Чтение онлайн

Кэп первым пришел в себя, прерывая коллективное молчание. Его всегда хитрые, прищуренные глаза сейчас напоминали две круглые плошки.

— Легко… — послышался заторможенный голос отца. — Силовой барьер, плюс барьер маскирующий, прибавим сюда воздействие на зоны мозга, отвечающие за страх и получим то, что имеем сейчас.

— Но ведь сканеры не засекли абсолютно ничего! Мы же не раз проверяли!

— Не все технологии можно засечь. Как и не каждое воздействие обнаружить и…

— Хватит! Что мне делать?! — Я не выдержала, сорвалась. Каюсь. Но не было никаких сил слушать их пространные рассуждения о природе этого треклятого барьера! Я понимала их шок, но время, возможно, играло против нас… — Что это за живность, кто-нибудь может мне объяснить?! Где взять противоядие?! Его можно приготовить в наших условиях?!

— Прости, дочка! — чуть ли не хором выдохнули отец с кэпом и перевели взгляд на укусившую Матвейку чешуйчатую "кошку". Кэп смотрел удивлённо, немного брезгливо, но заинтересованно. А вот отец… Его глаза снова округлились. Он осторожно приблизился к хищнику, пригляделся. Затем молча перевел взгляд на спящего на моих руках малыша, уделив особое внимание следу от укуса. Облизал пересохшие, видимо от волнения, губы и покачал головой:

— Противоядие уже нет смысла искать. Да и не существует его…

"Не существует… Уже нет смысла искать… Нет смысла…"

Слова отца, словно бесконечное, мучительное эхо, крутились в моей голове, а я смотрела на посапывающего Матвейку, уткнувшегося в меня своим кнопочным носиком и не могла сделать ни вдоха…

"Уже нет смысла…"

— ...совсем сдурррел! — донёсся до меня, как сквозь вату, грозный рык Марэка.

— ...дочка! Да послушай ты меня! — это уже испуганный, раздосадованный чем-то голос отца. — Не умирает он, слышишь меня?! Всё с Матвейкой будет хорошо! Думаю, теперь даже лучше, чем раньше…

А?

Я с трудом сфокусировалась на склоненном ко мне лице и вместо ожидаемых бирюзовых глаз увидела ещё более яркие, волчьи. Полные неподдельного беспокойства.

— Значит с ним всё будет хорошо? Он не умрет?

Марэк с едва заметной, какой-то кривоватой, улыбкой качает головой: — Старик паники нагнал, не объяснив толком. Ты слишком расстроишься если я ему в морду дам?

По выражению лица понимаю, что Марэк так мрачновато шутит, но всё равно отрицательно качаю головой. На всякий случай.

— Не надо в морду… — бормочу я и перевожу взгляд на смущённого отца. — Оно не ядовито? — Взгляд снова устремляется к безмятежно дремлющему на земле странному существу. — Что это вообще такое? Точнее кто?

— Кошачий дракон… — задумчиво выдает отец.

— Кто?! — а это уже мы все хором. Я с непониманием, как впрочем и Молди вместе с парочкой ребят кэпа. А вот остальные с изрядной долей изумления. Словно само название вида им знакомо, но вот увидеть точно не ожидали. Марэк, кстати, был в числе последних. То есть видеть он это диво дивное, умеющее своим визгом сверлить мозг похлеще бензопилы, он раньше не видел, но слышал?

— Какой дракон? — переспрашиваю я, надеясь на более подробное объяснение.

— Древесный… — снова удивляет меня отец. — Древесный кошачий дракон… Они, древесные то есть, разные бывают. Конкретно этот — кошачий. И, судя по размеру и форме крыльев, молоденький ещё совсем, детёныш.

Форме чего?!

Присмотревшись внимательнее заметила два каких-то небольших, не до конца сформировавшихся ещё отростка на спине, в районе лопаток.

Ох-хох! И правда дракончик! Детёныш… И я его чуть не задушила… С другой стороны, он мне ребенка цапнул. Но Матвейка первый его схватил. Ага, а я недосмотрела за ребенком. Так что вина вся полностью на мне. Ребенку стало любопытно, а животное просто защищалось. А я никудышная мать! У которой ни дня без стресса и смертельных приключений…

Эх…

Я снова перевела взгляд на отца, который сидел на корточках перед спящим… драконом. Вот он осторожно и очень медленно протянул руку и прошелся самыми кончиками пальцев по радужной, перламутровой чешуе. И столько восхищения и неверия было в этом простом жесте!

— Невероятно… — в тихом шепоте отца чуть ли не благоговение звучало. — Они же окончательно вымерли несколько веков назад. Слишком много желающих было заполучить эту хищную диковинку в свою личную собственность, а кто-то и в коллекцию. Они действительно очень ядовитые, но только взрослые, зрелые особи. Этому малышу до полного созревания ядовитой железы еще, как минимум, пара лет.Этот укус… Насчёт него можешь не переживать, дочка. А спит Матвейка потому что сейчас полным ходом между ним и драконом идёт ментальная привязка, формируются связи. Мешать этому важному процессу нельзя, прерывать тем более. Нам по сути остаётся лишь ждать. Малыш проснется сам, когда придет время, так же, как и дракон. Думаю, это произойдет довольно скоро — оба ещё слабые, малыши совсем. Привязка сильной не будет, она окрепнет со временем, с годами. Особенно ментальная.

Книги я на земле читала и немало. Что такое привязка примерно знала.А потому испытала невероятное облегчение услышав, что причина чересчур глубокого сна Матвейки именно в этом, а совсем не в отравлении. Но стоило уточнить пару моментов…

— Что эта привязка даст мальчику? Как на нем отразится? Преимущества, недостатки…

— Защитника юный мурф получит, единожды и на всю жизнь. А ещё верного товарища. После связи двое становятся неразделимы, связаны на всю жизнь, до последнего вздоха одного из них. Поэтому драконы далеко не каждого одаривают такой милостью. Это должен быть кто-то по-настоящему достойный. Матвейка…

— ...схватил дракона за хвост и тот, защищаясь, его цапнул. Вот и весь сказ. И, судя по истошным воплям этого чешуйчатого, никакой связью никого благодетельствовать он не собирался.

— Хм, — задумчиво роняет отец, — это в принципе ничего не меняет. Насколько я помню, конечно. Привязка сформируется и укрепится в любом случае. Нужно только время.

С души словно камень неподъемный упал. У Матвейки всё хорошо, он обрёл друга, который пока не понимает как попал с этим маленьким шкодником!

Пару мгновений посомневавшись, отец осторожно поднимает маленькое чешуйчатое тельце. Устраивает на своих руках, словно в колыбели. Кошачья мордочка удобно устраивается на широкой мужской ладони, тельце вытягивается на массивном предплечье, когтистые лапки и небольшой тонкий хвостик с ромбовидным наконечником расслабленно свисают по сторонам.

Картина довольно умилительная — большой, сильный мужчина и маленький, хрупкий, пусть и чешуйчатый, котенок. И последний, похоже, с нами теперь надолго. Ещё один член нашей дружной, разношерстной семьи. Новый. И, что-то мне подсказывает, далеко не последний. В том мире, в прошлой жизни, с этим у меня было напряженно. Из семьи только Надя и Макс. Из настоящей семьи. А здесь… А в этом мире жизнь ко мне по настоящему щедра в этом плане. Айфар… Раш… Отец… Матвейка… Марэк опять же. Да и остальные мне уже не чужими стать успели. И дело даже не в энергетической привязке, о которой они все пока не знают. Щедр был ко мне этот мир, даруя близких и любимых. И я за это ему благодарна. Хоть и платить за эти щедрости приходится и еще придется сторицей. Возможно даже кровью. Какую цену попросят за дары?

— Как он попал сюда? Эта мысль покоя не даёт… — слышу задумчивый голос отца, вытягивающий меня из собственных размышлений о бренности бытия и о собственном туманном предназначении. — Сначала маоррия, теперь вот древесный дракон. Детёныш! Это значит где-то поблизости есть его родители. Как минимум на гелиосе сохранился небольшой выводок. Как максимум целая стая, хотя в последнее я почти не верю. Как они попали сюда? На эту проклятую блуждающую аномалию? Что всё это значит? — от обвел широким жестом свободной руки раскинувшийся перед нами нереальный в своей красоте природный ландшафт. — Для чего все эти щиты? Почему за всё это время мы не смогли к ним даже приблизиться, а ты спокойно через них прошла, а вслед за тобой и мы? Что это за место, куда не каждому открыт проход? Что за место, где ещё живёт и существует то, что уже давно исчезло с лица нашей вселенной, что мы сами истребили, идя на поводу у собственной глупости и алчности?