Чтение онлайн

Кораблей вокруг станции роилась целая тьма.

Большие и маленькие, боевые и транспортные, старые и новые, самого разного происхождения. Корабли стыковались и улетали, останавливались на синхронной орбите, уходили подальше, ныряли в гиперпространство. Появление «Гремящего» заставило их всех насторожиться. Ещё и режим радиомолчания делал присутствие эсминца ещё более зловещим.

— Ишь как замельтешили, — усмехнулся Стыценко.

Мы потихоньку приближались к станции, ефрейтор Стыценко вышел на связь с диспетчером, стандартным кодом запросил стыковку. Разрешения пришлось немного подождать, но в конце концов наш челнок направили к одному из свободных шлюзов.

— Господин командор, в этот раз тоже на корабле ждать? — спросил у меня пилот.

— А ты догадливый, — усмехнулся я. — Как твоя помощь понадобится, тебя вызовут.

— Понял, — мгновенно погрустнел Стыценко.

Его постоянно тянуло выбраться в свет, познакомиться с новыми людьми, других посмотреть, себя показать. Но в этот раз ему лучше не задерживаться на станции. Меньше будет проблем и для нас, и для него.

Челнок приткнулся к указанному диспетчером шлюзу. Тут не было даже магнитных замков, только механические защёлки, которые опускались вручную. Но хотя бы шлюз оказался герметичен, и мы могли перейти на станцию, не одеваясь в скафандры. Так мы и сделали, а ефрейтор Стыценко, закрыв за нами двери, запросил отстыковку и немедленно полетел обратно на «Гремящий».

Тут, около шлюза, я и повстречал первого в своей жизни мутанта.

Нет, я видел их на видео, в учебных фильмах, предупреждающих об опасности космической радиации, ксеноконтактов и тому подобного, но вживую никогда не встречал, и вид человека с вытянутым вверх лысым черепом и тремя губами вместо двух поверг меня в настоящий шок. Я отвернулся, стараясь не пялиться на него, чтобы не выдать своего отвращения и ужаса.

На меня же мутант не обращал никакого внимания, продолжая заниматься своими мутантскими делами.

— Идём, Степан, — глухо произнёс я.

Адъютант тоже косо глянул на мутанта и молча последовал за мной по длинному кривому коридору.

Нас никто не встречал, Дер Эквинум продолжал спокойно жить своей повседневной жизнью, хотя атмосфера здесь казалась мне какой-то напряжённой. Люди проходили мимо быстрым шагом, стараясь не смотреть друг другу в лицо, все были какие-то чересчур нервные, даже напуганные, хотя на первый взгляд станция функционировала как и должна, в обычном режиме. Катались погрузчики, работали уборщики, слонялись различного рода бездельники. Не видел я только сотрудников службы безопасности, но практически у всех местных жителей имелось личное оружие, и, похоже, безопасность они обеспечивали себе сами.

К нам подбежал долговязый чумазый мальчишка, тощий и похожий на паука, как и все, кто проводил детство в невесомости.

— Планетяне! Эй, планетяне! Купите мерды! Отличная мерда, с ног сшибает! — затараторил он. — Или девочку? Хотите девочку? Можно даже одну на двоих!

— Отстань, — рыкнул я.

— Может, кабак вам показать? Тут недалеко, самый лучший на станции! — не унимался пацан.

— Исчезни, — сказал я.

Его тощее обтянутое кожей лицо скривилось в неприятной гримасе.

— Жалко вам что ли? Могли бы хоть мерды купить! И девок вам не надо! Друг дружку небось приходуете, планетяне вонючие! — выпалил он, на всякий случай отбегая подальше.

Лейтенант Андерсен покосился на меня.

— Разрешите, я ему втащу, — попросил адъютант.

— Не разрешаю, убогих обижать грешно, — сказал я. — Да и проблемы на ровном месте нам не нужны.

— А мерда это что? — спросил Андерсен.

— Понятия не имею, — честно признался я. — Но вряд ли что-то хорошее.

Мы с Андерсеном покинули зону прилёта, вышли к центральному коридору, пронизывающему всю станцию насквозь. Он был достаточно широк, чтобы в нём могли разминуться две машины, но никакого транспорта я здесь пока не увидел, все ходили исключительно пешком или на индивидуальных электрокарах. Вдоль коридора расположились магазинчики и различного рода увеселительные заведения, кто-то торговал всякой мелочёвкой прямо с обочины. В воздухе висел тошнотворный запах прогорклого масла, какой-то едкой химии и немытого человеческого тела. Здешние фильтры явно не справлялись с очисткой воздуха, или же местные заправилы не считали нужным тратиться на его очистку.

Почти сразу же в этом коридоре нас остановили трое вооружённых молодчиков в одинаковых синих рабочих костюмах. С автоматами поперёк груди.

— Стоять! За Луну или за Солнце? — требовательным тоном спросил один из них.

Я за оружие не хватался, всё-таки их автоматы просто висели у них на груди, не представляя угрозы, но что-то мне подсказывало, что эта троица может пустить оружие в ход, совершенно не задумываясь, а человека убить им всё равно что в носу поковырять.

— А вы с какой целью интересуетесь? — ответил я вопросом на вопрос.

— Придуриваешься? — хмыкнул автоматчик.

— Ничуть. Только что прилетели, — сказал я.

— Понятно. Документы давай показывай, — потребовал он.

— Мне казалось, в Дер Эквинуме документов не спрашивают, — сказал я.

Так говорил Игнатов, так заявляли во всех доступных материалах по нейтральным системам. В этом и было одно из преимуществ Дер Эквинума перед другими системами, здесь любой мог затеряться бесследно, независимо от того, кто он такой и что сделал.

— Теперь спрашивают, — отрезал автоматчик.

— Жаль, но у меня из документов с собой только этот имперский кредитный билет, — сказал я, даже не покривив душой, все удостоверения остались на «Гремящем». — Годится для проверки?

Банкнота из тонкого пластика номиналом в тысячу имперских кредитных билетов появилась в моей руке словно из ниоткуда. Не слишком много, но достаточно, чтобы умерить пыл этих дармоедов.

— Я погляжу, ты сторонник старых порядков, — усмехнулся автоматчик и вдруг кивнул на Андерсена. — А твой друг?

К первой банкноте добавилась ещё одна. Как знал, что сюда нужно взять побольше наличности.

— И твой друг тоже, — хмыкнул автоматчик, незаметно убирая деньги в карман. — Бесплатный совет, если не хотите неприятностей, купите у любого из торгашей значок, звёздочку, и прицепите на видное место.

У него у самого на груди блестела жёлтая пятиконечная звёздочка.

— И что она означает? — спросил я.

— А, вы и правда не в курсе? — удивился патрульный. — Это значит, что вы за солнечных. На правильной стороне, короче.

— А можно мы не будем ни за тех, ни за других? — спросил вдруг Андерсен.