Кома: Оружейники
Шрифт:
Они дружили столько лет, чтобы потом вот так драться в гараже, после череды сор.
Алан оказался сильнее и повалил Камиля на спину, сел сверху, придавливая к полу. Один пытался дотянуться до пистолета, пока другой бил.
– Камиль, ну почему ты никогда никого не слышишь!?
– удар после этой фразы больше напоминал пощечину.
– В твоем мире есть только ты и никому больше нет места.
Алан резко остановился, а с глаза его сорвалась слеза. Его трясло, как агрессора, а взгляд перестал быть таким злым и ненавидящим.
– Камиль, нам надо обоим остановиться, - проговорил Алан одними губами, сдерживая следующую слезу.
Он сам не понимал, что делает: он никогда бы и пальцем не тронул друга, хоть и бывшего, а тут он просто морду ему набил. Алан сам не понимал, что с ним происходит: он еще никогда не был таким злым и аморальным.
Камиль, наконец, нащупал уроненный пистолет и приставил к виску бывшего лучшего друга. Алан замер, смотря прямо в глаза Камилю и чувствуя обжигающий металл кожей.
– Камиль, что ты делаешь? Ты же не убьешь меня?
– в глазах Алана появился страх.
Он вдруг осознал, что не знает, чего от Камиля ожидать.
Камиль смотрел на своего друга и знал, что Алан, единственный друг, с которым юноша никогда не хотел ругаться, но так уж получилось, поступил с ним, как школьные хулиганы. Камиль помнил, как сидел где-то дома, плакал и прятал ссадины и синяки от мамы. Натана в школе тоже не любили, но по крайней мере его хотя бы не били. А тут добрый и такой правилый Алан решил поставить Камиля на место кулаками, а далее Алан уводит у Камиля Мику, после знакомства. Камиль никогда не встречался с Микой, но очень хотел, а Алан все испортил.
Это большие не красивая страница книги с истоией о дружбе, это огрызок бумаги, испачканный кровью, которую больше никогда не стереть.
"Нет. Ни о какой дружбе речи быть не может".
– Прости, Алан, но ты мне больше не друг и я... я ненавижу тебя еще сильнее, чем ты меня, - Камиль выстрелил.
Вместе с грохотом у другого виска Алана брызнул тонкий алый фонтан, после чего тело упало прямо на Камиля, придавливая собой и пачкая кровью.
Камиль брезгливо сбросил с себя тело Алана. Юноша еще до конца не осознал, что сделал, поэтому он был холодно спокоен.
Камиль обошел тело с кровоподтеком у виска и направился к выходу из гаража.
И все могло бы обойтись, но тут дверь октрылась и внутрь ввалилась Мика.
– Я слышала какой-то грохот, а дверь из дома закрыта...
– девушка вошла внутрь и сразу застыла.
Перед ее глазами была самая ужасная картина: на полу лежал мертвый Алан, а над ним возвышался Камиль с пистолетом в руках.
Камиль невозмутимо посмотрел на Мику.
"Прости, любовь моя, но свидетели мне не нужны".
Камиль поднял оружие, целясь в нее. Мика сорвалась и побежаоа к выходу, но ни одному человеку еще не удалось обогнать пулю. В ее затылке появилось красное пятно и Мика упала на пол на бок. Больше она не вставала.
Камиль вытер пот со лба, смотря на то, что он натворил: на два трупа.
Не то, чтобы он о чем-то жалел... Тем не менее, вскоре он уже стоял у полицейского участка, желая сознаться в содеянном. Он не спрячется, его все равно найдут и накажут, так зачем... или спрячется.
Камиль одарил последним взглядом ворота участка.
– Ну уж нет, сознаться я не готов, - Камиль порылся в кармане в поисках телефона, а когда, наконец, нашел, он уже набрал нужный номер.
– Луис? Помоишь ты говорил, что можешь через границу переправить недорого...
Камиль вернулся в Коме, где на нем также, как и реальности, сидел Алан, но не настоящий, а тот, который злой. Агрессор выглядел напуганным, пока в его писок смотрело дуло.
"Я долго и упорно шел к ответу и я нашел его. Я узнал, кто убийца. Убийца - это я".
– Камиль, что ты делаешь? Ты же не убьешь меня?
– послышалось из уст агрессора такой наивный вопрос.
Алан даже руки приподнял, показывая, что сдается и драться больше он не намерен.
– Ответ ты знаешь, - улыбнулся Камиль, выпуская пулю.
Крови в Коме нет, поэтому из виска агрессора вылетела охапка красных лепестков, а затем, как и в жизни, тело придавило Камиля. Юноша сбросил его с себя и встал, отряхиваясь.
– Одной проблемой меньше, - думал Камиль, мимолетно вспоминая фразу паникера.
"Ты меня пристрелишь".
И седой Алан был прав. Камиль сделал это в реальности и сделал это тут. А ведь Камиль ничего этого не помнил, искренне думал, что Алан просто пропал и до последнего искал своего друга. Насколько аморально искать то, что уричтожил?
Камиля из размушлений вырвала Мика, вошедшая через улицу.
– Я слышала какой-то грохот, а дверь из дома закрыта...
– Мика притормозила, смотря на тело Алана.
Ее реакция была намного спокойнее, чем в реальном мире, что не могло не напрягать Камиля, но юноше было все равно: он выстрелил и в нее, когда она обернулась и хотела уйти.
"А толку их жалеть? Они ненастоящие".
Камиль даже понять не успел, как из под ног его ушла земля и он оказался в пустом черном пространстве. Юноша ничего не видел, только ощущал то, что на чем-то стоит.
Перед Камилея появилась Мика. Она также стояла в пустоте, а по спине и плечам ее скатывались красные лепестки от раны на голове.
Далее весь этот парад дополнили все четыре Алана. У агрессора был подтек из листьев по виску, остальные Аланы выглядели более живыми.
"Конечно, я ведь в вас не стрелял".
– Ты никогда не примешь то, что я могу юыть агрессивным, - вдруг начал говорить агрессор.
– Ты никогда не примешь того, что я могу бояться, - подхватил паникер до ужаса спокойным голосом, так не свойственным ему.
– Ты никогда не примешь то, что я добродушен, а не глуп, - вмешался блондин.
– ты никогда не примешь мои скорбь и негатив, - закончил общаю речь скорбящий Алан.
Камиль только хотел возмутиться тому, что здесь происходит, но его прервало странное явление: четыре Алана засветились и за секунду собрались в одного целого, настоящего Алана.