Чтение онлайн

Прозвище «Орфей» присвоили почитатели его таланта, но с тех пор это имя прочно ассоциируется у всего человечества ни с греческим мифом, а с конкретным человеком, жившим среди людей для всех людей, не имевшим никакой иной цели в жизни кроме музыки — великим и несравненным Орландо Де О.

— Прошу садиться. Граждане Конфедерации! — Уже самые первые слова Ратникова установили в зале абсолютную тишину. — Дамы и господа народные представители, сенаторы. Уважаемые члены правительства Колыбели и всех звёздных систем, Владыки кланов! Более полутора тысяч лет назад народ Колыбели, недовольный притеснениями и ограничениями государств, поделивших земли и воды Колыбели и всех больших и малых планет Изначального Мира между собой, сверг ничем не оправданную тиранию своих правительств и установил на всём пространстве своего родного мира единый закон, Клановое Соглашение…

«Ха! Он ещё начал бы от неолита», — подумал Ореаспера и, склонился к помощнику, — Мигель, подай заявку на выступление для меня от имени оппозиции и свяжись с моими сторонниками за поддержкой заявки. «Пора положить конец этой говорильне!» — Ореаспера почти не слушал, что говорит пока ещё Президент, все его мысли занимал азарт предстоящего выступления. Что может сравниться по своему эффекту с ожиданием предстоящего сражения, жестокого и бескомпромиссного? Только предвкушение победы, дающей безграничную власть.

Владыка Джонатан давно не обращал внимание на происходящую при открытии Сессии говорильню. В конце-то концов все важнейшие решения принимаются не здесь, в зале Собраний, а в тиши личных кабинетов номинесов и Владык. Что может сказать этот надутый петух Ратников? Его время почти вышло, начинается совсем иная эпоха. Джонатан краем глаза заметил поступившую от Ореасперы заявку на выступление и кивком головы повелел помощнику отправить своё согласие. Пора начинать последний бой.

Джон Реджинальд Рокфолд, известный в «Круге просвещения» как Джи-Джи, хмурился, отмечая нестандартную манеру Президента. Обычно открытие очередной сессии обходилось без пространных речей Первого сенатора, и он вообще не помнил ни одного случая, когда выступающие аппелировали ко времени основания Конфедерации. Ещё больше его насторожила пришедшая от Ореасперы заявка на выступление. Он её поддержал, сделав дополнительную отметку, рекомендующую поддержать лидера оппозиции всем, кто входит в альянс «Круг просвещения».

Чжэн Ву-Чан, председатель «Собрания драгоценностей», был внешне совершенно невозмутим, хотя нервы его натянулись подобно струнам. Уже по первым фразам начавшегося выступления Президента он почувствовал, что время пришло. Он проигнорировал заявку Ореасперы и дал рекомендацию всему «Собранию драгоценностей» поступить так же.

Аналогично «Собранию драгоценностей» повёл себя и единственный представитель «Истинного огня», зарегистрировавший в комиссии по регламенту доверенность от всех сенаторов и народных представителей сообщества. Он намеревался воспользоваться всеми имеющимися у него голосами в соответствии с повелением халифа правоверных, да будет благословенно имя его! Проигнорировав заявку Ореасперы, Мухаммед ибн Али Оммейяд подал собственную заявку на выступление, подкрепив всеми имеющимися у него согласно доверенности голосами.

Оппозиционные и малые кланы занимались своими проблемами, всегда имеющимися в наличии при открытии любой Сессии Собрания и мало обращали внимания на ординарное, как все полагали, выступление Первого сенатора.

За исключением Эдуарда Третьего Арнольда, Владыки клана Кеннет. Он отчётливо осознавал, что сейчас произойдёт, и с нетерпением ожидал этого. По его распоряжению торговые представители Калифорнии уже две недели аккуратно скупали сложное технологическое оборудование, ценные материалы и звёздные корабли, стараясь избавиться от большей части запасов соларов и галактов. Не сегодня, так завтра валюта Конфедерации рухнет. Заявку Ореасперы он поддержал, почему бы и нет, в конце-то концов?

— …Отрешая своих политических оппонентов от возможности открытой парламентской борьбы и лишая их политических прав, Великие кланы Колыбели заняли заведомо проигрышную позицию, загоняя нарастающие проблемы в тёмные, незаметные для большинства граждан Колыбели, углы. Я почти два десятилетия активно боролся с этой порочной практикой, насильно навязанной политическим противниками процветания и роста благосостояния граждан Колыбели. Я говорю о таких чудовищных политических объединениях как «Дело Господа», возглавляемое сенатором Ореасперой, которые в своих безответственных действиях пытаются подменить собой легитимную власть и открыто игнорировать наши законы и Конституцию, Клановое соглашение!

Галёрка при этих словах Президента шумно взорвалась выкриками, а журналистская братия буквально вскипела. На террасах зала Собраний, наоборот, на несколько мгновений установилась полная тишина. Внимание сенаторов и народных представителей, ранее уделяемое текучке дел, оказалось полностью приковано к выступлению Первого сенатора, Президента Конфедерации.

— Я прошу от Собрания Конфедерации защиты и справедливости! Открыто используя своё особое положение, номинес Ореаспера в погоне за властью, в стремлении скомпрометировать действующее Правительство, организовал открытое пиратское нападение на жемчужину Конфедерации людей, основу здоровья и долголетия наших граждан, Атолл Торгу! Лишь благодаря самоотверженным действиям всего личного состава Корпуса системной стражи и волонтёров Военного Флота, организовавших оборону, направленные номинесом Ореасперой корабли строя получили заслуженный отпор. Несмотря на то, что эти корабли формально принадлежат Пограничному Флоту Владыки Джонатана, они втайне построены на верфях, принадлежащих номинесу Ореаспере и направлены вопреки здравому смыслу, законам Конфедерации и Клановому Соглашению против Торги именно им под видом пиратских рейдеров. — Ратников сделал паузу, обводя взглядом бурлящие террасы и галёрку. Да! Он, наконец-то, расшевелил это сонное царство!

— Дамы и господа сенаторы, народные представители! Прошу защиты и справедливости, ибо если каждый начнёт действовать сходными методами, Конфедерация погибнет. Подумайте, если я, в ответ на пиратские действия Джонатана отправлю свои боевые корабли в звёздные системы тех, кто организовал и подготовил подобное нападение, будет ли это справедливым возмездием или достаточной защитой? Пока что защита Торги, несмотря на все гарантии, выданные моему предку Сенатом, ничтожна, хотя именно Сенат в ультимативной форме запретил мне заниматься защитой собственных владений! И каков результат этих гарантий?

На этот момент всё внимание присутствующих в зале Собраний было целиком приковано к выступлению Президента.

— Вдумайтесь, дамы и господа! Три монитора второго ранга, устаревших уже полтора столетия назад, и корабль младшего ранга столетней постройки, не дотягивающего по боевой мощи даже до современного корвета против трёх новейших кораблей строя, созданных втайне от всех на верфях номинеса Ореасперы. Они без огласки и регистрации в Адмиралтействе были переданы Джонантану! А целью этого пиратского рейда являлось присвоение годового сбора тка, сырья для производства вителонгина. Если это удалось бы пиратам лорда Джонатана, дети Конфедерации остались бы без универсальных прививок и лекарства, обеспечивающего долгую жизнь. Конечно, если следующий урожай поступил бы вовремя, то положение было бы исправлено. Но, дамы и господа, опоздание в применении этого средства потенциально лишило бы каждого пострадавшего ребёнка десятилетия жизни! Десятилетия — каждого ребёнка, сограждане! Десять миллионов потерянных лет жизни наших детей — вот чего добивались господа Ореаспера и Джонатан!

— Защиты и справедливости, сограждане! Отстояли Торгу от злодейского нападения бывшие каторжники, самоотверженным трудом доказавшие своё раскаяние и исправление. Они составили план обороны и, не колеблясь, на древних мониторах и старом, почти безоружном кораблике, дали отпор бандитам. Они самоотверженно сражались, отбили пиратское нападение и смогли получить все необходимые доказательства, изобличающие организаторов данного нападения! — Ратников перевёл взгляд на бурлящую галёрку, где журналисты боролись за наиболее выгодные места, и указал в её сторону рукой. — Я собираюсь собрать пресс-конференцию, где представителям масс-медиа будут представлены все необходимые доказательства и ответы на вопросы.

— Я обращаюсь к Собранию Конфедерации за защитой и справедливостью. Столетия назад мой клан был несправедливо лишён возможности защищать свою собственность самостоятельно, и я прошу… — Ратников замялся, вглядываясь в лица представителей «Великих» кланов, занимающих первые ряды террасы. В наполненные яростью и ненавистью глаза сторонников Ореасперы. Он посмотрел дальше, ловя удовлетворённый взгляд Владык кланов Провинции и бесстрастно спокойный — представителей «Собрания драгоценностей» и «Истинного огня». — Нет, не прошу, — требую справедливости, и не только для себя и своего клана, для всех, кто оказался несправедливо обижен позднейшими поправками, внесёнными за полторы тысячи лет в Клановое Соглашение, единственной целью которых было сохранение статус-кво «Великих» кланов, сохранение их безграничной и бесконтрольной власти, пример использования которой я представлю на назначенной пресс-конференции. Если от их безудержных амбиций не защищён даже Первый сенатор и Президент, что ожидает всех остальных? Я, Айвен Феодор Ратников, обвиняю номинеса Серхио Альво Ореасперу, сенатора, и Антона Рене Джонатана, Владыку клана, в открытом предательстве народа и Конституции Конфедерации, в циничном нарушении Кланового Соглашения, приведшем к смерти почти трёх сотен граждан Конфедерации, в мятеже и покушении на благоденствие и здоровье граждан Конфедерации, на их будущее. Я требую от Собрания Конфедерации срочно собрать следственную комиссию для ознакомления со всеми фактами и обстоятельствами по данному делу и вынесению справедливого приговора. Чрезвычайность данных событий заставляет меня просить следственную комиссию ознакомиться с материалами дела об измене максимально быстро так, чтобы представить своё заключение на следующее заседание Собрания, намеченное на завтра, на шестнадцать часов стандартного времени. Я, Айвен Феодор Ратников, гражданин Конфедерации, Первый сенатор и Президент, номинес клана, сказал.