Чтение онлайн

В начале пятого миссис Корвит извинилась перед гостями и вышла в прихожую, чтобы ответить на телефонный звонок.

В трубке послышался возбужденный сбивчивый голос.

— Анна? Ну, как ты? Все, наверное, уже собрались? Мне до смерти хочется приехать к вам, но…

— Кто это? — прервала миссис Корвит.

— Это Джейн! — Звонившая явно рассчитывала, что ее и так узнают.

— А! Так я слушаю.

— Мне ужасно хочется приехать и попрощаться со всеми вами, но сегодня наш шофер выходной, и он взял машину, поэтому мы просто не знаем, что делать. Даже не представляю, как…

— Я пошлю за вами Свендсена.

— Ой, спасибо, Анна! Мы уже готовы, да и ехать-то всего минут десять, если не меньше, а Агнес говорит, что было бы очень хорошо съездить попрощаться с Кор…

— Не волнуйся, Джейн. До встречи. — Миссис Корвит положила трубку. Мгновение она стояла, мрачно глядя на телефон, затем вздохнула, напустила на себя бодрый вид и набрала номер Свендсена. Телефон звонил, ответа не было. Наконец она повесила трубку и снова помрачнела.

Задумчиво покусав губы, она набрала другой номер.

— Мистера Корвита, пожалуйста… Миссис Корвит… Привет, Лед. Свендсен все еще у тебя?.. Не знаю. Не могу его найти… Так или иначе, тебе лучше вызвать такси или позвонить Берту… Ладно.

Миссис Корвит надела пальто, взяла ключи и тихо вышла из парадной двери, подняв воротник. Хотя он и защищал от порывов ветра, ее узкое лицо успело посинеть, пока она дошла до гаража. Открыв ворота, она шагнула внутрь, затем, после секундного колебания, приблизилась к лестнице и, задрав голову, посмотрела вверх. Там было темно.

— Свендсен! — Ее севший голос был едва слышен. Сглотнув, она позвала громче. Ответа не было. Постояв минуту, миссис Корвит повернулась и пошла к серой машине. В последний момент она, правда, передумала и, выбрав «линкольн», выехала из гаража, даже не закрыв за собой ворота. На дороге она обернулась, но увидела лишь темные очертания дома.

Сжав губы и крепко держа руль, миссис Корвит не сводила усталых озабоченных глаз с дороги. Она ехала быстро, подавшись вперед и втянув голову в воротник. Через пятнадцать минут машина свернула на тихую улицу, усаженную деревьями, и остановилась перед каменным домом. Миссис Корвит дала короткий гудок, и к окну, увитому плющом, сразу же приникло чье-то лицо, а через секунду парадная дверь отворилась и из нее торопливо вышли четыре закутанных фигуры. Стемнело, и разглядеть их лица было невозможно.

Шедшая первой фигура открыла дверцу кабины водителя, и внутрь заглянуло старое размалеванное лицо.

— Анна? А ты-то что тут делаешь? — с придыханием произнес скрипучий голос.

— Лучше садись скорее, Джейн, — попросила миссис Корвит. На ее лице была обычная вежливая маска. — Слишком холодно.

Тем временем подоспели и остальные. После коротких приветствий они влезли на заднее сидение.

— Но где же Свендсен? — не унималась Джейн.

— Не знаю. Куда-то запропастился, и, чтобы не терять времени, я приехала сама.

— О, мне так стыдно, что я вытащила тебя из дома в такую погоду! Но я и понятия не имела! Если бы я только могла представить, что…

— Лучше садись, Джейн. Я совсем замерзла.

— Ах, ну конечно, прости.

Джейн забралась внутрь, и, как только она закрыла дверь, миссис Корвит завела мотор, и машина рванула с места. Усталая женщина смотрела на дорогу. Вдруг сзади раздался голос Джейн:

— Просто стыд, что Анне самой пришлось ехать за нами!

— А где ее шофер? — спросил другой женский голос.

— Понятия не имею. Анна говорит, что он вроде куда-то запропастился.

Сначала миссис Корвит не обращала внимания на этот разговор, но потом выпрямилась, и, чуть не съехав с дороги, повернулась посмотреть, не открыто ли окошко между кабиной водителя и салоном. Окно было плотно закрыто. Она слышала, как Джейн тихонько вскрикнула, когда машина вильнула, и поспешно выровняла ее. Анна посмотрела на маленькое переговорное устройство. Оно было на своем обычном месте и явно исправно.

Миссис Корвит быстро перевела взгляд на дорогу. Ей стало дурно, голова закружилась, лицо приобрело зеленоватый оттенок.

— Я слышу все, что они говорят, — тихо повторяла она про себя. — Боже мой, я слышу абсолютно все!

В полутемной комнате Свендсен увидел мягкий серый ковер, смятую атласную постель, туалетный столик и сидящую перед ним фигуру.

Фигура сидела спиной к шоферу, и, судя по всему, была женской. Впрочем, он видел только туловище. Голову и плечи скрывали белые бинты, в которых оставались небольшие прорехи для носа и рта. Бинты исчезали под воротником голубого атласного халата. Едва видимая в полумраке фигура наклонилась вперед, вглядываясь в тусклую глубину зеркала.

Свендсен увидел в ее руке металлический предмет. Это были ножницы. Руки, поднятые к бесформенной голове, надрезали полоски марли, после чего принимались разматывать бинты. Когда лента становилась слишком длинной, женщина отрезала ее и аккуратно клала на столик.

Свендсен стоял у двери шкафа и наблюдал. Его лицо сделалось серым, черты заострились. Сжав кулаки, он не сводил с женщины покрасневших глаз.

Комок бинтов на столе рос. Наконец пациентка отложила ножницы и подняла белый клубок. Корзина для мусора стояла позади стула и чуть правее.

Свендсен опоздал. Поглощенный наблюдением за женщиной, он не сообразил, что сейчас произойдет. Ну, а потом было уже поздно.

Пациентка повернулась к корзине и замерла, как громом пораженная. Глаза уставились на Свендсена. Бинты упали на пол, из горла женщины вырвался негромкий животный крик.

Руки Свендсена инстинктивно сжались, лицо окаменело. Отойдя от шкафа, он приблизился к туалетному столику.

Пациентка отступила, натолкнувшись на столик. Рука коснулась его поверхности, ища опоры, что-то упало и покатилось по ковру. Вдруг послышались нежные, печальные звуки песни «Это случилось в ясную полночь».

На миг Свендсен застыл. Эфемерная мелодия музыкальной шкатулки гармонировала и со странной фигурой, и с тихой, мертвой комнатой. Казалось, обезображенный затылок женщины тает в темном зеркале.

Медленно наклонившись, Свендсен поднял маленькую коричневую шкатулку. Если бы не вырезанные на крышке ангелы, играющие на арфах, она выглядела бы совсем как миниатюрный пиратский сундук. Не закрывая шкатулку, шофер опять посмотрел на пациентку.

Большие вытаращенные глаза не мигая смотрели на него из какой-то пустоты. Они не выражали ничего, даже страха, и казались такими же призрачными, как и весь этот злосчастный дом с его гнетущим, исполненным ожиданием безмолвием.