Чтение онлайн

– Друзья! А ведь правы были буржуазные писаки, называвшие вас в первые дни приезда красными агитаторами. Вы сегодня блестяще подтвердили это. На глазах десятков тысяч зрителей взвилось над стадионом революционное Красное знамя. Это ли не самая яркая, самая наглядная и убедительная агитация за Советскую власть! Молодцы, ребята!

На следующее утро шведские газеты восторженно писали о нашей команде, о ее манере игры и высоком боевом духе. И среди наиболее ярких, запомнившихся футболистов неизменно называли Канунникова.

Такую же высокую оценку получал Павел и после всех других матчей этого знаменитого и победоносного турне, которое продолжилось по стадионам Норвегии, Германии, Эстонии. Советские футболисты за эту поездку провели в ворота соперников 85 мячей, пропустив в свои 23. 32 гола забил Бутусов, 27 – Канунников.

Передо мной извлеченный из архива отчет о поездке команды, составленный руководителем делегации для доклада. В нем наряду с общей оценкой турне, цифровыми выкладками о количестве забитых и пропущенных мячей есть следующие слова: «Считаю необходимым особо отметить исключительную по мастерству и силе воздействия на соперников игру Михаила Бутусова (Петроград) и Павла Канунникова (Москва). Даже в очень сильном и ровном составе сборной они выделялись заметно…»

У себя в Москве Павел еще два года продолжал выступать за команду «Пищевик», затем был приглашен в КОР (Клуб Октябрьской революции, прообраз нынешнего «Локомотива») и там не однажды решал исход матчей своей мастерской игрой. Даже скупая в те годы на похвалы спортивная пресса часто выделяла среди участников матчей на первенство города и страны имя знаменитого москвича.

Позволю привести лишь один пример. В 1926 году чемпионат столицы сложился на редкость остро. Вместе со старыми, уже успевшими создать свои прочные традиции клубами звание сильнейших успешно оспаривали и молодые коллективы. Особенно хорошо выступала команда «Динамо», созданная лишь три года назад. Она разгромила пользовавшуюся в ту пору громкой славой «Трехгорку» со счетом 6:2, заставила сложить оружие футболистов сахарного завода (6:1) и «Пролетарской кузницы» (8:2). Оставался последний матч – с «Пищевиком», решавший судьбу первенства.

Он собрал небывалое по тем временам число зрителей. Все ожидали сенсации, но динамовцы на этот раз ушли с поля побежденными. «Вчера мы увидели игру настоящую, увидели мастерство высокого класса,- писал корреспондент центральной спортивной газеты.- У победителей чувствовалось полное единство игроков старшего поколения и молодежи. В нападении как всегда отличился Канунников. Его неувядаемый задор, умные пасовки, правильный выбор места и точные удары вызывали искреннее восхищение на трибунах и ставили динамовских защитников в трудное положение».

О том, какой исключительной и неизменной популярностью пользовался Павел Канунников в стране, говорят две заметки, опубликованные в газетах Ленинграда и Одессы.

«Мы безмерно счастливы,- писала в 1922 году одесская газета,- приветствовать в своем городе команду, в которой выступает знаменитый Павел Канунников. Каждый одессит много слышал о его игре, а теперь увидел своими глазами. Да, мастерство великолепное. Именно два гола, забитые Канунниковым, обеспечили победу москвичам».

В том же году во время очередного визита сборной Москвы в Ленинград местная газета в своем отчете отметила: «Как всегда, в составе Москвы выдающимся солистом выглядит Павел Канунников. Двадцативосьмилетний футболист поражает всех своим юношеским задором. Он как и прежде неудержим в нападении и показывает пример всем нашим форвардам…»

Павел Канунников продолжал играть и в составе сборной страны. Ему приходилось выступать на стадионах Турции, Германии, Австрии, состязаться со сборными рабочими командами Финляндии, Латвии. В составе сборной Москвы он завоевал почетное звание чемпиона Всесоюзной спартакиады 1928 года. Он играл так, что казалось, ничто не помешает этому человеку постоянно находиться в спортивном строю.

Но в дело вмешался один из тех случаев, которые,. увы, нередко происходят, особенно в то время, с мастерами высокого класса. Еще во время поездки сборной РСФСР по Скандинавии в одном из матчей рослый защитник соперников, разъяренный сознанием своей беспомощности перед Канунниковым, бросился на нашего форварда, который в этот момент получил от партнера мяч, и откровенно грубо сбил его. Падать Павлу приходилось не впервой, но на этот раз дикая боль обожгла тело. Друзья донесли его до раздевалки, и подоспевший врач сразу определил: глубокий вывих плечевого сустава. Полчаса пытался он поставить на место «непослушную» кость, довел Павла до обморочного состояния, да так ничего и не смог сделать. Повезли в город, к самому крупному специалисту. Тот осмотрел и сказал:

– Случай исключительно тяжелый…

Домой в родную Москву наш спортсмен вернулся в бинтах. Его обследовали лучшие травматологи профессоры Духовский и Зацепин. Четыре месяца лечения, казалось, дали результаты. Когда летом 1925 года сборная команда Советского Союза выезжала в Турцию, в ее составе все вновь увидели своего любимца Павла Канунникова.

Но никто не знал, что в спешке сборов, а может быть, и потому, что не желал себя показывать «неполноценным» перед товарищами, наш герой оставил дома приготовленный ему протез для плеча. И вот Анкара. До матча осталось всего пятнадцать минут. Советская команда вышла на разминку. Павел разбежался, готовясь ударить по воротам, но мяч, подхваченный ветром, отнесло в сторону. Равновесие удержать не удалось и… снова вывих да еще с переломом. Тут же, на поле, бывший игрок СКС Николай Александрович Бункин, ставший врачом, оказал своему другу первую помощь.

Снова прием у Духовского, затем консилиум Духовский – Зацепин. Знаменитости на этот раз развели руками:

– Мы бессильны помочь…

Спустя некоторое время Канунникова направили в Германию на излечение. Там ему была сделана сложная операция. И вот безапелляционный приговор: спортом заниматься нельзя.

Хмурый, расстроенный уезжал из Берлина Павел. И вдруг на вокзале его окружила толпа людей: знаменитого советского футболиста пришли проводить рабочие-спортсмены Германии, те, с кем еще совсем недавно он сражался на футбольном поле, и те, кто с трибун восхищался его мастерством. Были цветы, добрые напутствия, просьбы передать самые лучшие пожелания советским людям.

Через двое суток – Белорусский вокзал родной столицы. Павла встретил брат Анатолий. Он с увлечением рассказал о чемпионате города, жарком споре за звание чемпиона, новых именах, неожиданностях в исходе поединков.

– А тебя, Паша, очень ждут в команде. Будешь играть?

– А как же! – невозмутимо ответил тот…- Ты же ведь знаешь, что без футбола мне не жить.

И уже через три дня Павел надел на перетянутую ремнями бандажа грудь тугую, аккуратно отглаженную футболку. Выйдя на поле, он провел в ворота соперников три гола из четырех победных, записанных на счет его команды. Это не стало эпизодом. Тяжелая травма не помешала ему играть еще долгое время, доведя свой активный футбольный стаж до солидной цифры – тридцать лет! А потом, уйдя из большого спорта, он долгие годы проработал в отделе футбола ВЦСПС, занимался вопросами торговли спортивными товарами, был директором стадиона на Красной Пресне, где родился и вырос, где пришла к нему большая спортивная слава, где он знал каждый камень и где, кажется, каждый человек знал его.

Здесь же, на Красной Пресне, сейчас ежегодно устраиваются традиционные соревнования на приз заслуженного мастера спорта Павла Александровича Канунникова. Они неизменно привлекают большое число рабочих команд и отличаются высоким боевым накалом.

Как сейчас помню этот день – 10 марта 1968 года.

Я шел по улицам Красной Пресни, похорошевшей за последние годы. Вот корпуса новых домов, возвышающиеся по соседству со старыми, приземистыми, вдавленными в землю. Вот клуб, который жители называют Дворцом культуры, потому что он и впрямь напоминает собой царственное здание – столько в нем простора, света, торжественности.

У входа в клуб огромный, бьющий в глаза алой краткой плакат: «Сегодня в парке традиционные соревнования по русскому хоккею на приз братьев Артемьевых».

Иду в парк. Погода выдалась на славу. Казалось, зима и весна, встретившись на заветном рубеже, щеголяли друг перед другом своим великолепием.

В парке было оживленно, но особенно много людей собралось у основного хоккейного поля. Они окружили его плотным живым забором.

С минуты на минуту должна начаться эстафета: участников состязаний собралось много, они собирались поспорить в искусстве бега по ледянс›й дорожке, а уж потом четырем самым быстрым командам предстояло скрестить клюшки в борьбе за главный приз.