Чтение онлайн

Дальнейшее пребывание в этом мареве способствовало нарушению дисциплины среди членов экипажа, поэтому капитан решил безотлагательно начать поиски источника пресной воды. Лишь пополнив питьевой ресурс, имело смысл продолжать погоню. Варвар планировал быстро достичь береговой линии, замеченной накануне ими на востоке, и после взять северное направление. Он отдал приказ поднять якорь, а сам, передав руль подчиненному, пошел к бушприту. Здесь уже стояло два человека. Один пытался пробить взглядом окружающую их завесу, второй держал наготове лот для промера глубин.

Пираты налегли на весла. Вновь ожила дудка Йоркина. Извлекаемая старым жрецом монотонная мелодия, скрип уключин, да редкие удары волн об борта, потревожили угнетающее безмолвие. Баркас все дальше и дальше погружался в белую мглу.

Каждый замер лота подтверждал близость суши, и спустя час пираты почти добрались до берега. Вначале их встретила невидимая гряда подводных камней, которые стали предостерегающе тереться о днище, вынудив «Ведьму» несколько изменить курс. Потом перед ними возникли стебли водяных растений (похожих на камыши, но гораздо выше и толще). Очень скоро отдельные палки тростника сменились настоящими зарослями, как будто море внезапно превратилось в безграничное болото. Вот только нигде не наблюдалось подходящего места, куда было бы можно вытянуть судно. Скрежет багров по каменистому дну действовал на нервы.

Наконец, Конан почувствовал, что киль баркаса коснулся мягкого ила.

— Тут словно все вымерло, — пробормотал варвар про себя, а вслух громко известил: — Нужно грести вдоль стены тростника, пока не обнаружим устье какой-нибудь реки — где причалим. Глупо лезть напролом через эту траву… А так у нас быстрее появится возможность найти пресную воду и человеческое поселение. Туземцы обычно строят жилища в речной долине. И не возобновляй своих демонических стонов, — обратился киммериец к сидящему на корме Йоркину, — мы поплывем без твоей музыки. Рулевой, отведи баркас от камышей, но правь так, чтобы сохранять их в пределах видимости!

Вид берега, после путешествия у кромки тростников, зачастую превосходящих рост Конана, оставался неизменным. Впрочем, проклятый туман все равно скрывал рельеф местности от взоров наблюдателей. Отправка разведчиков вплавь не гарантировала необходимый результат. Кроме того в зыбкой трясине существовала угроза жизни людей, и еще капитан полагал, что его подчиненные вполне могут сбежать посуху обратно в Джафур. Однако никаких признаков реки или хотя бы конца водяных зарослей по-прежнему не было.

Вдруг Конан, рассматривающий с носа поверхность моря, резко выпрямился.

— Суши весла! — прозвучал приказ киммерийца. — Всем тихо!

Повисла абсолютная тишина, нарушаемая лишь вялым причмокиванием волн.

— Что случилось, капитан? — рискнул поинтересоваться стоящий рядом пират.

— Посмотри сюда, — Конан указал на рябь, которая расходилась перед баркасом. — Кто-то незадолго до нас здесь проплывал в тумане. Я бы поклялся… Корабль или нечто другое…

Корсары начали возбужденно перешептываться. В голосах разбойников проскальзывал страх. Тем не менее, варвар, пристально всматриваясь вдаль, взмахнул рукой. Гребля возобновилась, правда, теперь люди соблюдали предельную осторожность. Конан остался у бушприта, готовый скомандовать остановку при обнаружении малейшей опасности. Берег маячил по правому борту, но за все время из тумана не показалось ни одно живое существо. Не слышалось также голосов птиц и диких зверей. Не беря в расчет пучки сорняков, окрестности выглядели мертвыми.

— Если тут действительно проходило судно, то наверняка — трирема, — рассуждал киммериец. — Под нами довольно мелко и… — варвар присмотрелся к поверхности, — заметно некоторое течение. — Эй, проверить вкус воды!

Человек, зондировавший дно, привязал к веревке кружку и спустил вниз. Попробовав забортную воду, он с отвращением ее выплюнул.

— Слегка солоновата, капитан, но буквально пропитана запахом гнили.

— Значит, поблизости бежит какой-то поток.

— Туман рассеивается, капитан! — второй пират, дежуривший на носу простер вперед ладонь. — Земля видна!

В самом деле, воздух становился прозрачнее. Парень указывал на узкий канал между плавнями и дальше на песчаный плес.

— Лево руля! — Конан обернулся к кормчему. — Вот оно устье реки. Отталкивайтесь веслами от дна, здесь неглубоко.

Сам он вооружился багром, чтобы устранять возможные плавучие препятствия. Несмотря на значительное просветление, обзор был еще ограничен. Холод тоже не желал отступать, зато киммериец мог видеть реку во всем великолепии. Устье представляло собой настоящий лабиринт малых протоков, змеящихся между колониями камышей, островков и песочных наносов. Канал, в который попала «Ведьма», являлся одним из множества ответвлений, однако Конан придерживался его русла ввиду достаточной глубины. И все же на пути встречались мели. Тогда пиратам приходилось освобождать застрявший баркас силами всего экипажа. Порой они огибали неожиданно возникшую помеху боковыми ответвлениями. Слабое течение реки временами вовсе не ощущалось. При отсутствии такого указателя терялась всякая ориентировка и выбрать правильную дорогу без угрозы заблудиться было крайне тяжело. Таким образом, после очередной попытки, закончившейся песчаным тупиком, Конан принял решение взойти на берег. Исследовав тростниковые джунгли, варвар сделал вывод, что прорубиться сквозь них будет непросто. Длинные, копьеподобные стебли с удивительно твердой сердцевиной еле поддавались лезвию меча.

Варвар вернулся назад. Наиболее легковесного Дикколо товарищи подняли над головами на конце одного из весел. К сожалению, тому не удалось обнаружить взгорья либо верхушек лесных деревьев. Повсюду раскинулись необъятные поля камыша. Теперь Конан досадовал об оставленной ими мачте. По крайней мере, с ее верхней точки они смогли бы определить местонахождение туранских кораблей. В свете подернутого дымкой солнца окружающая морских разбойников вода виделась угольно-черной, но на поверку оказалась багрового цвета, как вино или кровь. Пират с лотом опять смочил ей рот и даже проглотил несколько капель, заявив, что она просто отвратительна. В этой вязкой воде не водилось никакой живности, даже лягушек, хотя киммериец вроде бы заметил на берегу комаров и следы ужей. Неестественное омертвение здешних краев не улучшило настроя. На баркасе смолкли привычные для Конана жалобы команды. Правда, тишина обострила древние инстинкты варвара, который чувствовал странные изменения в обстановке.

— Капитан, посмотри туда! Дерево!

Конан вытащил багор из воды и поднял взгляд. За все время их скитаний по болоту показался хоть какой-то ориентир.

— Да, дерево, — кивнул киммериец. В иных условиях радость пирата увидевшего его вызвала бы смех, но сейчас оно выглядело первым благородным растением на фоне гнусных сорняков.

Дерево с толстым, слегка искривленным стволом издали напоминало иву. Верхние ветви, более легкие и гибкие, чем снизу, касались поверхности воды. Лучшего места для швартовки при сложившейся ситуации было трудно вообразить. Требовалось решить лишь одну проблему. От дерева баркас отделяло обширное пространство, поросшее камышом.

— Как нам доплыть? — нервничая, спросил кто-то из корсаров. — Может, воспользоваться другим каналом?

— Нет, — отрезал Конан. — Мы вырубим себе дорогу.

Послушное приказу капитана судно врезалось в заросли. Тростник сдаваться не хотел и отчаянно сопротивлялся.

— Вперед, еще немного! Я вижу просвет! Добравшись до дерева, мы пошлем кого-нибудь наверх, чтобы осмотреться… — Конан выпустил из рук багор, отскакивая от заваливающегося на него тела.

Им оказался человек, отведавший недавно речной воды. В течение минуты пират ловил воздух широко открытым ртом, потом конечности несчастного начали цепенеть. Смерть настигла беднягу так неожиданно, что падая он чуть не увлек за борт своего капитана.

— Кром и свора демонов! — закричал пораженный варвар, метнувшись к застрявшему в густой растительности багру.

Он рванул крюк, и тогда на головы замерших гребцов посыпались белесые трубки. «Стручки или коконы» — подумал киммериец, однако истошные вопли быстро заставили его изменить мнение. Экипаж «Ведьмы» подвергся нападению неизвестных насекомых. Степень их опасности Конан оценил моментально, когда одна извивающаяся тварь принялась вгрызаться в плечо ближнего к нему пирата. Мужчина, ухватившись за червяка обеими руками, сумел оторвать от себя мерзость только с куском плоти. Из ужасной раны ударила алая струя. Впрочем, остальным досталось не меньше. Насекомые походили на гусениц, имели твердую кольчатую структуру, несколько пар ног и подобные бритвам мощные челюсти. Никто не знал ядовиты ли твари, но они и без того наносили серьезный урон. Численность пострадавших неуклонно возрастала.