Чтение онлайн

Он резко замолк и взглянул на меня исподлобья:

— Если замечу, что сбиваешь с панталыку моих — уволю без выходного пособия. Знаю я вас, только и можете вертеть...

— Ага — докончила я — нижним плечевым поясом. Серж, не отвлекайся, время-деньги. Я уже слышала про твоё трепетное отношение к женщинам. Я и на тебя видов не имею — спи спокойно.

Он удивился и запротиворечил сам себе:

— А почему это ты на меня видов не имеешь. Тебе что-то во мне нравиться?

Мы с жабой закатили наверх глаза. А ещё говорят, что женщины нелогичные.

— Нет, ты мне очень нравишься.Груб, брутален, хорошо хоть не вонюч, но у меня другие интересы в этом городе.

— Какие?— комендант прищурил глаза и окинул меня подозрительным взглядом. Ты хочешь найти себе дракона необременённого ребёнком и побогаче?

Мне захотелось в кои веки выругаться. Грязно. Я ему про Фому, а он про Ерёму.

— Серж, если ты про Санни — то нет. У тебя чудесная хорошая девочка. И если бы у меня была дочь — я была бы благодарна небу, что она была бы похожа на твою Санни. А к половозрелым особям мужского пола из драконов — у меня чисто профессиональный интерес. И не отвлекайся. Диктуй тех, кто не женат, не надо мне выдавать полную статистику. Про пять голов военного гарнизона — я поняла. Давай теперь других перечисляй.

Меня подозрительно буравили глазами. Кажется, он решил, что идея с брачным агентством имеет одну конкретную крамольную цель — служит прикрытием над пристроиться мне самой. И он ступенька по моему переходу в другой статус. Но печеньки сделали своё дело. Прав был тот царевич, который дал Яге чёткие указания по разговорению своей личности:

— Ты меня накорми, напои, а потом вопросы задавай.

Забота и вкусняшки даже дракону приятны.

Ха, я вывела аксиому, как в пещеры с сокровищами драконьими проникать. Притащиться с рюкзаком вкусняшек и устроиться рядом со входом. Костерок, чаек, приглашение около костра за жизнь поговорить. Пледиком накрыть, поухаживать, и не нужно тебе мечом угрожать — сам проведёт, покажет, но не факт, что отдаст. Там следующие шаги понадобятся.

Ну что в итоге? Оказалось совсем негусто. Пятнадцать, но с замками и с крыльями. Если украдкой прибавим звено коменданта, то в принципе есть с чем поработать.

Серж выдал мне настолько краткую выжимку по ним, что я поняла, прямо необходимо дальше собирать информацию. Ну хоть имена есть, и я могу уже знать, о ком речь идёт. Теперь дело за малым — невестами.

В кабинет постучали. Я встала и потянулась забрать поднос с двумя недоеденными печеньками.

— Стой.— рыкнул комендант, кинул их себе в рот и милостивым жестом разрешил уносить.

Нда, ординарец, той которого я замещаю, похоже, теперь тебя ждут нововведения, к хорошему быстро привыкаешь и будешь ты аки гонец за печеньками бегать в булочную.

В приёмной стояло двое дам бальзаковского возраста и мужчина далеко в летах. Одна из дам проскользнула к коменданту первая, вторую я посадила около своего стола, а мужчину вытолкала в коридор, шипя строго:

— Приказ коменданта, в приёмной с этого дня больше двух не собираться. Все здесь теперь дожидаются. Назначаетесь ответственным для оглашения его воли. Вы—мужчина видный, вас послушают. Скажите, сам это дело вам поручил.

Как наш дядя приосанился, летков так десять скинул:

— Не боитесь. Не подведу. Мимо Казимира и комар никогда не пролетал.

— Ой, спасибо, мил человек, а я человек здесь временный и новый, меня могут и не послушаться, а на вас глянешь и понимаешь — настоящий полковник.

Кто такой полковник, он, конечно, не понял, но догадался— что-о важное и приятное.

— А по поводу того, с чем вы к коменданту пришли — мне расскажете,— я ему заговорщеске подмигнула — и я поспособствую в решении вопроса.

Всё. Мужчина был мой с потрохами. Конечно, он пришёл по какому-то делу, но судя по тому, что он ухватился за эту возможность побыть полезным — ему было банально скучно, и он готов был работать местным волонтёром за интерес. Хотя зачем за интерес — печенюшки рулят.

И я вернулась к ожидавшей меня в приёмной женщине.

— Чайку, уважаемая?

Ну кто ж откажется? Я посидела вначале рядом, слушая и кивая на её многословие. Потом стала выуживать золотые песчинки из этого потока слов. Да, дама пришла узнать о прибавке пенсии за умершего мужа, но это было не главное. Ей нужны были уши, на которых надо было сесть и рассказать. Причём официальные, несоседские. Она понимала, что всё рассказываемое здесь не пойдёт гулять по городу.

Да и я собиралась быть могилой. Рассказывать типа про бегство ординарца можно, это секрет Полишинеля. Того самого, у которого его жена Коломбина изменяла с Арлекином. И все об этом знали, кроме его самого. А вот всё остальное — табу.

Посетительница из кабинета уже вышла и подозрительно оглядела наше чаевничество, ушла. Мой добровольный помощник запустил следующую. Моя собеседница махнула ей рукой:

— Иди, милая, я пропускаю.

В итоге к коменданту она так и не пошла. Мы с ней вместе составили с ней заявление в другой кабинет, и я поклялась жабой, что лично прослежу за ходом её дела.

И ещё человек пять затормозили около моего стола, зацепившись за печеньки. Даже когда блямкнуло с площади два часа, и комендант вышел из своего кабинета, очередной посетитель с чашкой в руках даже не дёрнулся к выходу, но сжался, проследив ревнивый взгляд Сержа на печеньки в миске, исчезающие с оглушительной скоростью.

Но видимо, истерику по поводу своего недокормления устраивать коменданту было зазорно, и он, выдыхая из ноздрей дым, улетел на охрану границ нашей Родины.

А к нам заглянул и добровольный помощник Казимир, за что был тоже вознаграждён своей порцией горячего напитка.

До конца рабочего дня в меня столько чая влилось, что моя жаба, мне кажется, в настоящем чайном озере в окружении лотосов стала плавать, зато печенькам пришёл кирдык.

Кончились они напрочь. Последними с заявлениями в руках я побежала налаживать контакты с соратниками по ратуше. Вчера был кнут и угрозы, сегодня пряники. Прекрасный метод достижения результатов. Заодно я выяснила, что у одного из моих коллег непереносимость рыбы, второй любит мёд. Третий обожает творожную начинку.

Когда я ехала домой, просматривала записи, которые вела по ходу слушаний.

Я сама себе напоминала баранью шкуру. Ту самую — Золотое руно. Почему это название пошло? Потому что именно так добывали золото в Грузии. В золотоносных районах в ручей клали шкуру барана, и золотые крупинки оседали в шерсти. Не надо тебе горбатится. И вот я сейчас сидела и переливалась, как та шкура барана. Столько важного успела выхватить из речей теперь уже моих лучших друзей.

И главное. Трам- пам- пам. У меня на руках было уже с десяток потенциальных невест, с именами, титулами и наклонностями.