Чтение онлайн

Поднявшись в лифте на свой этаж, я вошла в дом. Под ноги с заливистым лаем бросился Зевс, — похоже, сегодня бабушка не была готова забрать его к себе. А из глубины квартиры доносились родительские голоса.

— Пришла главная хозяйка! — услышала я смеющийся голос отца.

— Скучали по мне? — было приятно оказаться дома, в этом уютном теплом местечке.

— Конечно, — мама с улыбкой встретила меня и пошла на кухню. — Весь день пропадаешь на учебе, голодная?

Отрицать этот факт не было смысла, ведь я сейчас могла бы съесть хоть слона. Сколько не пей в институте чай с пирожками, а нормальный обед все равно не заменить. Пока мама подогревала ужин, мы болтали о прошедшем дне, о самочувствии бабушки и смеялись над мамиными учениками. Особенно над девчонками из пятого «в» класса, которые считали себя довольно взрослыми для того, чтобы красить глаза и губы в невероятные перламутровые оттенки. Мне всегда хотелось спросить у их родителей, видят ли они вообще своих детей.

Максим наверняка уже прочитал мое сообщение. Но ответа не было. После ужина я отправилась в свою комнату и стала собирать сумку на завтра, положив все необходимые тетради. Нестерпимо хотелось спать, а утром снова рано подниматься. Вскоре моя комната погрузилась в темноту, которую разрезали отблески городских огней, проникающих через неплотную ткань штор. Мне снился сон. Мне снилось, что я сижу на пустынном взморье, и прибрежный песок, зажатый между моими ладонями, стремительно ускользает из них. Не могу объяснить, какое это чувство, но казалось, что-то важное уходит от меня в бездонный океан времени, в котором не найти, не разглядеть ничего, — невозможно.

***

Мы с Настей уже прослушали лекции по математике, общей химии и генетике. Если генетика оказалась наукой довольно интересной, то математика вернула меня во времена дифференциальных уравнений различных порядков, которые никогда не вызывали ничего, кроме головной боли.

Четвертой лекцией стояла медицинская физика. Ее нам должны были прочитать курсом из ежедневных лекций на протяжении трех недель, и это занятие было первым. Как обычно, студенты вздыхали и спрашивали, зачем вообще нужна физика. Я тоже плохо понимала, для чего нам изучать этот предмет, но все-таки надеялась на лучшее. А именно, на снисходительного преподавателя и зачет автоматом посредством каких-нибудь успешно сданных лабораторных работ.

Преподавателя звали Яковлев Алексей Евгеньевич. Так значилось в расписании, но мы еще не представляли, что он за человек. Заходя в аудиторию, все обратили внимание на шкаф внушительных размеров. Он стоял в другом конце зала, но не у стены, а так, словно его пытались передвинуть, а потом позабыли о нем.

— Итак, всем здравствуйте! — мы оторвали взгляды от шкафа и увидели, как в аудиторию вошел мужчина лет сорока. Он держался непринужденно, и его добродушный взгляд скользил по студентам. На висках у Яковлева уже виднелись знатные залысины, сам он был невысок и тучен, но двигался легко и стремительно.

— По своему опыту уже знаю, что вы все не понимаете, на кой черт вам сдалась физика, — продолжал Алексей Евгеньевич, продвигаясь между рядами к шкафу. — Поэтому мне придется вас убеждать в этом. Вы все видите этот шкаф?

Ребята подтвердили это. Мы с Настей переглянулись с улыбками, — Яковлев обещал быть отличным преподавателем.

— Как вы думаете, сколько человек потребуется, чтобы перенести его?

Ребята стали выкрикивать предположения. Мы слышали варианты «два», «три», «четыре».

— Не будем гадать, — улыбнулся Алексей Евгеньевич. — Предлагаю вам попробовать поднять его. Добровольцы!

Двое парней сразу решили испытать себя и вышли к шкафу.

— А где Кобзев? — спросила Лебедева. — Он бы этот шкаф один перенес.

— Точно, — кивнула я, вспоминая нашего старосту. Правда, его сейчас не было видно, хоть на генетике он присутствовал. Неужели решил прогулять?

А у шкафа продолжала разыгрываться сцена. Два парня потерпели неудачу, и поднять шкаф пытались уже трое. Удивительно, но им снова потребовалась помощь. Только вчетвером ребята сумели поднять мебель и пронести на несколько метров, когда преподаватель остановил их.

— Что ж, как видите, для этого эксперимента потребовалось четверо молодых людей, — подытожил он.

— Там слон внутри, что ли? — выкрикнул кто-то.

— Не спешите с выводами! — заявил Яковлев. — Оказалось, не простая это задача, правда?

— А разве нельзя просто катить шкаф по полу? — послышалось чье-то рациональное предложение.

— Эх, друг мой! — проговорил Алексей Евгеньевич. — Сразу видно, счастливый холостяк. Попробуй при живой жене катить шкаф по полу, потом век воли не видать! Вместо пола тебя положит.

Все засмеялись.

— А теперь я попрошу всех отвернуться… Да-да, я не шучу, отвернитесь. Кто будет подсматривать, — завалю на экзамене.

Яковлев снова засмеялся, и мы все повернулись. Одному из парней Алексей Евгеньевич поручил наблюдать за нами. Пока мы находились в неведении, слышалось, как преподаватель и трое других ребят переговариваются и что-то делают со шкафом.

— Поворачивайтесь, — разрешил нам Яковлев. Мы с интересом обернулись, и я первым делом заметила на лицах четырех однокурсников смешки. Не знаю, что сделал Алексей Евгеньевич, но это явно было хитро, поэтому ребята и посмеивались.

— Теперь смотрите, этот шкаф мы сможем передвинуть вдвоем, — сказал он. В следующую секунду с другой стороны к шкафу подошел только один парень, и преподаватель стал толкать на него шкаф. Тот на удивление плавно заскользил по полу, и это передвижение не вызывало у так называемых грузчиков большого усилия.

— Что скажете? — через какой-то время спросил Яковлев, когда шкаф был почти у стены.

— Вы колесики туда подложили!

— Подложил, но не колесики! Ваши варианты?

Студенты начали выкрикивать самые безумные предположения, среди которых были даже лыжи.

— Сдавайтесь, салаги, — кивнул Яковлев. — Под шкафом срезы картошки. Но суть вы угадали верно, я создал между шкафом и полом дополнительную линию сцепления. Здесь вступает в игру сила трения скольжения, что позволяет нам облегчить работу. Кто из вас догадался бы применить этот способ в жизни? Я вам отвечу, — единицы. Все привыкли действовать напролом, и этот способ пришел бы на ум в последнюю очередь. Поэтому я буду учить вас думать и применять законы физики в жизни, а также понимать, как протекают процессы в медицинской технике. Ну что, теперь я убедил вас, что физика — это не какая-то ерунда из области фантастики?

Нам пришлось признать слова Алексея Евгеньевича, что оставило его весьма довольным. Он уже стал возвращаться к кафедре, как вдруг снова подошел к шкафу и открыл шпингалеты.

— Можете выходить, — услышали все его смех, а потом и сами засмеялись. Внутри сидел Пашка Кобзев. Он выплыл из шкафа в довольно помятом виде, но ему явно понравилось помогать преподавателю.

— Спасибо, отдохните, — Яковлев потрепал нашего старосту по плечу, и все приготовились к лекции.

***

Как обычно, после окончания занятий, я попрощалась с Настей и продолжила путь в анатомичку. Но уже через несколько минут мое одиночество прервал парень с нашего курса, Сашка Прокин. Он являл собой типичного спортсмена, — невысокий, коренастый и с такими широкими плечами, что казалось, будто он отдает дань моде прошлых лет и носит куртку с подплечниками.