Чтение онлайн

– Хитёр ты Яросвет!

– Лукавишь, Навна! Лучше дальше слушай. Ты думаешь, они зря выдвинули конников на полверсты вперёд,.. ха, прям, как по шаблону, тьфу ты, там лучники сосредоточились на околице селенья. Вот и хитрость вся. Конечно, мы их разобьём, но, сколько витязей положить можем, а силы нам ещё ой как понадобятся. Напрасно не будем рисковать ни кем. Ты вот что - лучше спой.

– А что?

– Что-то мирное конечно, о любаве!

И тихо голос Навны зазвучал, в тиши заката силу набирая, поднялся в небо, замер вдруг и,.. устремился к вражеской дружине, к селенью, что окружена забором, где сотни лучников - а где же наши витязи - две сотни? И замерло сначала всё.

Навна сразу взяла высоко, как бурный ручеёк или родник вдруг вырвался из недр земли на волю. От радости так высоко подпрыгнул, все, осмотрев вокруг, полился песней дивной

– ... В них любавушка жила-а-а

В небольшом селенье-е-е!..
– подхватили девицы, которые находились здесь же. Их по пути учили и песни петь, и мечём владеть, а не только заниматься женскими или девичьими делами.

– Селение-е-е-е!
– откликнулась дружина так, что задрожала степь или не степь, уже и не понятно.

– Белолика, черноброва-а-а-а - звучала музыкой сама Любовь и Нежность!..

– --------------------

Яросвет увидел сигнал за частоколом, когда звучали уже последние слова, немного подождал и закричал вдруг:

– Навна-а-а!..

– А-а-а-а!..
– и вздрогнула земля от топота тысячи копыт. А дальше всё так, как указал всем Яросвет. Лавиной двинулись вперёд, наполняя ужасом, селение и малую дружину, но, не доскакав до противника на полёт стрелы, рассыпались по флангам, отходы отрезая. И замерли, подняли луки, наложили стрелы - тыщу штук, хватит для того, чтоб уничтожить всех одним лишь разом, или почти.

– Бросайте оружие, жизнь оставим, а двинитесь, всех уничтожим - крикнул Яросвет на их наречии без всякого акцента.

Всеслав и Навна на него уставились недоуменно...

– Чё?.. Я к Роду шёл, заходил!.. Вот... научился... правда!..
– промолвил Яросвет. Под пристальными взглядами вдруг растерялся и смутился.

– Нет, нет! Яросветик! Ни чего. Мы совсем забыли, чё ты у Рода был. Словом девичья память у меня, а вот Всеслав - не знаю-ю.
– лукаво улыбнулась Навна.

И он опомнился.

– Фу ты напугали, даже растерялся, - оправившись, он засмеялся, как ребёнок

Дружина малая противника, ошарашенная всем происходящим - сначала песней дивной, криком, топотом копыт и тысячами стрел, направленных на них и, о, ужас - от частокола, от селенья пешие враги на них нацелились, что-то крича,.. пару сотен стрел.

И вышли трое, к Яросвету направились пешком. Яросвет на встречу вышел, как тень за ним Тимоха. Встретились на середине. Заговорил их старший, что-то Яросвету объясняя.

– Ни каких условий, - жёстко заявил вдруг Яросвет.
– Разве мало то, что сохраним всем жизнь, мы отдохнём в селении у вас и дальше двинемся, вреда не причиняя. Мечи и луки отдадим, когда будем уходить!.. Я всё сказал!

И наступила тишина, какая-то гнетущая. Ждал Яросвет ответа терпеливо...

– ...Мы согласны - ответил старший, руку вверх поднял, давая знак своим оружие сложить

И начали дружинники бросать мечи и луки, ножи и прочее оружие, а сами отходили в сторону и ждали, что же дальше делать. Витязи Яросвета опустили луки. У старшего, от позора или от страха, что убьют всех всё равно, да и селение сожгут, вдруг выступили слёзы. Яросвет увидел, подошёл, похлопал по плечу, сказал:

– Не бойся - не убьём и не разграбим, и не сожжём - мы слово держим, ты держи. Давай-ко лучше песни петь, брататься, дружбу закрепляя. Когда нибудь придётся нам плечё к плечу быть может вместе защищаться, иль в битву рядом на ворога бросаться. Вы ведь из Славии похоже, тоже, и Род ваш бог верховный?

– Да!.. Род!.. А вы?

– И мы от туда, должны понять друг друга значит, - повернулся чуть - Смотри!
– кивнул в сторону дружины малой.

Повернулся воевода и увидел, что витязи его перемешались с витязями Яросвета, знакомятся, жмут руки, улыбаются друг другу. Он с удивленьем посмотрел на Яросвета.

– Ты сохранил себя, людей своих, жён, дочерей!.. Смеяться, радоваться надо, а не плакать! Правда, Навнушка-душа?

– Да! Мой любимый.

– А это кто?
– спросил у Яросвета воевода.

– Богиня Нежности сама! Ты чё не знаешь?

– Не-е-е, не знаю!..
– отступил на шаг и поклонился чинно - Прошу в селение! Я называюсь Баромир.

– Я Яросвет, а это Навна, а вот Всеслав, а... знакомьтесь сами... Пошли.

Пошли в селение и все за ними следом. Мал к Яросвету подошёл, он по оврагу в селение проник.

– Как смог?

– Детей и женщин схватили пару сотен, мечи приставили, вот они и побросали луки.

– Какие вы жестокие, - сказала Навна.

– Жестокие! Зато живые все, - ответил Яросвет и мило улыбнулся ей - Какая ты красивая сегодня - как богиня, и не просто, а богиня на Земле!

Навна покраснела чуть, сверкнула на него глазами, украдкой показала кулачёк.

Глава девятая.

Ярослав, Всеслав, Тимоха, Лель и Навна в гостях у Баромира в горнице сидели. Ели, пили, говорили о том, о сём, все рады были, что обернулось миром. У дружины Яросвета припасов хватало, и не было необходимости ни в чём, напротив, раздавали всё, одаривали жителей селенья.

Веселилось всё селение, песни пели, шутковали, водили хороводы и любились. Тимоха, погостив у Баромира малость, поняв, что нет опастности, у Яросвета и у Навны отпросился. Лель последовал за ним. Яросвет остался с Баромиром, вели беседу мирно.

– Ты, говорят, на небе был - у Рода?

– Был!

– Скажи! Чё там? Какой он - Род? Говорят, как птица, большая только.

– Он всякий может быть, не только птицей. Вон видишь Навна! Она богиней Нежности была на небе!.. Чё!.. похожа? На кого?

– На бабу вроде.

– Вот-вот на человека, есно - улыбнулся Яросвет.

Навна встала, к Яросвету подошла, шепнула в ухо что-то и удалилась к любаве Баромира, в другую комнату, он нежно посмотрел ей вслед.

Всеслав придвинулся поближе:

– Ты лучше расскажи нам Баромир, как вам живётся, чем кормитесь, от кого защиту держите, чё, есть враги?

– Да-а-а! чё говорить то-о?..Пашем, сеем, скотину приручаем, себя сами защищаем. Врагов хватает - то с юга псы рогатые, а то кочевники с востока, да всякие разбойники частенько донимают. И завязался разговор двух мужей неторопливый.