крестясь на светлые, какие-то особенные даже, образа.