Чтение онлайн

Партизаны старались не ждать нападения противника, а сами нападали первыми, что, собственно, являлось непременным законом партизанской войны еще со времен Дениса Давыдова. И вскоре последовали три блестяще проведенные боевые операции, которыми руководил Стехов.

В Сарнах гитлеровцы ожидали прибытия эшелона с офицерами - "героями" Сталинграда, которые должны были "пожаловать" сюда на отдых. Группа медведевцев подорвала этот эшелон и обстреляла его. После чего немцы долго возили на дрезинах и автомашинах убитых и раненых. Число уничтоженных гитлеровцев установить не удалось, но только в Сарны они привезли сорок семь трупов.

Приближалось рождество. Фашисты начали усиленно грабить крестьян заготавливать продукты к празднику. Неподалеку от села Виры медведевцы напали на обоз этих "заготовителей" и разгромили его.

Сарненскими лесами гитлеровцы интересовались с каждым днем все сильнее. Чтобы отвлечь их внимание от базы отряда, в противоположной стороне был взорван эшелон на участке дороги Ровно - Ковель.

Диверсионные действия многочисленных партизанских отрядов настолько усилились к концу 1942 года, что даже Гитлер в своем приказе вынужден был отметить: "Действия партизанских отрядов на Востоке за последние несколько месяцев стали крайне опасными и ныне представляют серьезную угрозу нашим коммуникациям, идущим к фронту".

Постепенно Медведев и Стехов выработали свою собственную, особую тактику, удачно сочетавшую успешную работу разведывательной сети с боевыми действиями.

Сущность этой гибкой тактики состояла в том, что штаб отряда с одним или несколькими боевыми подразделениями постоянно перемещался по лесным массивам, не прекращая руководства разведывательными группами в городах и селах. Руководство осуществлялось через курьеров, доставлявших в штаб отряда разведданные от связных и передававших приказы командования группам. Штаб перемещался, но зато "маяки" - узлы связи, расположенные по краям лесных массивов, были более или менее постоянными. Они представляли собой строго засекреченные, тщательно замаскированные посты, где дежурило 10 - 20 самых опытных разведчиков. Связные приходили из города, передавали донесения пешим или конным курьерам, которые доставляли их в штаб, а сами тем временем отдыхали, пока курьеры не возвращались с новыми заданиями. Подле "маяков" были устроены тайники - "зеленая почта" в дуплах деревьев, под корнями, камнями и в других местах - на тот случай, если "маяк" по каким-либо причинам вынужден был перебазироваться. Тогда связные оставляли пакеты в тайниках, а курьеры потом их забирали.

Постоянное передвижение штаба отряда гарантировало его безопасность. "Движение есть лучшая позиция для партизан", - как говорил М. И. Кутузов. Боевые же действия отдельных подразделений, диверсии на железных дорогах не только не мешали основной разведывательной деятельности штаба, но, наоборот, в значительной степени содействовали ей.

Во-первых, они отвлекали внимание гитлеровцев от места основной базы отряда, ибо велись на значительных расстояниях от нее - за десятки, а иногда и сотни километров.

Во-вторых, боевые группы также вели разведку на местах и дополняли сведения о противнике.

Наконец, боевые операции крепче сплачивали бойцов, придавали им больше уверенности в своих силах. Уничтожая врага непосредственно в бою, "Победители" получали моральное удовлетворение - они видели результаты своих ратных дел.

Гитлеровцы пытались ликвидировать отряд Медведева, о существовании которого им было хорошо известно, но сделать это им не удавалось. Тогда они решили его обезглавить. Вот как об этом рассказывает Л. Цессарский:

" - Как показал себя в бою ваш новый партизан?
– спросил как-то при мне Медведев у Маликова после очередной стычки с гитлеровцами.

– Вы говорите о том, который пришел позавчера? О Герое?
– уточнил Маликов.

– О нем.

Я заметил, что Медведев внимательно наблюдает за каждым новым человеком в отряде, изучает его характер, его поведение... Видел я, как издали подолгу смотрит он на нового бойца роты Маликова. "Что он там изучает?
– думал я.
– Ну, ест человек, спит, оружие чистит..."

Медведев любил смелых людей. Я видел, как теплели его глаза, когда ему рассказывали о храбрости Базанова, о бесстрашии Кузнецова. Я знал, что он привязывается к таким людям, скучает, когда их долго не бывает в отряде...

А сейчас, решил я, он, очевидно, не без планов на будущее расспрашивал Маликова о новом партизане. Ведь этот человек рассказал, что он Герой Советского Союза, показал зашитые в подкладку документы. Тяжело раненный, он попал в плен, затем бежал и вот пришел к нам.

Маликов нахмурился и пожал плечами.

– Что вам сказать, товарищ командир? Ничего. Стреляет, как все.

– Говорите правду!
– резко перебил его Медведев. И, помолчав, коротко спросил: - Плохо?

– Плохо!
– твердо сказал Маликов.
– В засаде нервничал... В атаку мы пошли, он где-то там сзади плелся. Без команды отступил...

Медведев помрачнел.

– Досадно.

– Но может быть, сник человек, нервы ослабели... Ранение, плен, попытался оправдать его Маликов.

– Что ж, возможно, и так, - задумчиво проговорил Медведев.
– Окружите его вниманием, дружбой... И через несколько дней доложите, как он себя будет вести.

– Хорошо, товарищ командир!

Прошло дня три. Медведев, обходя лагерь, зашел и в санчасть, когда никого, кроме меня, в шалаше не было, и, расспрашивая о больных и раненых, между прочим сказал:

– Доктор, через полчаса пройдите, пожалуйста, в штаб. Туда придет один из новых бойцов, поговорите с ним о его здоровье. Он чем-то болеет, но скрывает.

Через полчаса я вошел в штабной шалаш. Перед Медведевым стоял человек с лицом женственным и странно подвижным, казалось, что он все время кокетничает - то улыбнется, то заведет глаза...

– Как приняли вас в роте?

– Спасибо, товарищ командир, прекрасно.

– Что ж, воюйте... Вам не привыкать.

– Конечно!
– человек многозначительно улыбнулся.

– Вы за что звание Героя получили?

– Под Ленинградом воевал... Я один пробрался в тыл к немцам, уничтожил несколько пулеметных точек, пушку вывел из строя, расчет ликвидировал...

– Ясно. Молодец, - серьезно похвалил командир и быстро взглянул на меня.

– А как здоровье?
– задал я приготовленный вопрос - Не болеете?

– Да нет, спасибо, все в порядке!
– он чувствовал себя все свободнее и даже развязно пошутил.
– Медицину люблю, но не уважаю!

– А порошки?
– вдруг резко сказал командир.

Боец осекся и даже побледнел.

– Какие порошки?..

– Порошки, которые принесли с собой в отряд и не сдали, как это у нас полагается!