Чтение онлайн

— Я понял, сэр. Ни один из кораблей я обратно не получу. Могу ли надеяться, что и я, и экипажи «Париса» и «Гектора» будут возвращены Владыке Джонатану?

— Безусловно, Джеффри, надеяться ты можешь. А вот оправдаются ли эти надежды, и каким образом это произойдёт, зависит от тебя и упомянутых экипажей.

— Что вы от нас хотите, сэр?

— От вас? С задержанными членами экипажей кораблей «Фиеста», «Парис» и «Гектор» следователи будут говорить отдельно. А от тебя, драгоценный, я кое-что хочу услышать прямо сейчас. Правду, Джеффри. Только правду, ничего, кроме правды. Разумеется, я говорю о правде, удобной мне, Джеффри.

— Я не понимаю, о чём вы…

— Конечно о заговоре, драгоценный. О заговоре с целью дискредитации действующего Президента и захвата власти в Конфедерации. Для этого же организовано нападение на Торгу?

Ратников движением руки включил запись совещания у Ореасперы, на котором принималось решение о нападении на Торгу, и с наслаждением наблюдал, как меняется выражение лица лорда Джонатана.

— Фальшивка! У вас ничего не получится доказать, — зло усмехнулся Джонатан, — а вот вы сели в лужу, господин Президент, приведя сюда свой флот.

— Хо! Вот как ты запел, петух голосистый! Что ж, тогда и говорить дальше не о чем. Для Сената хватит и записи слушаний военного трибунала.

Ратников взмахнул рукой, и в кабинет вошли два здоровенных мастер-сержанта в чёрной форме Службы Безопасности.

— Уведите нашего гостя в отдельный блок изолятора, ему не нужно встречаться с экипажами кораблей, входившими в его соединение. И, Джеффри, — Ратников окликнул Джонатана, направившегося к ожидающему его конвою, — со мной прибыл только эскорт из кораблей Военного Флота. Он обязан сопровождать Президента за пределами Колыбели по Клановому соглашению. Так что в лужу сел ты вместе со своим братцем!

1179-07-14 /17.00. Сфера Периферии, Атолл Торга, Порт-Торга.

— Господа и дамы офицеры! Главнокомандующий, Президент Конфедерации!

Мужчины и женщины, собравшиеся вокруг прямоугольного стола, вскочили и вытянулись по стойке смирно.

— Прошу всех занять назначенные места, — сказал Ратников, удобно устраиваясь на высоком кресле главы Призового суда, в условиях действующего чрезвычайного положения, трибунала. — На повестке судебного заседания выносятся вопросы о судьбе трёх захваченных кораблей, «Фиесты», «Париса» и «Гектора», и о статусе задержанных кораблей «Калифорния» и «Ангелика», проникнувших в закрытое пространство без достаточных оснований. Все необходимые документы: протоколы об аресте и акты об изъятии военного имущества, рапорты военнослужащих, логи иусов и свидетельства незаинтересованных лиц имеются. Участие в заседании адвокатов, как и представителей ответчиков, не предусмотрено в связи с особым характером данного суда. Слово предоставляется секретарю суда полковнику Игнацио Людову. Прошу вас, сэр.

— Спасибо, сэр. Господин председатель суда, сограждане судьи! В соответствии с регламентом Призового суда я обязан дать юридическое пояснение к повестке нашего заседания. С момента объявления чрезвычайного положения в пространстве Атолла Торга арестованы пять кораблей, не имевших права находиться в указанном пространстве. В соответствии с законами Конфедерации, «Калифорния» и «Ангелика», идентифицируемые как корабли Пограничного Флота под юрисдикцией клана Кеннет, являются нарушителями, попавшими в запретное пространство без злого умысла. Командир данного соединения и командиры кораблей беспрекословно выполняли все распоряжения оперативных дежурных и диспетчеров. Поэтому предлагаю: Призовому суду снять арест с данных кораблей и их экипажей, вернуть их владельцу и назначенным им распорядителям без всякого ущемления прав.

— У кого вопросы или замечания по данному делу? Нет? — Ратников обвёл взглядом присутствующих. — Предлагаю голосовать за предложенное решение. Благодарю вас, решение принято единогласно. — Председатель суда стукнул молоточком — Прошу вас, господин секретарь Призового суда, следующее дело.

Людов прокрутил глазами висящий перед ним в воздухе текст, невидимый остальным, и продолжил.

— Что касается остальных кораблей, их действия полностью запротоколированы иусами систем наблюдения. Вдобавок имеются рапорта командиров корветов-наблюдателей Службы Безопасности и флаг-капитана Эвесли. В действиях командира соединения и командиров кораблей первого ранга Пограничного Флота «Парис» и «Гектор» отчётливо прослеживаются все признаки воинского преступления, в том числе покушение на собственность третьих лиц. Указанные корабли должны быть изъяты как военное имущество и переданы по остаточной стоимости Военному Флоту. Военнослужащим, участвующим в изъятии незаконно используемого военного имущества, следует выплатить определённую Уставом долю стоимости данного имущества.

— Предлагаю сразу голосовать решение по данному делу, — вмешался Ратников, — у кого-нибудь есть замечания? Альтернативное решение? Прошу голосовать… решение принято единогласно, — Ратников стукнул председательским молотком. — Последнее из намеченных для рассмотрения дел, прошу вас, господин секретарь.

— С пиратским рейдером «Фиеста», выдававшим себя за галеон «Ветер», всё предельно ясно. Так как флаг-капитан Эвесли, используя свой личный корабль и экипаж, находящийся на его службе, и в соответствии с Законом о малых кланах временно мобилизованный в состав Военного Флота, захватил данный корабль в процессе прямого боестолкновения, он должен быть передан в его собственность без всяких изъятий. Корабль должен быть мобилизован для включения в состав Военного Флота, пока малый клан флаг-капитана Эвесли находится на службе.

— Голосуем, господа судьи. Единогласно? Отлично! — Ратников подвёл итог быстрому заседанию Призового суда ударом молотка. — Всем спасибо за чёткую работу.

1179-07-14 /18.40. Сфера Периферии, Атолл Торга, Порт-Торга.

Кабинет Президента произвёл на Эвесли большое впечатление. Уроки дедушки Цао заставили его внимательно и с большим интересом относиться к живым картинам как к превосходному инструменту магии. И сейчас он тщательно и быстро отмечал в живущем своей жизнью волшебном мире красные и голубые огоньки, заметные лишь «омегам». Помещение явно находилось под пристальным наблюдением соответствующих служб, и обо всех аномалиях картины, очевидно, был осведомлён и Президент. Его Артор узнал сразу, хотя до этого видел только за экраном стерео.

— Ваше высокопревосходительство! — Эвесли, сделав три уставных шага при входе в кабинет, вытянулся по стойке «смирно» и склонил голову, обозначая лёгкий поклон. — Флаг-капитан Эвесли, сэр!

Невысокий атлетически сложенный человек бодро вышел ему на встречу и протянул крепкую руку.

— Оставьте эти формальности, Артор. Для вас — просто Айвен. Поговорим без чинов.

— Как вам угодно, Айвен.

— Прошу вас, присаживайтесь. Что-нибудь из напитков?

«Интересный способ проверить взаимный уровень доверия или степень наивности собеседника», — подумал Артор. — «Конечно, от предложения можно отказаться, но это сразу насторожит собеседника. Так что, надо соглашаться. Заодно и проверю, будут ли какие-нибудь особые добавки, располагающие к откровенной беседе».

— Чай, если можно. Что-нибудь из ланкийских равнинных сортов, пожалуйста, — «интересно, как среагирует Президент?»

Ратников весело рассмеялся и сделал затейливый знак рукой, на который среагировали несколько огоньков в картине.

— Знаете, Артор, похоже, что наши вкусы сходны. Никто, кроме моей семьи, не в курсе, но именно этим сортам чая я отдаю предпочтение.

Створы кабинета открылись, пропуская робота-секретаря с небольшим столиком, заставленным чайными приборами из прозрачного тёмного стекла. Хотя, какое стекло?! Комео! Пара чашек, чайник, из которого исходил пар, два кувшинчика — один, видимо, с водой, другой — с молоком или сливками. Ложечки, сахарница из того же прозрачного материала. Ничто не давало засветки при внимательном рассмотрении, а, следовательно, засада была иной. Чаепитие требовало навыков правильного поведения за столом.