Чтение онлайн

Солдаты, сидевшие у окон или у заднего борта машины, с жадностью и любопытством смотрели на дома, мимо которых проезжали, приветливо махали жителям, невольно вспоминая свои семьи. А жители, заслышав шум моторов и лязг гусениц, выходили из своих домов, радостно махали солдатам в ответ.

–  Спи, крошка, спи, это наши защитники, - шептала какая-нибудь мать ребенку, который проснулся от шума моторов.

* * *

Машина Харкуса носилась взад и вперед мимо колонны.

На привалах майор приказывал шоферу остановиться где-нибудь на обочине, Харкус и Вебер выходили из нее, курили и мирно беседовали. Но как только Харкус и Вебер садились на свои места, Древс нажимал на газ, и машина снова рвалась вперед.

Когда подполковник Пельцер настигал батарею, майора Харкуса уже на месте не было. Подполковник не знал маршрута движения колонны и поэтому часто сбивался с пути. Он ориентировался лишь по шуму моторов. Водителю Пельцера нравилась эта игра в преследование; чем дольше она длилась, тем больше это его забавляло, в то время как раздражительность Пельцера все больше усиливалась. Подполковник ехал, высунувшись из окна и нервно постукивая кулаком по дверце кабины. Вскоре они догнали батарею. Подполковник подал условный сигнал карманным фонариком и остановил колонну.

–  Где майор Харкус?!
– крикнул он первому попавшемуся офицеру, который выпрыгнул из машины на дорогу.

–  Не могу знать. Полчаса назад был здесь.

–  Вперед!
– приказал Пельцер водителю.

–  Может быть, заедем на батарею?
– предложил ефрейтор.
– Там и подождем майора.

–  Я не могу ждать!
– возразил Пельцер.

Проехав несколько километров, он все же приказал:

–  Поворачивай обратно! Назад, на батарею!

Но на старом месте батареи уже не нашли. Пельцер выпрыгнул из машины.

–  Глуши мотор!
– крикнул он.

Справа от дороги, за полем, поднималась стена темного леса, из-за которой доносился приглушенный рокот моторов. В лес вела проселочная дорога. Пельцер нагнулся к земле, посветил фонариком и увидел свежие следы гусениц тягачей. Догонять батарею в лесу, где невозможно разъехаться, было бессмысленно. Подполковник посмотрел в сторону леса и вдруг вспомнил совет майора Гаупта: «Бессмысленно ехать к командиру. Его все равно не переубедишь. Да вы его и не найдете». «Посмотрим!» - ответил тогда Пельцер.

Подполковник снова сел в машину. Шофер нажал на стартер. Вскоре между стволами деревьев блеснула полоска света от фар. На развилке дороги Пельцер остановил одну из машин. Из нее вышел капитан Келлер, стянул противогаз с головы. В это время его радист передавал на батареи сигнал «Газы».

–  Что здесь случилось?
– спросил Пельцер.

–  Прежде всего выясним, - ответил Келлер, - почему вы меня остановили.

–  Я ищу командира полка.

–  Он десять минут назад был там, в лесу, и приказал объявить «химическую тревогу».

–  Товарищ капитан!
– крикнул радист.
– «Кирпич» не отвечает.

–  Сони!
– выругался Келлер.
– Продолжайте вызывать!
– Он опять повернулся к Пельцеру.
– Будет лучше, если вы поедете за мной, - сказал он и натянул на голову противогаз.

* * *

Древс, ведя машину, чувствовал, что между Харкусом и Вебером что-то произошло: почти всю дорогу они молчали.

Водитель знал Вебера лучше, чем Харкуса, и уважал его за спокойствие и приветливость. В командире же, напротив, ему нравилась решительность и уверенность. Харкус всегда точно знал, чего он хочет. Но Древс никак не мог понять, почему они, вместо того чтобы вернуться в Еснак, ночью гоняются по лесу за батареей.

Вскоре лес стал реже, перешел в кустарник, а еще дальше - в большой луг, по которому и двигалась батарея.

–  Обогнать!
– бросил Харкус Древсу и, когда они догнали машину командира батареи, строго произнес: - Четверть часа назад я объявил дивизиону «химическую тревогу».

Лейтенант Хаген недоуменно пожал плечами:

–  Такого приказа я не получал.

–  Теперь получили. Обратите внимание на работу своих радистов.

–  Есть!
– Хаген повернулся к машинам и крикнул: - Газы!

Командиры взводов и расчетов повторили приказ. Хаген натянул противогазную маску, захлопнул за собой дверцу кабины и подал знак продолжать движение. Но по команде немедленно тронулись только машины взвода управления. Солдаты у орудий ругались, искали, но не могли найти свои противогазы. Даже Вебер, который вышел после Харкуса из машины, сердито покачал головой, увидев это.

–  И кому пришла в голову эта бредовая идея?

–  Брось-ка мне мой сопливый намордник, Вальди!

–  Какой из них твой?

–  Не все ли равно! Главное - напялить на рожу кусок резины.

Оглушительно захлопали дверцы машин. Артиллеристы выскакивали из кабин, бежали назад, взбирались в кузова и искали противогазы между маскировочными сетями и ящиками со снарядами. Некоторые из солдат ждали внизу, пока товарищи бросят им противогазы, Противогазы летели вниз. Их разыскивали, освещая траву фонариками, и сразу несколько рук одновременно хватало один противогаз.

–  Еще есть?

–  Все, больше нет…

–  Мой должен быть наверху, я его сегодня туда положил…

–  Радуйся, парень, что будешь глотать чистый воздух…

–  По машинам!
– крикнул кто-то, и первый тягач двинулся вперед. За ним, не соблюдая дистанций, ехали другие. На последней машине солдаты все еще продолжали искать свои противогазы. Какой-то солдат, освещая землю фонариком позади гаубицы, отбежал от тягача на несколько шагов. Вдруг солдат споткнулся, и фонарик погас. В тот же миг тронулся и последний тягач.

–  Стойте!
– закричал упавший.
– Стойте!

Он бросился за тягачом, но не догнал. По лугу уже мчались машины из другого подразделения.

–  Стойте!
– крикнул солдат еще раз, но его голос потонул в реве моторов.

–  Приведите его сюда!
– приказал Харкус водителю. Древс включил фары, и в их свете было видно, что артиллерист стоит на коленях и со злостью бьет кулаками по земле.

–  Иди сюда!
– крикнул Древс солдату и вышел из машины.

–  Ну, Курт, - сказал Харкус, - теперь ты видишь свой хороший дивизион.

Вебер промолчал. Ему хотелось догнать Хагена, вытащить его из кабины и спросить: «Что же вы делаете? Вы даже не знаете, что вы делаете!» В таком ужасном состоянии он еще никогда не видел первый дивизион. А учение только началось. Берт оказался прав. Первый дивизион действительно далеко не на высоте. И главное здесь вовсе не в том, что учение началось при неблагоприятных условиях. Но почему все же дивизион так плохо подготовлен?