Чтение онлайн

Ну да, кухня. Полки с мешочками, шкафы. Стоят горкой посуда и сковородки с кастрюлями. О, здесь ей горячая и холодная вода. Помыла руки. Что дальше?

Какой у меня был тонкий момент-это как здесь работала печь. Может её топить надо или включать по-особому. Но ларчик открывался просто. Печь была и пыхала жаром. Ящик железный, и такое впечатление, что она работала на постоянку. Провела рукой над поверхностью. Ага, в середине горячо, к краям жар угасал.

Ну а теперь посмотрим, что у них в закромах есть. В углу стоял большой ларь. Залезла туда — оказался холодильный шкаф под молочку. Жить можно — и творог, и сметана и молоко.

А в соседнем что? Мясо.

Так, теперь по полкам полазеем. Только я подошла ним, чтобы устроить ревизию, скрипнула дверь и в комнату протиснулся ребёнок. Тот самый, не идентифицированный мной по полу.

— Привет — помахала я ему.—ты почему не спишь?

— А ты?—дите наклонило голову.

— Я? — и решила говорить начистоту.— честно? Есть хочу. И жаба моя тоже. Вот решила нас покормить. Но уже поздно и тебе, наверное, надо уже спать.

— А ты умеешь готовить?—игнорируя мои слабые попытки отправить дите к себе, ребёнок уселся на высокий стул, показывая, что меня в покое не оставят.

Я вздохнула. Ладно, я здесь на неделю, зачем мне лезть со своими правилами. У ребёнка вообще-то папаша есть и даже бабушка, вот и пускай воспитывают.

— Умею. Только мне надо понять, где что лежит. Ты, кстати, совершенно случайно не в курсе?

Ребёнок помотал головой.

— Понятно. Значит, сама.

Развязала один мешок, залезла. Стою, думаю. Ребёнок не выдержал, соскочил со стула и тоже сунул нос.

— Слушай, а может ты знаешь что это?—задумчиво спросила я, рассматривая на ладони коричневые зёрнышки. Даже взяла одно в рот и пожевала. Безвкусное.

Ребёнок пожал плечами.

— Ладно. То, что неизвестно, мы есть не будем. Надо искать знакомое. Верно я говорю, мой юный соратник по набегу?— повернула я голову к дитю — кстати, не подскажешь, ты кто?

— Плод любви.

— Чего?— я аж закашлялась.

— Ну меня так слуги называют, когда думают, что я не слышу. Мама меня папе привезла три года назад. Сказала чтоб он теперь мной занимался, а сама улетела жизнь строить.

Я покосилась на дите:

— Это тоже слуги говорили?

— Нет, это бабушка с папой ругалась. И говорила, что незаконный ребёнок ей мешает его судьбу устраивать. Не все замуж за него со мной хотят. Сказала сдать меня в приют.

— А папа?— у меня даже жаба притихла и не голосила от голода, а с жалостью прислушивалась.

— Папа отказался. Сказал, что он может и плохой отец, но я буду жить с ним.

— Папа-молодец у тебя.—я мысленно поставила лайк над фигурой коменданта — но вот когда я спрашивала кто ты , я поинтересоваться хотела ты мальчик или девочка, а то по одежде не определишь. Да и имя твоё узнать, тоже бы неплохо. А то нас как-то не представили.

— Санни я. И ещё я девочка. Просто когда папа себе заказывает мундиры, его портной и мне шьёт. А госпожа Клавдия, моя гувернантка сказала, что ей платят, чтоб она меня учила хорошим манерам, а не одевала.

— Красивое имя у тебя, Санни, как солнышко, а меня можешь Таня называть. Ну что Санни, будем дальше думать, что вкусненького приготовить. Ты, кстати, кушать хочешь?

Девочка кивнула:

— Только госпожа Клавдия говорит, что на ночь есть вредно.

— Абсолютно с ней согласна, поэтому не рассказывай никому про это, а то мне стыдно становится.

Сама думаю, господи, на что я ребёнка подбиваю? Ну не выталкивать же мне её с кухни.

— Санни, а сколько тебе лет?

— Шесть.

— Так ты уже большая, и просто обязана помочь мне готовить. Ты согласна?

Девочка с радостью кивнула.

— Тогда давай я помогу тебе закатать рукава мундира.

Санни доверчиво протянула ко мне тоненькие ручки.

Таня, ты что делаешь? Сейчас ребёнок привяжется к тебе намертво, а тебе через неделю отсюда уходить, а через месяц вообще из этого мира в горшок переселяться или в лужу. Это как пойдёт. Сделай строгое выражение Фрекенбок из мультика про Карлсона и прогони. Но мне было её настолько жалко. Она смотрела на меня с такой надеждой. Маленький одинокий человечек. Прямо как я глубоко в душе когда-то.

Да всё понятно. Отец, которому внебрачного ребёнка подкинули, не понимал, что ему с ней делать. В итоге вот и мундир, и гувернантка, и ни одного ласкового слова. Да он просто не знал, как их говорить, и сбегал на работу. Бабуля, которой Санни это просто портила картинку.

И тут появляюсь я, которая просто с ней заговорила.У-у-у-ух. Ладно. Ну накормлю хотя бы один раз по-человечески, а потом буду с ней строга. Клянусь внутренней жабой. Желудок квакнул.

Я вздохнула и закатала рукава Санни.

— Так, малышка, теперь бегом руки мыть.

Когда девочка показала мне чистые ладошки, я с заговорщицким видом сказала:

— Санни, будем играть в сыщиков. Знаешь, что главное во вкусной нездоровой пищи?

— Что?— глазёнки её загорелись.

— Сахар и мука. Ну ещё соль, только щепотку. И вот их-то нам надо найти. Злые гаргульи спрятали их среди этих мешочков и баночек. Но мы их отыщем. Правда, мой юный Ватсон?

Глазки загорелись и Санни шепнула:

— А это кто?

— А это главный помощник.

Ну, наверное, минут тридцать мы совали нос во все ёмкости. Половина я даже не определила. Но в итоге измазавшись в муке, мы нашли, что нам было нужно.

— Будем делать ленивые вареники.— торжественно провозгласила я.

— Бывают и неленивые?

— Ага, но их долго делать. Их потом как-нибудь слепим.

Я поставила кастрюлю на плиту. Вместе большой ложкой мы замешали тесто с творогом. Разбили туда два яйца. Санни торжественно била, а я скорлупки выковыривала.

Когда добавляла сахар, пробовали вместе.

Вода закипела, девочка накатала маленькие шарики, и я стала их бросать в кастрюлю. А потом у нас состоялась дегустация.

— Таня, как вкусно. Я такое никогда не ела. Бабушка говорит, что сладкое вредно для фигуры и меня никто замуж совсем не возьмёт. И так без дракона я никому не нужна.

Я повернулась к ней:

— Это ты про внутреннего? Расскажи-ка мне про этих драконов. А то откуда я в людях только жабы внутренние водятся.

— Ну когда ребёнку дракону исполняется три годика, он уже может оборачиваться в дракона, ну или не совсем оборачиваться. Когти могут вырасти или зубы.