Чтение онлайн

И снова Медведев переключился на другую тему, которая, казалось поначалу, не имела связи со сказанным раньше:

– Был у нас такой случай: мы послали молодого разведчика на один фольварк, которым завладел некий новоявленный немецкий помещик, установить - находится ли там этот помещик и какова численность гарнизона, охраняющего его. Не доходя двух-трех километров до фольварка, разведчик обнаружил на небольшой лесной поляне фашистский самолет и двух летчиков подле него, которые, видимо, своими силами пытались произвести ремонт самолета, совершившего вынужденную посадку. Наш разведчик подкрался к фашистам, дал хорошую очередь из автомата и уложил их. А самолет поджег. Затем вернулся в отряд победителем и доложил о проведенной им операции, ожидая, как он полагал, заслуженных похвал и награды. А вы что по этому поводу думаете?

– Повезло парню!

– Не очень. Мы строго его наказали. Как выяснилось, стрельба и клубы дыма от горящего самолета всполошили гитлеровцев на фольварке, и они бежали оттуда в районный центр. А нам как раз нужно было захватить живым этого помещика, занимавшего не последнее место в нацистской партии и располагавшего важными сведениями, которые для командования были куда дороже, чем уничтоженный самолет и два фрица.

– Понял, товарищ полковник!

– Надеюсь. Поэтому, выполняя свое задание, ни под каким видом не отвлекайтесь ни на что постороннее, как бы соблазнительно оно ни было. Не поддавайтесь зову романтических приключений, которые, по вашему разумению, покроют вас "неувядаемой славой". Выполняйте лишь то задание, которое вам доверено.

Медведев встал, прошелся по шалашу и возвратился на прежнее место.

– В Луцке подполье возглавляет человек, носящий кличку "Шершень". Больше о нем нам пока ничего не известно. Его нужно разыскать и установить с ним связь. Это и есть ваше задание.

И вот еще что следует иметь в виду. Во время вашего поиска вы можете столкнуться с представителями трех подпольных партий: НСЗ - Народны Силы Збройны. Их особенно остерегайтесь, это бывшие пилсудчики, националистические банды вроде бандеровцев на польский лад, ведущие борьбу с нами и всеми прогрессивными силами. АК - Армия Крайова. Эти группы действуют по указке польского белоэмигрантского правительства Миколайчика в Лондоне. С ними будьте настороже. Иногда они входят в контакт с Гвардией Людовой для совместной борьбы с оккупантами. Чаще предпочитают не вести активных действий против гитлеровцев и в любой момент могут предать. А вот Гвардия Людова - это настоящая боевая организация, созданная польскими коммунистами - ППР, Польской партией рабочих. У нас есть косвенные данные предполагать, что Шершень - представитель Гвардии Людовой.

Может быть, что-то неясно? Спрашивайте сейчас, пока есть возможность получить ответ.

– Все ясно, товарищ полковник!

Строгие, чуть печальные глаза Медведева потеплели:

– В молодости, когда мне приходилось выполнять задания разведывательного порядка, меня первое время не покидало ощущение, что все ко мне присматриваются, подозрительно косятся. Это сковывало, мешало действовать спокойно, принимать верные решения. Очень помогает, если крепко веришь в свою "легенду", в того вымышленного человека, которого изображаешь по "легенде". Вам это должно быть легко: ведь вы будущий актер. А согласно системе Станиславского, настоящий артист не изображает сценический персонаж, а по-настоящему живет его жизнью. К тому же вы будете выступать под собственной фамилией, с собственной биографией. "Легендой" в ней являются только частности. В общем, это по Станиславскому, кажется, называется "я - в предлагаемых обстоятельствах". Только... один неверный шаг в этих обстоятельствах стоит жизни. Поэтому берегите себя.

Я удивленно посмотрел на него: по моим тогдашним понятиям, я готов был для выполнения задания совершить подвиг, требующий непременно самопожертвования. Командир сразу уловил это:

– Ваша даже самая героическая смерть никому не нужна, нужна связь с Шершнем. Вы не имеете права попусту рисковать жизнью, ибо провалите дело. Вы обязаны отыскать Шершня.

В первых числах января 1944 года связь с Шершнем - руководителем польского коммунистического подполья в городе Луцке Винцентом Окорским была установлена. Но рассказ об этом - особая тема.

Дважды в Луцк приезжал Кузнецов, которому Окорский сообщил важные сведения, а также помог угнать новую машину "пежо" из гаража самого гебитскомиссара Линдера.

3

Вслед за группой Крутикова должен был двинуться и Кузнецов с разведчиками, а затем и весь отряд. И хотя в отряде теперь насчитывалось более тысячи человек, Медведев решил, что вовсе не помешает его пополнить в связи с трудным рейдом, во время которого неминуемы стычки и бои, возможно с большими силами противника.

В небольшом городишке Цумань находился крупный лесопильный завод, который оккупанты использовали для нужд вермахта. Гарнизон Цумани состоял из подразделений так называемого "Туркестанского легиона", сформированного гитлеровцами из военнопленных - уроженцев Средней Азии, используемых для несения караульной службы. Разведкой были получены достоверные данные, что ряд "легионеров" не желает выступать с оружием в руках против своей Родины и готов при первой же возможности перейти к партизанам. Медведев решил, что этим "легионерам" следует предоставить возможность искупить свою вину перед Родиной и в боях против фашистов заслужить прощение.

В Цумань направили штабного разведчика, казаха Дарбека Абдраимова. В воскресный день на базаре он торговал сигаретами. Одним из его покупателей оказался "легионер", который рассказал, что они сами давно собираются перейти к партизанам, да не знают как. Вернувшись в отряд, Дарбек доложил о результатах своей "дипломатической" миссии. Был разработан план операции перехода "легионеров" к партизанам. В следующее воскресенье Дарбек снова появился на цуманском базаре и окончательно договорился со своим земляком.

Операция проводилась в ночь с 9 на 10 января. Батальон под командованием лейтенанта Маликова с восточной, наиболее открытой части города по сигналу красной ракеты открыл огонь: в дело пошли винтовки, автоматы, пулеметы и трофейные минометы. Создавалось впечатление, что огонь ведет по меньшей мере полк, а то и два.

В Цумани в это время "легионеры", пользуясь паникой, вызванной внезапным ночным нападением, быстро перебили своих немногочисленных фашистских командиров и свободно ушли из местечка. В условленном месте их ожидали медведевские разведчики с Дарбеком во главе. Так окончило свое существование одно из подразделений "Туркестанского легиона", а отряд пополнился двумя сотнями хорошо вооруженных людей. Вскоре после этого отряд двинулся на запад к городу Львову.

С двумя испытанными разведчиками Яном Каминским и Иваном Беловым выехал во Львов и Кузнецов. Предполагалось, что все трое обоснуются во Львове у кого-нибудь из многочисленных родственников или знакомых Каминского. На случай, если отряду не удастся скоро подойти ко Львову, Кузнецов должен был связаться с разведчиками из группы Крутикова, ушедшими во Львов, и через них отправлять разведданные, которые требовали срочной передачи в Москву, так как через двое-трое суток они уже теряли свое значение.

На прощание Медведев обнял Кузнецова, и по русскому обычаю они трижды расцеловались.

...В январе 1944 года отряд двинулся из Цуманских лесов на Львовщину. На второй или третий день рейда с автором этих строк произошел вот какой случай. Мы заночевали в довольно большом селе где-то на северо-западе Волынской области. С двух до четырех часов ночи мне предстояло патрулировать по главной улице села.

Еще с вечера подул влажный, теплый ветерок с юга. Началась оттепель: снег липнул к ногам, стоял плотный, ватный туман - в двух-трех шагах уже ничего не было видно. Он поглощал не только предметы, но и звуки, кругом распростерлась мертвая тишина.

Неторопливо, нащупывая ногами протоптанную в снегу дорожку, я несколько раз прошелся из конца в конец улицы. За это время я не услышал ни единого звука, даже шороха. Да и откуда ему было возникнуть? Всех собак в селе гитлеровцы давно перестреляли, а партизаны и местные жители спали в эту глухую пору глубоким сном.

Однако по опыту я уже знал, что тишина обманчива, поэтому нужно быть настороже. И вот, стараясь ступать бесшумно, я напряженно вслушивался в эту тишину, не доверяя ей ни на мгновение. А она обволакивала меня со всех сторон и предательски клонила ко сну с неодолимой силой. Я даже не мечтал о клочке соломы на полу в теплой хате. Мне бы достаточно было прислониться к первым встречным воротам и вздремнуть хоть несколько минут стоя.