Чтение онлайн

«Во время встречи с Крючковым, – рассказывал Ёхансон, – я упомянул, что неплохо бы снабжать руководство республики информацией, имеющейся в распоряжении КГБ СССР, о происходящих в мире процессах. Крючков пообещал снабжать нас аналитическими данными, с которыми я мог бы знакомить первых лиц республики».

Эдмунд Ёхансон, бывший комсомольский работник, окончивший Высшую партийную школу, воспринимался в Москве как свой человек. С ним связывались немалые надежды на сохранение контроля над выходившей из подчинения Латвией.

И что же?

«Пару раз такие материалы из Москвы я в самом деле получил, – вспоминал Ёхансон. – Если в первый раз они в самом деле были интересны, то потом становились все слабее и невыразительнее. До меня дошло, что нам перестают доверять. Как-то, снова будучи у Крючкова, сказал, что наша договоренность не действует – получаемая информация носит формальный характер. И показал ему один из присланных нам материалов – это были газетные статьи».

– Я не имею права показывать руководству республики такие материалы, – объяснил Ёхансон, – потому что они изобличают слабость КГБ СССР. Решат, что комитет и не располагает материалами, с которыми стоит знакомиться.

Крючков просмотрел материалы, усмехнулся и позвонил начальнику 1-го главного управления (внешняя разведка):

– Слушай, мы же договорились. Ведь с Латвией у нас нормальные отношения, надо давать им то, что нужно!

«Но при всех обещаниях, что теперь все будет в порядке, ничего не изменилось, – констатировал Ёхансон. – Продолжала поступать пустая формальная информация, и я все больше убеждался, что соответствующие службы не питают большого доверия к руководству республики».

Я спросил Виктора Иваненко:

– В протоколе, подписанном 6 мая, сказано: «Передать территориальные органы в ведение КГБ РСФСР». Неужели вы думали, что Крючков готов был весь российский аппарат госбезопасности отдать Борису Николаевичу Ельцину?

– Это было наше предложение. Что это за комитет госбезопасности России, если ему не подчиняются территориальные органы? Крючков был против. Но пошел на компромисс. Видимо, он уже представлял, что впереди чрезвычайные события, и рассчитывал, что российский комитет так и останется на бумаге.

Иваненко постоянно ходил к руководству КГБ СССР. И слышал от Крючкова одно и то же:

– Подожди, подожди. Вы там освойтесь, вникните…

Иначе говоря, приходите завтра. Игра. Крючков наставлял председателя КГБ России:

– Ты думай больше о будущем Советского Союза.

Иваненко отвечал:

– Все это правильно. Советский Союз – наше достояние, но в стране идут демократические процессы, а мы остаемся на обочине. Мы должны соответствовать духу времени, создавать законодательную базу.

Председатель КГБ пытался играть сразу на нескольких досках.

В январе 1991 года он пригласил к себе своего первого заместителя Виктора Федоровича Грушко.

На Лубянке знали, что генерал-полковник Грушко – любимец Крючкова. Он окончил Московский государственный институт международных отношений и был распределен в Министерство иностранных дел, начинал в посольстве в Норвегии. Молодого дипломата пригласили на работу в КГБ, и в 1960 году Грушко приступил к занятиям в учебном заведении для разведчиков, которое в служебной переписке в конспиративных целях называли 101-й школой. Как знающего иностранный язык и имеющего опыт дипломатической работы, через год его отправили в 1-е главное управление КГБ (внешняя разведка),

Грушко трудился в третьем (англо-скандинавском) отделе, который занимался Англией, Ирландией, Австралией, Новой Зеландией и Скандинавскими странами. В 1972 году стал заместителем начальника, затем возглавил отдел. В 1980 году Крючков сделал Грушко своим заместителем.

Когда Виктор Федорович вошел в кабинет председателя, Владимир Александрович интригующе заметил:

– Хочу познакомить вас с весьма интересным собеседником.

Им оказался человек из ельцинского окружения – первый заместитель главы нового российского правительства Юрий Владимирович Скоков.

Сын профессионального сотрудника госбезопасности, Скоков окончил Ленинградский электротехнический институт имени В. И. Ульянова, работал в научно-иследовательском институте № 2 Министерства обороны, защитил диссертацию, затем перебрался в Краснодар, где в краевом управлении КГБ служил его отец.

Со временем его перевели в Москву, и он возглавил научно-производственное объединение «Квант», где побывал первый секретарь Московского горкома Борис Ельцин, который запомнил Скокова. Юрий Владимирович был избран народным депутатом СССР, а в 1990-м Ельцин сделал его первым заместителем председателя Совета министров России. Он выполнял некоторые деликатные поручения Бориса Ельцина.

«Скоков – реальный „теневой“ премьер-министр, которого я всегда как бы имел в виду, – вспоминал Борис Николаевич. – Пусть „теневой“ премьер подстегивает премьера реального».

Крючков свел Грушко со Скоковым и рекомендовал договориться о регулярных контактах. Из разговора следовало, что и Ельцин наделил Скокова соответствующими полномочиями. Когда Скоков покинул кабинет председателя КГБ, Грушко осведомился, в чем состоит смысл контактов с представителем российского правительства.

– Оставляю это на ваше со Скоковым усмотрение, – уклончиво ответил Крючков. – Цель состоит в обмене мнениями для лучшего взаимопонимания. Контакт рассматривайте как рабочий, а меня информируйте лишь тогда, когда сочтете необходимым.

Скоков и Грушко встречались два-три раза в месяц. «Вскоре у нас сложились хорошие отношения, позволявшие отлично понимать друг друга», – вспоминал покойный генерал Грушко. Он по-свойски снабжал Скокова кое-какой разведывательной информацией, интересной для российского руководства. Юрий Федорович столь же доверительно делился планами Ельцина.

Вероятно, Борис Николаевич рассчитывал таким способом быть в курсе намерений руководителей КГБ, найти там людей, симпатизирующих новому российскому руководству, – при случае помогут. Но ничего из этого не вышло. Грушко был одним из самых близких к председателю КГБ людей. Но Ельцин и Скоков так и не выяснили заранее, что Крючков готовит создание ГКЧП.

Во время августовского путча, вспоминал Ельцин, «Скоков как мое доверенное лицо встречался с представителями армии и МВД – Грачевым и Громовым. Эти контакты были совершенно секретны и имели для нас решающее значение – хотя бы даже в моральном плане. При этом Скоков держался скромно, незаметно, что тоже не могло не импонировать».

Юрий Владимирович Скоков станет секретарем Совета безопасности России.

Начальник разведки генерал Леонид Шебаршин рассказывал, что летом 1991 года предложил Крючкову пересмотреть отношение к Ельцину: