Чтение онлайн

– Оно последнее.

– Это только предположение. Про Восточный холм мы тоже раньше не подозревали. А сейчас там может произойти катастрофа…

– Катастрофа произойдёт, если мы не улетим отсюда.

Тим вопросительно посмотрел на отца, но ему ответил Шенми:

– Нонтеррум вскоре станет непригоден для жизни. Нам не хватит времени, чтобы найти другие залежи топлива, которых, скорее всего, и нет, – он развёл руками. – Мы почти уничтожили экологию. И саму планету.

– Как и все предыдущие, – равнодушно сказал отец.

«Мы так торопились и жадно всё забирали себе, что не подумали про пути отступления».

Тим хотел возразить, но отец сурово взглянул и повысил голос:

– Тимфорт! Разговор окончен! Восточный холм начнём бурить по моему приказу. – Он повернулся в кресле и осмотрел присутствующих. – Вы можете быть свободны.

Тим снизу-вверх смотрел на покидающих кабинет управляющих, словно искал поддержки, но они проходили мимо. Он уставился на отца и раскрыл рот, чтобы продолжить робкий спор, но тот вновь перебил его:

– Ты тоже свободен!

Тим вышел за порог. Ему хотелось хлопнуть дверью, но в последний момент он сдержался и тихо прикрыл её.

«Ладно, я пытался… Должен был поговорить – поговорил. Я сделал всё возможное. Хватит с меня. Но Корди… Надеюсь, что с ней всё будет хорошо».

Тим наткнулся на Хэйли, которая выскочила из тёмного угла, и окунулся в яркий, пьянящий, но чуть горьковатый цветочный аромат её духов. Она лукаво взглянула на него скрытыми под ядовито-зелёными линзами глазами, изогнула одну бровь и едва заметно улыбнулась. Цвет её волос длиной ниже лопаток изменился со вчерашнего дня: угольный у корней плавно переходил в изумрудный, а на кончиках – в неоново-салатовый.

– Ты покрасилась! – удивился Тим.

– Заметил? Ты такой внимательный! – Хэйли накрутила прядь волос на палец. – Это самое модное окрашивание! Нравится?

– Мне всё в тебе нравится… – проникновенно ответил он и улыбнулся: – Ты, по-моему, уже все оттенки зелёного перепробовала. А что ты здесь делаешь?

– Тебя ждала, – Хэйли повисла у него на шее. Вытянула губы и прижалась к его щеке. – Чего такой обиженный?

– Каждый раз одно и то же, – пробубнил Тим. Его руки скользнули по её смуглым плечам, спустились по облегающему платью и обвили тонкую талию. – Он никогда меня не слушает…

– Не мешай ему! Он здесь главный. Раз он так сказал, значит, это правильно, – она осыпала его лицо и шею поцелуями после каждого предложения. – Будешь ему перечить, он не передаст тебе правление. Соглашайся с ним и поддерживай, чтобы он видел, что воспитал достойного преемника. Пускай бурит этот холм, если хочет. Ещё бы! Там такие запасы топлива…

У Тима подкосились колени и участилось дыхание. От её горячих поцелуев он соображал с трудом и, только когда она остановилась и заглянула в глаза, он тихо сказал:

– Люди ведь могут погибнуть… и планета тоже…

– Планета? Погибнуть? – рассмеялась Хэйли и провела кончиками пальцев по его щеке. Мурашки пробежали по телу.

– Да, действительно, звучит глупо, – усмехнулся он. – Просто Корди мне сегодня говорила такие странные вещи…

Хэйли закатила глаза.

– В любом случае – плевать! Это пока что не твоя работа. – Она широко улыбнулась и взяла его за руку. – Давай лучше прогуляемся?

Тим словно очнулся:

– Ты вроде что-то говорила про холм?

– Такая отличная погода! – она потянула его.

Тим в задумчивости побрёл за ней прочь из корабля.

«Права ли она? Может, отец действительно ожидает, что я буду во всём с ним соглашаться? И он передаст правление только тому, кто всегда на его стороне? Какому-нибудь Вайанду, например… А я много спорил. А что, если отец обо мне сегодня плохо подумал и теперь никогда не отдаст правление? А что подумали управляющие? Ох, как же стыдно! Я мямлил что-то непонятное. Даже графики не показал. Ну какой из меня правитель?»

Щёки горели, пока Тим рассказывал о своих переживаниях. То винил себя, что не смог отстоять мнение на собрании, то сожалел о споре, а Хэйли молча слушала, редко кивала, улыбалась и гладила его по плечу, затем снова отворачивалась и глядела на океан. Тим не заметил, как они вышли на городской пляж. Под ногами гремели жестяные банки, трещали пластиковые бутылки, шуршали полиэтиленовые пакеты, а в подошвы кроссовок впивались стеклянные осколки. Чёрная вода вместо пены приносила на берег новый мусор.

Неподалёку отдыхали люди. Они расстелили разноцветные покрывала, набрали еды и напитков в ближайших палатках и, жуя, смотрели на островки чистой воды, где плескались их супруги с детьми. Некоторые мазались кремом, чтобы загар ложился ровнее, и подставляли бледным лучам лица и спины – хоть пелена и скрывала светило, но не защищала от ожогов в полной мере.

Неподалёку, на пляже, семейная пара расстелила красно-оранжевое покрывало. Женщина улеглась, но затем недовольно поморщилась, поёрзала, встала и вытащила из-под бока жестяную банку. Отбросила в сторону, снова легла и закрыла глаза тёмными очками. Мимо, хрустя пластиковым мусором под ногами, пронеслись мальчик с синим надувным матрасом подмышкой и девочка с розовым кругом на шее.

– Далеко не заплывайте! – крикнула женщина им вслед.

Дети осмотрелись. Мальчик указал пальцем на более-менее чистый островок воды в нескольких метрах, они весело закричали и помчались к нему наперегонки. Плюхнулись, подложив под животы матрас и круг, и принялись грести, отталкивая руками плавающий вокруг мелкий мусор.

Женщина перевернулась спиной к свету и расстегнула застёжку на купальнике в надежде получить ровный загар. Её взгляд привлекли ларьки с едой и напитками, выстроенные вдоль пляжа.

– Купи нам мороженое и что-нибудь попить, – сказала она мужу.

Он вернулся через пару минут с пакетом в руках. Женщина застегнула купальник, села, взяла у мужа мороженое и уставилась на детей в воде. Супруг опустился рядом с ней, вместе они разорвали неоново-жёлтые обёртки и отбросили их подальше.

– Идите мороженое есть! – махнула рукой женщина.

Дети прибежали. Бросили матрас и круг, обтёрлись полотенцами, выхватили мороженое из пакета и плюхнулись поверх мусора.

Над ними кружилась небольшая белая птица. Опустилась неподалёку, а поток воздуха от её крыльев смешался с песком и ударил в спину женщине. Она недовольно обернулась.