Чтение онлайн

— Вы не имеете права задерживать нас здесь! — свирепеет Хиллар. — Я требую категорически, чтобы нас сейчас же освободили!

Хусс не отвечает ни слова. После долгой паузы он вдруг зло кричит:

— Молчать, дураки! Что вы на меня набросились, я, что ли, приглашал вас сюда в гости? — И секунду спустя снова спрашивает: — А как там все-таки… за болотом? Не голодаете в колхозе, а?

— Голодаем, как же! — ехидно отвечает Пеэтер. — Соломенные крыши уже все съели, люди ходят на поля валуны грызть. А теперь, прежде чем вы нас не освободите, ни слова больше не скажем!

И хотя Хусс пытается еще расспрашивать, пионеры молчат. Замолкает и Хусс и закуривает уже четвертую сигарету.

— Амнистия… Знаем мы эту амнистию… — ворчит себе под нос Хусс и встает. Ничего больше не добавив, он покидает бункер. Закрывает дверь-люк и подпирает ее шестом.

Пеэтер снова принимается грызть веревку, которой связаны руки Сальме…

Мальчиков отделяет от бункера всего каких-то полсотни шагов. Они прячутся за широко разросшийся куст, чтобы перед решительным броском перевести дух, успокоить взвинченные нервы и в последний раз уточнить план действий. Но именно в этот момент мужчины у костра поднимаются. О чем-то споря, двое из них исчезают в темноте, а третий, с автоматом на груди, подходит к бункеру, превращенному в тюремную камеру. Закурив, он неторопливо прохаживается вокруг бункера.

— Охрану выставили, — шепчет Яан огорченно.

Урмас разочарованно молчит. А часовой все шагает и шагает, потом бросает окурок, затаптывает его и тихо входит в бункер.

Надо подождать — это единственное решение, которое может принять Яан.

Часовой выходит из бункера. Он долго возится с пачкой сигарет, прежде чем в темноте вспыхивает огонек спички. Отплевываясь, он быстро шагает к костру. Выбрасывая искры, пламя поднимается выше стен укрытия. Вскоре пламя снова опускается, а часовой медленно возвращается на свой пост.

Тишину ночи нарушает лишь жужжание комаров. Слабый порыв ветра приносит волну теплого, пахнущего лесом воздуха. Мокрая одежда становится не такой холодной и неприятной, а по всему телу потихоньку растекается дремотная слабость. Незаметно для самого Урмаса его щека опускается на ладонь. В глазах у Яана огонь костра и часовой сливаются в какое-то забавное, неясное пятно. Оно становится все бледнее и бледнее, только едва уловимое свечение отделяет его от распростершейся вокруг темноты. В то же мгновение он чувствует, словно проваливается куда-то в бездонную глубину, и вздрагивает.

Слышится усталый голос Урмаса:

— Что случилось?

— Сторожи! Не засыпай! — сердито шепчет Яан и трет слипающиеся глаза.

Урмас просыпается от болезненного тычка в ребра и оторопело озирается. В небе светится первый слабенький зачаток зари. Рука приятеля закрывает ему рот. Урмас просыпается окончательно.

Перед бункером стоят двое мужчин. Один из них покачивается с ноги на ногу, кашляет и сипло бранится:

— Щенки проклятые! Не тронь их! Даже в аду помощникам дьявола положено время на сон, а тут стереги их, торчи всю ночь под открытым небом! Что ты на меня уставился, тюрбанфюрер, пошел спать! — Сквозь ночь далеко слышен звук глубокого, нескончаемого зевка. Огрызнувшись в ответ, бывший часовой оставляет своего сменщика в одиночестве.

— Не трогай их, — ворчит оставшийся вслед уходящему. — И этот тоже фюрер. Командует! Уж я тебе, гад, однажды покомандую!

С карабином наперевес, покашливая, бранясь и беспрестанно чиркая спичками о коробок, чтобы раскурить сигарету, новый часовой топчется между костром и бункером. Время от времени он тупо машет кулаком и громко честит землю, небеса и всю жизнь, а между делом подносит к губам фляжку и каждый раз после этого отфыркивается долго и с удовольствием. Две пары внимательных глаз тревожно следят за ним из-под куста.

Круги, которые вышагивает часовой, становятся все меньше и меньше. Через некоторое время он уже опирается спиной о вход в бункер, поправляет ружье, и в отсвете костра видно, как он вскидывает голову. Но вскоре она низко опускается на грудь. Медленно опускается и выставленный вперед ствол ружья. Неожиданно часовой отталкивается от бункера, напряженно прислушивается, делает несколько нетвердых шагов, бормочет что-то и затем тяжело садится у входа в бункер на землю.

Мальчишки напрягают зрение, но место, где сидит часовой, в тени. Ночь безмолвна, малейший шорох кажется наблюдающим грохотом. Но вот будто бы слышится храп спящего человека. Они смотрят друг на друга тревожно, выжидательно. И тут Яан кивком головы подает знак. Прижимаясь к земле, мальчишки ползут по мокрой траве к бункеру.

Шагах в десяти от часового замирают. До них ясно доносится хриплое дыхание. Скрючившийся часовой блаженно спит. У ног его лежит выскользнувший из рук карабин.

Мальчики чуть слышно держат совет, и Яан ползет к часовому. С отчаянием смертника протягивает он руку. Его пальцы судорожно сжимают холодный ствол. Миллиметр за миллиметром оружие придвигается к Яану.

Дыхание часового прерывается. Яан чувствует, как его тело мгновенно охватывает жар, возникает неодолимое желание вскочить и броситься со всех ног наутек. Но он не делает этого. Наоборот, он еще плотнее прижимается к земле. В груди пойманной птицей бьется сердце. Часовой делает глубокий выдох, стонет во сне и вытягивает ногу. Держа ружье над землей, Яан пятится назад и, уткнувшись в сырую блузу своего друга, заглушает глубокий вздох облегчения.

Ободренные первым успехом, ребята ползут к задней стене бункера. Боязливо взяв карабин, Урмас охраняет Яана, который складным ножом начинает осторожно вырезать дерн из стенки. Чуть позже он берет ружье из рук товарища и кладет его на землю рядом с собой. И они принимаются за работу вдвоем.

Небо над лесом медленно светлеет. В слабом свете ясно различима глубокая дыра в задней стене бункера. Позабыв обо всем, ребята горстями выгребают из нее землю. И вдруг они слышат долгий, громкий кашель и затем ругательство, произнесенное испуганным голосом.

— Ползком! — Яан опомнился первым. Он хватает ружье, и под прикрытием стены бункера оба отступают к спасительному лесу.

— Бежим! — Урмас поднимается и бросается к лесу. Яан следует его примеру.

Почти протрезвевший с перепугу, Левша выскакивает из-за бункера. На опушке леса мелькают какие-то фигуры. Левша вытаскивает из заднего кармана штанов пистолет. Раздается один, другой, третий выстрел. Он выпускает в беглецов весь магазин.

На поляну к костру выбегает с автоматом в руках Хусс.

Разъяренный часовой выхватывает у него оружие и посылает в сторону леса очередь за очередью.

К этому времени появляется и сам Старик.

— Кто-то… крался тут! Убежал в лес! Сатана! — с жаром объясняет Левша и виновато опускает голову, когда Старик спрашивает, где его карабин.

— Еще двое мальчишек! — говорит Старик, выпрямляясь, после того как бегло осмотрел землю позади бункера.

Освещая фонариками следы, оставленные мальчишками, мужчины идут к лесу.