Чтение онлайн

Я выглянул с револьвером наперевес и начал стрелять по наименее защищённым боевикам, пуская яркие лазерные лучи. Снова прогремел залп ракет, и волна наступающих пропала в стене огня. Когда вспышки взрывов исчезли в накалившемся воздухе, по дороге к паркингу подъехал бронетранспортёр Колониальной Пехоты с символикой Красавчика Джека.

Сам пахан явился разбираться. Покинув свой транспорт, Джек пошёл к полю боя. Следом тянулась четвёрка телохранителей с ростовыми полицейскими щитами. Пройдя вдоль целых и не очень автомобилей своих подручных, главарь вышел на линию напротив входа в кабину. В этот момент я чуть сместился к окну и прицелился.

Джек снял солнечные очки и повесил на карман рубашки, после чего зашагал в сторону континентальника. На середине своего пути он сбавил темп и начал хлопать.

– Великолепное зрелище, Диал! Настоящая огненная геенна, – сказал он на повышенных тонах, – Ты прекрасно показал, что брать тебя штурмом было плохой затеей. Правда, как и конструкторы танков прошлого, допустил одну ошибку.

Красавчик Джек достал красно-белую упаковку сигарет и, вытащив одну, закурил, пока выдерживал театральную паузу.

– Корма не защищена.

До меня быстро дошло, что он имел ввиду. Я выпучил глаза и посмотрел на Диала, который только и мог, что зарычать от осознания своего поражения. Джек тем временем нацепил свои солнечные очки. Я не удержался и, прицелившись, выстрелил Красавчику в лицо. Лазерный луч вылетел из ствола револьвера и ударил в голову пахана. Он закричал от жуткой боли, но сквозь его стоны можно было расслышать фразу «Не стрелять». Брендан заскочил в водительское сиденье и дал по газам. Континентальник рванул прочь от «Цыпочек», устремляясь в никуда прямо по пыльному шоссе, а из динамиков грузовика неизвестный кантри-музыкант пел о дороге и о том, что только она является нашим Чистилищем.

Я чувствовал, как моё тело волочат по бетону. Где-то на фоне велась стрельба, слышались неразборчивые крики моих товарищей. Из района живота по телу расходилась ноющая боль. Открыв глаза, я увидел летящие импульсы плазмы, капли дождя, и небо, которое потихоньку закрывал потолок бункера. Ко мне, лежащему на полу, подбежал кто-то из наших, и начал помогать закидывать меня внутрь. Наконец, меня уложили к стене, и я, кривясь от сильной головной боли, попытался осмотреться. Наш грузовик, пробитый в нескольких местах, остановился напротив меня, и из кабины выскочил сержант, держащийся за простреленную руку.

– Закройте эту сраную дверь! – рявкнул он, вскидывая плазмер и пуская очередь. Ствол вскинуло вверх, и импульсы ушли веером.

Кто-то ударил по панели, и огромная металлическая дверь начала опускаться. Побитые колпехи начали с удвоенным рвением отстреливаться от наседающих защитников. Противники потихоньку останавливались, ибо понимали, что подстрелить кого-то уже не успеют. Стрельба прекратилась, и наступила тишина. Колпехи дружно выдохнули и переключились на раненых. Дос аккуратно спустил человека со своих плеч. Факир посадил Грациани рядом со мной. Макаронник приветливо махнул рукой и улыбнулся сквозь боль.

– Рад, что вы целы, специалист Данлоп, – пробормотал он.

– Что произошло? – спросил я, пытаясь подняться, но тут же оседая обратно.

– Рядом с вами подорвалась граната, Поласки вас затащил на своём горбу. Фордж погиб... – протянул Грациани, вытаскивая окровавленной рукой из подсумка энергетический батончик, но отвлёкся, сфокусировавшись на цистерне. Он тихонько заговорил, и в его голосе явно слышалось отчаяние, – Я... Не выдержу ещё одну смерть. Не смогу... Надеюсь, всё это не зря.

– Знаешь, я тоже.

В это время наш единственный медик при помощи лейтенанта вытащил из кузова Фирса, вместо ног которого был кровавый фарш. Поласки протянул свой автодок, и Дос сразу же приступил к работе. В это время сержант Тейлор подошёл ко мне и помог подняться. С его лица не сходила печальная ухмылка.

– Стягивай жилет и куртку, залатаем. Тебе повезло, осколок посёк тебя и вылез, пока Поласки тебя тащил, – буркнул он, помогая мне расстегнуть жилет и убрать его в сторону. Сняв с меня рваную куртку, он вытащил бинт и начал наматывать. Завязав концы в узел, сержант накинул на меня бронежилет, – Нам нужны все доступные бойцы.

Твой плазмер у Поласки, не забудь забрать.

– Сэр, есть, сэр. Как обстановка? Мне кажется, по состоянию здоровья прогулял немного, – спросил я, застёгивая свой бронежилет.

– В общем и целом, мы в жопе. Фордж мёртв, Фирс остался без ног. Танкерова прошили в нескольких местах, так что он небоевой. Грациани и я - по мелочи, отстреляемся. Ты тоже считаешься по мелочи, раз не свалился, пока я это озвучивал. В порядке только лейтенант и рядовые Факир и Поласки.

– Какой план? – я с надеждой посмотрел в глаза сержанта, – Он хотя-бы есть?

– Планы придумали неудачники, Данлоп, – заметил Тейлор, – Но есть цель, поставленная лейтенантом – занять ЦУ. Оттуда мы перелопатим их системы обороны и дадим сигнал нашим, что здесь ещё ведётся бой. Как по мне, звучит реально.

– Не мне судить, сэр, – попытался я избежать того, о чём догадывался, и сержант только подтвердил мои опасения.

– Как не тебе? Ты теперь наша козырная карта. Нет, ну надо же – прорваться на базу врага таким тупым способом. Так что, в захвате ЦУ ты принимаешь прямое участие.

– Ох, пля... – на выдохе брякнул я, – Когда этот день закончится?

– Когда мы покинем Балтимор. Когда мы отсюда свалим... – протянул сержант, после чего помотал головой, чтобы не зависнуть надолго. Тейлор отмахнулся от меня и пошёл к Грациани, чтобы залатать и его.

Я сделал несколько шагов и скривился – живот болел, и болел неприятно. Но ходить можно, а значит боеспособен.

Поласки сидел на ящиках и проверял боезапас. Судя по его кислой мине, с этим делом у него было не густо. Все мы потратили много зарядов, так что многие были на пределе и ждали возможности перехватить трофей. Увидев меня, Поласки бросил мне плазмер. Я на лету поймал «Косореза» и повесил его на плечо, после чего сел рядом и посмотрел на боевого товарища.

– Ты как? В порядке? – спросил я, и тут же увидел, как он нахмурился и опустил взгляд.

– Не уберёг я Форджа. А его мать ведь просила... – пробормотал Поласки, и резко ударил кулаком по бедру, – Просила сберечь придурка! Защитить, чтобы не помер в какой-нибудь жопе галактики! Чтобы вернулся! А я... Не смог. Он мне как младший братишка был. Знаешь, такой, несмышлёный, которого оберегать хочется просто потому что иначе он, балбес, не выживет. И что в итоге? Его сраный труп, пробитый осколками, валяется снаружи, пока я сижу здесь и жду чуда! Твою мать!