Чтение онлайн

Купец или меняла - какая разница - начал обмякать, валиться, что-то бормоча невнятно.

– Привет Кощею передай и Чернобогу от Яросвета с Навной - и, пронзил мечём.

Заметил ещё кого-то, юркнувшего под повозку, поймал за ногу, выдернул - девица оказалась, похоже, не рабыня, а жена торговца.

– А ты зачем пришла?

– Я с ним... он взял... я не хо-о-те-е-ла-а!..

– Может платье моей любавы поносить мечтала?

Повернулся - подозвал кого-то, толкнул к нему:

– Бери! И делай всё, что хочешь.

Тот опешил...

– Я сказал, бери!..
– сказал, как приказал.

Не унимался Яросвет, не унимались витязи его, опьянели от жестокости и крови - выискивали, вытаскивали, убивали, насиловали, если без цепей...

– А-а-а!
– застонал Яросвет, направляясь обратно к полоске леса, упал на землю, плача сердцем:

– Прости меня! Прости Земля родная!..

Рядом конь стоял, а там где обоз был, крики слышались и ругань, плач и ржание коней. Он прекрасно понимал, что там творится.

– Пусть гуляют! Что хотели - получили!? А хотели смерти нашей... получили-и!..

Подскакала Навна, спрыгнула и к Яросвету:

– Яросветик! Милый! Успокойся.

Он застонал:

– Устал я Навнушка!.. Устал.

– Поехали домой в селение.

– Лучше пошли, и не в селение, а к речке - помыться надо, искупаться, постирать одежду.

Навна посмотрела в сторону обоза.

– Не ходи туда, не надо тебе видеть это...
– и они поднялись и направились к реке.

– ------------------

Был вечер поздний, но полная луна поле освещала хорошо. Верстах в трёх от селенья к речке подошли. Яросвет разделся, схода прыгнул в воду. Обожгла вода его прохладой. Окунувшись с головой, поплыл размашисто, красиво. До плыл до середины, крикнул Навне:

– Раздевайся Навнушка! Плыви сюда.

– Я не умею.

– Ты чё?.. Свалилась с неба?

– Да.

Он поплыл назад и вышел из воды:

– Я научу,.. пошли,.. не бойся. Верхом ведь тоже не могла, а научилась.

Не перечила она, разделась и с опаской шагнула в воду. Он наблюдал сначала, схватил её на руки вдруг, понёс, как будто нёс цветок хрустальный. Навна обняла его за шею, но он, зайдя по пояс, запнулся, будто и... упал с бесценным грузом из рук не выпуская. Ушли под воду вместе с головой, вынырнули, засмеялись оба.

Накупавшись, отдохнули чуть, одежду постирали, отжали и мокрую одели на себя. Навна была в штанах мужских, но в платье и на ногах были не лапти, а сапоги хазарские. Осмотрел её, оценивая, Яросвет:

– Хороша!
– прищёлкнул языком.

Сели на траву, обнялись, глядя в воду.

– Зачем ты так?.. С купцами. Они же не вояки.

– Хуже Навнушка. Сейчас убили, в двадцатом веке - в твоём - их меньше будет.

– Как это? У нас их нет почти.

– Есть. Вы их бизнесменами зовёте или звали, всё ни как привыкнуть не могу. Точно Туя говорила, что я... и ты... "есть везде и нет ни где".

Она недоуменно посмотрела на него.

– Да, да! Более того, узаконенные. Вы же всю планету превратили в рынок, сплошной базар. Как только выдержала бедная планета - ладно не дали мы... и не даём сейчас. Лучших мы туда бросались сынов и дочерей, чтобы планету от купцов, менял и торгашей разных мастей спасти...

– А чиновники? Их больше и они не торгаши...

– Чиновники? Должны служить народу и закону, а вспомни лучше, кто их кумиром был? Не деньги ли? Ведь продавали всё на свете: песни, воду, воздух чистый, всё, где живём, чем дышим и что пьём, едим и жизнь свою. Лучшие из лучших не могли творить. Должны были себя продать, а не работать в радости. "Один с сошкой, а семеро с ложкой" и где логика даже... Тот, кто с сошкой должен почему-то тем семерым, кто с ложкой, а не они ему?.. А кто привил Землянам вообще такое мировоззрение?

– Не знаю! Я как-то не думала об этом.

– Вот эти торгаши, менялы, которых мы убили или такие же. Паразиты это! Тля на листьях.

– Но мы тогда не знали ведь об этом.

Яросвет аж подскочил:

– Как не знали? Ты библию читала про Иисуса?

– Да.

– Там он из храма выгнал торгашей.

– И что?

– А то, что это зло великое - в храме устраивать базар. А разве не храм - Земля? Он ещё тогда, когда родился, дал понять, что он придет, и рынок ваш разрушит, всяких торгашей из храма сгонит и... зацветёт Земля, вздохнёт свободно!

– Так будет в двадцать первом веке?

– Да!.. Только двадцатый век - последний.... И сейчас!.. Вот я и выгоняю их из храма, очищаю Землю от менял и торгашей. Ты не поймёшь пока.- Помолчал - Скажу лишь вот что. Всё существует сразу и всё в последовательности проявлений лишь разделено, поэтому я здесь убил, там что-то изменилось, не обязательно во внешнем. Чаще в сознании людей, да и не только в будущем, но так же в прошлом, и не только в прошлом, но и в других мирах.

Человек - частица, но не только: он и волна и не в пространстве только, но и во времени и временах. Поэтому - родился - я частица, но как волна, я есть во времени везде: и в будущем и в прошлом. Вот и выходит, что я везде в пространстве - во всех его мирах, но и во всех эпохах временах и...

– Я не могу понять! Лучше расскажи мне, кто такой Иисус?

– Да-а-а! Это ещё сложнее, если рассказывать о нём. Ну да ладно... г-мм. Он не Землянин, пришёл по зову сердца и по просьбе... Выполнял задание Отца или Творца!.. Планета Трон...

– А Род?

– То наш! Родной и свой из первой расы... до человек или перво человек. Бессмертный, как Зевс у Эллинов или Озирис у египтян. Они бессмертные в принципе вообще, но как опыт показал - это небольшая радость. Поймёшь и ты - сама почти такая стала на пару тысяч лет почти.

– А Гиперборея?..

– Это полу бессмертные, ну им полегче будет. Хотя. Кто их знает - живут-то ведь среди людей простых. И некуда уйти, только в битву, чтоб убили?..

Всё! Давай закончим эти разговоры, подышим воздухом не где-то, а здесь и сейчас, мне с Баромиром надо будет утром говорить.

– -----------------

Встал Яросвет, но Навну удержал вставать, сказал:

– Я сейчас, ты подожди меня чуть-чуть.

– А ты куда?

– Я к Роду! Хотя!.. Почему не вместе?.. Пусть посмотрит не от туда только, а и сейчас... всё, договорились, только не мешай.

– Хорошо!
– она притихла, будто нет её.

Он сел, ноги скрестил, руки сложил ладонями друг к другу, закрыл глаза и... затих!.. Навна почувствовала, что у него совсем затихло сердце, и... поняла, что и у неё затихает сердце, но это её не напугало - напротив - стало хорошо. Исчезли мысли, а их так много было, как отзвуки пошедшего, да и Яросвет не мало загрузил. Стало тихо, тихо и не только вне, но и внутри.

Она знала, что Яросвет молчит, но почему-то она слышит его голос. И это чудо вроде бы не удивляло, не вносило ни каких волнений мыслей или чувств. Ни чего не стало - не прошлого ни будущего, ни Яросвета в нём, а только тишина и больше ни чего.