Чтение онлайн

И хотя вплоть до Американской революции Англия была для многих колонистов «матерью-родиной», тем не менее уже около 1765 года в колониальной прессе англичан часто называли «иностранцами».

Развивавшаяся американская культура способствовала зарождению общих интересов, самопроявлению их и возникновению у колонистов сознания своего единства. Во всех колониях появились газеты, и круг читателей некоторых из них выходил за пределы провинциальных границ. Появились журналы «для всех колоний», как объявил один из них. В 1741 году в Филадельфии появился «Америкен мэгезин» [«Американский журнал»] и в том же году, в том же городе — франклинов «Дженерал мэгезин» [«Всеобщий журнал»]. Появился и ряд других журналов, носивших название «Америкен мэгезин», в Бостоне (1744 год) и снова в Филадельфии (1755 год), причем последний возвестил в своем первом номере, что одной из главных его целей являлось «дать одной колонии представление об общественном состоянии другой».

В этих органах, а также в отдельных публикациях родилась на свет американская поэзия, достигшая своей высшей точки в «Поэме о растущей славе Америки» Филиппа Френо, которая была прочитана в 1771 году в Принстоне во время актовой церемонии. Здесь поэт, перед взором которого открывалась растущая слава отчизны, видел, как

Уже в колониальный период приобрели известность такие американские художники, как Роберт Фик, Чарлз Пил, Джон Копли. В их творчестве явственно проявились национальные черты, оно вызвало горячие одобрительные отклики, в которых нельзя не почувствовать патриотического и национального звучания. Выдвинулись такие историки колоний (которые не только жили, но и писали и публиковали в колониях свои труды, касавшиеся отдельных областей), как Берд, писавший о Виргинии, Принс — о Нью-Йорке, Хатчинсон — о Массачусетсе; Уильям Дуглас излагал историю колоний как единого целого.

Тем временем весь облик американца, его манера поведения и интересы делали его отличимым, когда он попадал за границу, от англичанина; отличительные особенности приобретал и самый его язык — акцент и интонация. Так, по свидетельству Босуэлла, один лондонский лавочник сразу же узнал американца, ибо, заявил он: «Вы говорите не по-английски, не по-шотландски, а на каком-то языке, который отличается от них обоих и является — я прихожу к такому выводу — языком Америки». Различие заключалось не только в акценте и интонации; новые слова, заимствованные из языков индейских и африканских, голландского и шведского, немецкого и французского, прокладывали свой путь в повседневную американскую речь.

И когда по окончании Семилетней войны Англия направила свои усилия на разработку такой системы господства и эксплуатации, которая могла бы быть сразу и единообразно применена во всех колониях, она тем самым реагировала не только на свои собственные нужды, но и на растущее фактическое единство своих тринадцати колоний. Только этим можно объяснить единство противодействия указанной политике, мгновенность, с какой смог появиться на свет «конгресс по поводу акта о гербовом сборе», и фразу, брошенную этому конгрессу делегатом от Чарлстона — Кристофером Гадсденом: «На нашем континенте не должно быть ни новоангличан, ни нью-йоркцев и т. д.; все мы должны быть американцами». Фраза эта выражала в условной форме то же самое, что Патрик Генри утверждал категорически и с некоторым преувеличением в своем знаменитом заявлении, сделанном десять лет спустя: «Различия между виргинцами, пенсильванцами, нью-йоркцами и новоангличанами более не существует. Я не виргинец, а американец».

Подобного рода высказывания, а также чувства и настроения, которые они отражали, и исторически сложившаяся действительность, лежавшая в основе самих этих чувств, вводят нас в новую эпоху — эпоху Американской революции. Этой эпохе посвящена, разумеется, колоссальная литература. И все же, полагая вместе с Миллем, что «по каждой из всех великих тем многое еще не сказано», автор данных строк надеется, что он, возможно, будет извинен, если в следующем томе добавит к этой литературе несколько собственных страниц.

1 E. P. Cheyney, European Background of American History: 1300—1600, авторское предисловие; D. J. Boorstin, The Americans: The Colonial Experience, p. 110.

2 Уэсли Фрэнк Крейвен удачно заметил: «…даже при беглом знакомстве с письменными свидетельствами бросается в глаза тот факт, что лишь немногим историкам удалось дать почувствовать в полной мере, насколько индейская проблема поглощала энергию и думы колонистов» — «The Southern Colonies in the Seventeenth Century», p. 173 n.

1 По Утрехтскому миру, которым была завершена война, Англия получила Ньюфаундленд, Новую Шотландию и район Гудзонова залива, расположенный в нынешней Канаде. Она приобрела также монополию на работорговлю, обслуживавшую испанские колонии.

1 В это время такие английские города, как Бристоль, Ливерпуль и Манчестер, насчитывали менее 30 тысяч жителей.

2 Закон, действовавший с 1664 по 1667 год и направленный главным образом против квакеров, предусматривал, что всякий, кто трижды был признан виновным в посещении незаконных религиозных собраний, мог быть выслан в колонии сроком на семь лет; вероятно, до ста человек действительно угодили в колонии в силу данного закона. Уже не сто, а сотни были высланы в колонии в качестве политических преступников, когда речь шла о шотландских повстанцах-националистах, особенно после восстания 1679 года. Надо еще назвать акт 1670 года, предусматривавший высылку тех, кто, зная о нелегальной религиозной или политической деятельности, отказывался стать доносчиком. Некоторые — число их неизвестно, — не согласившиеся добровольно деградировать, были отправлены в колонии.

3 Louis B. Wright and Marion Tinling, eds., The Secret Diary of William Byrd.

4 Следует отметить, что исключительный случай действительного освобождения рабов путем восстания — в Гаити — произошел в стране, где они составляли 90 процентов всего населения (причем многие среди свободного населения сами не были белыми), и увенчался успехом, когда держава-метрополия сама находилась в состоянии революции.

5 Отдельные колонии запрещали также браки между неграми и белыми — типичным был мэрилендский закон 1692 года, предусматривавший, что белая женщина, вышедшая замуж за негра, становилась служанкой сроком на семь лет; негр становился слугой пожизненно.

6 Следующее столетие характеризуется преобладанием в плантационной экономике рабовладения (chattel slavery) над кабальным рабством (indentured servitude). Однако в XVIII столетии вспыхивают и отдельные восстания кабальных слуг. Так, например, в 1729 году в Виргинии они сожгли дотла поместье Томаса Ли, исполнявшего обязанности губернатора колонии.

1 К 1662 году обнищание стало такой проблемой в Бостоне, что город выстроил приют для бедных. К XVIII столетию во всех больших и малых колониальных городах был один или несколько приютов для бедных.

2 Более ранний случай насильственной вербовки четырех нью-йоркских рыбаков в английский военно-морской флот, имевший место в 1714 году, кончился взрывом народного возмущения и разрушением небольшого военного корабля. О том, каким злом была насильственная вербовка для всех американских колоний, см. Dora Mae Clark, The Impressment of Seamen in the American Colonies, в Essays in Colonial History Presented to Charles M. Andrews, p. 198—244.

3 Зять Трайона, сборщик налогов, был признан виновным в вымогательстве, но отпущен на свободу. Этот акт, служивший типичным образчиком коррупции правителей, явился искрой, воспламенившей восстание «упорядочителей» в Хиллсборо, так что Трайон имел сильные личные побуждения, когда он возглавил карательную экспедицию. Зять этот, Эдмунд Фэннинг, командовал во время Американской революции торийским полком в Нью-Йорке, стяжавшим печальную славу своей жестокостью.

1 Ведь писал же Уильям Бёрд I из Виргинии вскоре после революции 1689 года: «Когда в теле происходят болезненные процессы, члены его не могут не быть поражены; оттого-то мы здесь не можем рассчитывать на спокойные времена, пока в Англии не установится мир».

2 Уместно отметить, что Виргиния с 1652 по 1660 год также была фактически самоуправляющейся областью, настойчиво утверждавшей, что ее местные органы управления должны быть высшей властью в своей местности.