Чтение онлайн

Войдя в кабинет, Зубов вдруг круто повернулся и, смотря в упор на Резанова, резко сказал:

— Заметил я, друг Николай Петрович, что твоя усердная служба приятна государыне. Горжусь твоими успехами. Такие люди нужны нам на высоких постах… Есть тут у меня ответственное поручение… это не приказ, а просто предложение… примешь — буду благодарен, а нет — просто забудем. Поручение важное и ответственное. Хорошо исполнишь его для матушки государыни — забыт не будешь!

— Почту за честь исполнить любое поручение государыни и вашего сиятельства на пользу нашему Отечеству.

— Благодарю! — коротко оборвал его Зубов. — Поручение такое — поезжай в Восточную Сибирь и немедля… Там купец это, как его зовут-то… Шелихов, кажется, большими делами стал ворочать, Америку населяет русскими людьми, селения строит — обещает открыть школы, приюты, музеи, а главное, просит монахов-миссионеров, свет религии, веры нашей христианской принести язычникам — ну и карманы свои купеческие не забывает, деньгами набивает… Так вот к чему я клоню речь — поезжай туда ревизором, оком государыни, да присмотри за купцом этим, так ли все то, что он говорит?.. Окажи помощь братии монашествующей, которая уже на пути туда… Нет ли тут бахвальства, пустых слов — действительно ли корабли готовы везти людей и миссионеров в Америку?.. Поезжай в Иркутск, представишься там губернатору с нашим письмом, он тебе окажет всяческое содействие, увидишь Шелихова, попытайся узнать, что он за человек, а потом по рекам да горам, на берег океана Великого, в Охотск поедешь — наблюдать за погрузкой и отплытием кораблей. Обо всем этом потом отпишешь. Знаю, далек путь, дика еще Сибирь, а особенно места у моря, но надо нам знать более об этом крае, нужен хороший, способный человек и, думается мне, — ты будешь лучшим человеком для этого дела… Ну подумай, да дай мне ответ завтра-

Сразу сообразил Резанов, к чему клонил князь Зубов. Сначала он оторопел, но потом оправился, сам решил, что на время хорошо быть подальше от фаворита.

— Весьма благодарен вашему сиятельству за доверие и честь. С радостью послужу государыне в этой отдаленной окраине империи нашей. А думать мне долго нечего… Поручение это для меня честь, и я согласен ехать туда в любую минуту.

Князь Зубов посмотрел на него в изумлении. Он никак не ожидал такого быстрого согласия. Наоборот, думал, что Резанов будет отказываться, ссылаться на домашние дела, на все что угодно, но не ждал этого быстрого согласия.

— Ну вот и хорошо. Рад, что так скоро принял решение.

— Когда прикажете ехать, ваше сиятельство?

Подобревший Зубов, забывший уже о своих страхах, вызванных появлением соперника, милостиво сказал:

— Трех-четырех дней будет достаточно на сборы? Ну и с Богом! Выполнишь поручение, верну тебя сюда немедленно и получишь повышение — причислю тебя к своей канцелярии.

Резанов даже с радостью принял предложение всесильного временщика, ему хотелось побывать в далекой Сибири «для сохранения здоровья». Да и фаворит успокоился.

На следующий день, когда Зубов представил императрице нового — пожилого — докладчика, Екатерина с изумлением подняла глаза от бумаг на столе:

— А что случилось с этим приятным молодым человеком, Резановым? Не болен ли он?

— Нет, матушка государыня… Ему дано новое ответственное поручение… Пора дать ему и повышение по службе за его исполнительность…

— Ага!..

И она опять склонилась над бумагами. Зубов предпочел дальше не распространяться и предать имя Резанова забвению.

Итак, в первой половине 1790-х годов Резанов совершил далекое путешествие в Сибирь. Это путешествие, совершенно неожиданное для него, предрешило всю его дальнейшую жизнь, а главное, связало его судьбу с судьбой торговой компании, основанной Шелиховым.

Ехать в Сибирь Резанов не страшился. Там, в Иркутске, в это время жил его отец Петр Гаврилович, служивший председателем Совестного суда. И в доме отца молодой Резанов познакомился с «Колумбом российским» Шелиховым, как его окрестил поэт Державин. Три года, проведенные в Сибири, открыли глаза Николаю Резанову на многое. Сопровождая караваны Шелихова в Охотск, сначала длинным путем по реке Лене, а потом по горным увалам и тайге, Резанов познакомился не только с природой. Он увидел и узнал ту особую породу людей, носившую название «промышленных», людей, которые не могли спокойно сидеть на месте, их тянуло куда-то на новые места, людей не боявшихся опасности и смело шедших вперед и раздвигавших границы владений российских, несмотря на полное равнодушие, а часто и противодействие властей.

Встретившись с Шелиховым и его женой, еще молодой, красивой энергичной женщиной, Резанов навсегда связал свою судьбу с этой семьей и с их американской торговой компанией, что могло очень легко разрушить все его планы на дальнейшую карьеру.

Григорий Иванович заразил его своим энтузиазмом, рисуя картины развития торговых операций на Американском материке, основания селений и городов, распространения русского влияния и православия. Многое из того, что рассказывал экспансивный Шелихов, было настолько фантастичным, что умный Резанов не мог не заметить невозможности выполнения. Но он также знал, что здравый подход к этим фантастическим планам, тем не менее может привести к большим, если не сказать блестящим результатам.

И если Шелихов, как казалось, порой излишне увлекался и своим неподдельным увлечением вызывал сомнения в осуществлении его планов, то Наталья Алексеевна произвела более сильное впечатление на Резанова тем, что хотя и полностью разделяла планы мужа, но осторожно и умело вставляла их в такие рамки, что они становились более понятными и достижимыми.

Не только фантастика продвижения в Америку увлекла Резанова — он еще в большей степени увлекся молодой дочерью Шелиховых Анной, достойной дочерью красавицы Натальи Алексеевны. Прошло не так много времени, и Николай Резанов, казавшийся таким холодным, расчетливым молодым чиновником, вдруг преобразился. В присутствии Анны он становился веселым, шутливым, остроумным и даже шаловливым молодым человеком.

Свадьба Николая Петровича с Аней в Иркутском кафедральном соборе превзошла все подобные торжества в истории этого города. Весь иркутский «свет» присутствовал на свадьбе и на последовавшем за ней приеме. Шелихов не пожалел своей мошны. Шампанское лилось рекой.

После этого события жизнь Резанова закрутилась с калейдоскопической быстротой. Женившись на дочери Шелихова, он с головой ушел в дела компании, прекрасно изучил ее сильные и слабые стороны и пришел к убеждению, что планы Шелихова можно претворить в жизнь только в том случае, если компания получит монопольные права на новооткрытые американские земли.

В 1795 году неожиданно умирает «российский Колумб» Шелихов. Резанов, уехавший в Петербург, выписал туда Наталью Алексеевну, ввел ее в высшие круги столицы, что было нетрудно, — красота Шелиховой открывала ей все двери. Она даже стала вхожа в салон князя Зубова. Резанов, кроме своих служебных обязанностей, начал энергичную подготовку своих планов для получения монопольных прав для Шелиховской компании. Он подал на высочайшее имя прошение об учреждении акционерного общества Российско-Американской компании. Пока жива была императрица Екатерина, противившаяся монополии, это прошение лежало под сукном, но с вступлением на престол Павла Первого делу был дан ход, и в июне 1798 года последовал высочайший указ об учреждении Российско-Американской компании, не только получившей специальные привилегии, но даже принятой под покровительство самого государя. Годы тяжелой работы, просьб, неудач, задержек и многих неприятностей в конце концов увенчались успехом. Теперь компания добилась того, к чему с самого начала стремился покойный Шелихов, а потом его жена и, наконец, его зять. Поздно в тот день, почти до утра, горели огни в роскошном доме Шелиховой в Петербурге, куда приехали Резанов с Аней и некоторые из его ближайших друзей — поздравить Шелихову, да и Резанова, с получением монополии. Эта честь, конечно, главным образом принадлежала Резанову. И снова шампанское лилось рекой.

Энергичный Резанов не остановился на достигнутом. Он знал, что главное правление компании, находясь в Иркутске, не имело никакого веса и влияния в столице, и поэтому настоял на переводе правления в Петербург в 1800 году, куда и переехала на постоянное жительство Шелихова. Резанов стал одним из директоров компании. После смерти императора Павла новый молодой император отметил труды Резанова, перевел его в свой круг близких людей и даже сам стал одним из акционеров Российско-Американской компании.