Чтение онлайн

– Я думал, чё это всадники, которые вон там, оставили засаду. Я бы так и сделал, но не подумал, чё догадаются они... Испужался-а! Аж сердце в пятки убежало, - посмотрел на Яросвета, пытаясь понять, что он думает.
– А чё мне оставалось?.. Я же понял, что кто-то есть,.. а где? Надо же было осмотреться!.. Нет?.. Яросвет!..

– Молодец! Всё правильно, хорошо, что витязей сначала надумал оберечь. Лучше рассказывай, чё повоевали.

Глава двенадцатая.

Яросвет проснулся ровно в полдень. В горенке ни кого, а он лежит в белоснежной постели почти голый. Потрогал рану на боку - рубец, пошевелился - лёгкой болью отдалось, терпимо, сел на кровати, позвал тихонечко:

– Навна!

Но не Навна - Ивона заглянула.

– Щас, щас - она вот-вот придёт, вышла ненадолго, - и скрылась, приговаривая уже из комнаты, - Щас молочка принесу из погреба-а.

Яросвет думал о Навне, было понятно, что это "вышла ненадолго" - с утра, поди, как он уснул среди витязей, дух дружине поднимает. Где-то далеко услышал песню, и стало понятно, что он не ошибся. Но Навна появилась действительно через минуту, увидела сидящим Яросвета, улыбнулась мило:

– Ты чё встал? Лежи - нельзя тебе!

– Можно - даже нужно, я же тебе утром говорил, что не такие мы, у нас, как на собаке, быстро заживает.

Повернулся, посмотрел на рану, приложил ладонь, другую к Навне протянул. Она взяла его за руку, села рядом. Яросвет чуть-чуть погладил рану и приложил к ней её руку. Навна удивлённо посмотрела на него, потом на рану. На том месте, где ещё утром зияла страшная рана, которая пугала её палёным человеческим мясом, остался маленький рубец. Он перехватил её взгляд:

– Можно и рубец убрать, но чё подумают - пусть остаётся.

– А у меня?.. Так же?

– Да! Только шибко-то не радуйся, тебе девочку беречь надо. У неё не так!.. Наверное?
– подумал - Пока у сердца, точно беззащитна.

– Расскажи! Ты обещал.

– Просто всё Навнушка. Ты и я здесь есть, и нет нас здесь. Мы каждый - и ты, и я есть точно там, где рождены - ты у себя, я у себя, где не рождены, нас нет, то есть, тьфу ты, запутался... вообщем нет нас здесь, потому что не родились здесь!.. Поняла?

– Нет.

– Корче, бессмертные мы здесь, а вот она?..
– он показал ей на живот.

– Да! Но ведь она тоже не здесь зародилась!

– Здесь! Не тешь себя, иначе и беречь меньше будешь. Местная она, в доску местная, хоть и дочь богов. Вот так!

– А может!.. Я не помню!..

– Не может! А для чего мы здесь? Чё сами не могли Россию создать, все племена объединить? Где мечом, где пряником, вот тебе и Россия. Ещё лучше бы смог и быстрее, но вот не можем, значит местная она должна быть, чтобы не порвать нить связи времён или последовательность течения времени.

– Боги мы, но почему же такие жестокие?

– Цель оправдывает средства. Чё лучше будет, если Миром править будет Римская империя, я тебе показывал?

– Нет, конечно, - вздохнула Навна.

– Вот подкинем им её, пока ещё ребёнком маленьким, а сами?.. О-охх!
– тяжело вздохнул - Это не они несчастные - мы с тобой. Дочь свою здесь оставляем. Что я в своей эпохе радости и счастье не смог бы ей дать а-а-а?

– Яросвет! Молчи, пожалуйста, я сейчас расплачусь.

– Так вот, всех уничтожу, кто посмеет посягнуть на неё и на тебя, много силы стало у меня!.. Спасибо доченька, спасибо!!!

Навна заплакала. Яросвет стал успокаивать её, нежно гладил ей живот.

– Пройду по времени жизни России десятками - сотнями жизней своих. Как сейчас оберегаю у сердца, так же оберегу ребёнком Россию, девицей красной на трон всей Земли вознесу, Рядом буду всегда! Буду всегда!

– И я! Клянусь!!!
– Как эхо откликнулась Навна. Слёзы высохли сразу.

Зашла, даже не зашла, приплыла Ивона с горшком молока:

– Вот отведай воевода, холодненькое-е.

Яросвет взял двумя руками, выпил всё, обтёр губы, сладко чмокнул.

– Хорошо молочко хозяюшка. Спасибо!

– Щас покушать принесу.

– Ивонушка не надо, я щас оденусь и к Баромиру, а потом поем.

– А как же рана?
– засуетилась Ива.

– Ни чего Ивона - у него, как на собаке, быстро заживает, - встряла Навна. Ивона недоверчиво посмотрела на неё, потом на Яросвета, он кивнул, удалилась в горницу - уже от туда:

– Потом вместе с Баромиром приходите.

– Ладно. Разобьём врага, придём все вместе.

Он встал, стал быстро одеваться. Навна посмотрела на него, спросила:

– А где ты был всю ночь?

Яросвет неопределённо пожал плечами.

– Как с неба свалился, весь в крови, я чуть не умерла со страху.

– Потом Навнушка, потом родная, надо идти. Мал там бьётся, а мы тут загораем.

– --------------------

Баромир их встретил у ворот. Небольшой отряд всадников был наготове, лучники на помосте, все готовы к бою.

– Здравия тебе Баромир!

– Ты чё встал?

– Да, как на собаке, всё зажило.

Баромир не Ивона, он видел рану и прекрасно понимал, что она была тяжёлой, почти до смерти рядом, а тут к обеду на ногах и бодрый. Яросвет же так же понял, что Баромира ни за что не обмануть.

– Ладно, потом. Род помог, он мне ещё на Небе задолжал, вот и рассчитался так. Ты вот чё, две сотни конников мне дай и Лель - где Лель?

– Здесь я.

– У тебя две сотни здесь? Вот и будет четыре. Пойдём на встречу. Они, если не дураки, а не дураки точно, сходу атаковать не будут, будут до утра готовиться. Мал их там шибко напугал, знамо. В лесу они не шибко бьются. Лагерь разобьют в поле. А ты Баромир будь здесь пока, если чё изменится, гонца пришлю и не серчай, чё командую.

Мы много бьёмся, а вы больше землю пашите, сеете, убираете, вот если доведется, не мечём махать, а землю нашу ласкать, тогда я слушаться буду. Живи и все!

Он двинулся по дороге к лесу, который находился в верстах пяти. Навна следом и запела песню, но не ту, что раньше пела, а другую. Что-то про жаворонков, солнце, небо и почему-то звёзды и луну. Витязи Леля подхватили дружно. "Чудно" - подумал Яросвет - "И день, и ночь, луна, и солнце всё в одной песне."

Жители селения - женщины, девицы, старики и дети белыми платочками махали вслед, благословляя витязей на битву.

Всеслава обнаружить не могли. Несколько ловушек Яросвет заметил, но не все, он понимал прекрасно, что приготовился Всеслав, не надо проверять. Что-что, а защищаться он умеет. Крикнул: