Чтение онлайн

Верховный жрец с трудом сдержал презрительную ухмылку. Ничтожный юнец, даже на собственной коронации не может взять себя в руки. Взгляд мага помимо воли обратился налево, где среди прочих высших вельмож стоял Джосер. Лицо принца было непроницаемо. Может быть, стоило отдать корону ему? — мелькнула в мозгу Тот-Амона мысль. Он бы не струсил. С чего я, собственно, взял, что Джосер не будет лоялен?.. Однако свершенного не воротишь. Принц Джосер умрет от яда через несколько часов; удивительно, как вообще у него хватило сил явиться на коронацию… И Тот-Амон медленно проговорил следующую фразу древнего ритуала:

— Имеет ли кто из присутствующих возразить против венчания на царство Рамзеса, сына Ктесфона?

И приготовился возложить золотую корону на голову трясущегося в нервной лихорадке юноши, ибо за три последние тысячи лет никто не имел ничего возразить. Во всяком случае, публично…

И вдруг…

— Я имею возразить! — Пронзительный глас, явившийся неизвестно откуда, был настолько силен, что задребезжали алебарды в руках стражников, а древние солнечно-песочные часы треснули, и песок времени заструился по новым, не положенным ему руслам.

В тот же миг посреди громадного зала возник черный вихрь. Вихрь сложился в высокую фигуру, точно сотканную из первородного мрака. По просторному черному одеянию странно метались багровые огни — плотные облачка кровавого тумана. Опытные маги тотчас узнали страшное Покрывало Ночи, ибо этот хитон действительно был соткан демонами из первородного мрака Преисподних Миров, а багровые облачка — это закабаленные души замученных девственниц, в чьей крови был омыт хитон. И лишь одному человеку принадлежало это страшное одеяние, способное внушить холодный ужас само по себе — даже если не знать, кого скрывает оно…

Из-под низкого черного капюшона выглянуло божественно прекрасное и исполненное столь беспредельной злобы, какую прежде позволяли себе лишь властительные боги, стоящие много выше ничтожных смертных, лицо. Рубиновые губы ощерились в хищном оскале, а ясные сапфировые глаза за пару мгновений обежали весь чертог.

— Тхутмертари… — тихо выдохнул огромный зал.

— Я имею возразить против венчания на царство Рамзеса, сына Ктесфона, — прозвенел сильный голос ее, — ибо недостоин сей смертный править древней Стигией. Жалок и ничтожен Рамзес, сын Ктесфона, как жалок и ничтожен наставник и истинный хозяин его Тот-Амон. Нет, не такой властелин нужен древней Стигии! И не быть ему королем!!!

Взметнулась рука из-под Покрывала Ночи. Странный снаряд понесся к подиуму, где застыли Тот-Амон и Рамзес. Точно бур, ввинтился он в грудь юноши слева. В кромешной тишине раздался хруст разрываемой плоти, тысячекратно усиленный чудесной акустикой Чертога Королей. Черный бур, словно живой, выбрался из пораженной груди юноши и подобно бумерангу вернулся обратно в ожидающую руку Тхутмертари. Еще бьющееся сердце Рамзеса было нанизано на него. Волшебница поднесла бур ко рту и слизнула горячее сердце. И съела его на глазах у всех. Неспешно проведя алым языком по окровавленным губам, она произнесла:

— Вот все, на что был пригоден этот несостоявшийся король. И то немало.

Лишь после этого труп Рамзеса рухнул и покатился с подиума.

…Странное состояние испытывал Тот-Амон, верховный жрец Сета. Возможно, где-то в потаенной глубине своего разума он понимал, что нужно делать. Нужно сражаться. Уже не за власть и даже не за жизнь — за спасение души от нечеловеческих мук. Нужно организовать новый метаконцерт, ведь все посвященные жрецы здесь, и как бы ни ненавидели они его, Тот-Амона, Тхутмертари они ненавидят в тысячу крат сильнее. Никакая волшебница, как бы могуча она ни была, не устоит перед мощью объединенной магии Черного Круга. Нужно наконец призвать всю силу Кольца Сета и немедля поразить Тхутмертари изумрудными молниями. Нужно уничтожить ее здесь и сейчас, раз не удалось прежде.

Да, возможно, в глубине рассудка Тот-Амон понимал это, как понимали это и все остальные жрецы. Но он не сделал ничего. И не шок, и не трепет, и не усталость были виной его бездействия. Что-то непонятное происходило с ним. Ему было чрезвычайно страшно все, что вершилось здесь, в Чертоге Королей, и в то же время совершенно безразлично. И он не знал, что точно в таком же странном состоянии пребывают все остальные присутствующие. Кроме принца Джосера.

Тот-Амон увидел, как Тхутмертари гордо прошествовала к подиуму и поднялась на него. Поклонившись нефритовой статуе, она не стала кланяться верховному жрецу. Взмахнув головой, она скинула черный капюшон, и роскошные золотые волосы разметались по Покрывалу Ночи. Она повернулась лицом к залу, приблизилась к Тот-Амону, и он вдруг почувствовал, что уста его изрекают такие слова:

— Готова ли ты принять корону Стигии, Тхутмертари?

— Готова, Святейший, — услышали все твердый ответ.

— Имеет ли кто из присутствующих возразить против венчания на царство Тхутмертари, дочери Ментуфера? — помимо своей воли пророкотал верховный жрец.

Тишина. Никто не возражал против того, чтобы Живой Ужас Стигии венчался на царство в этой стране. И, согласно ритуалу, Тот-Амон повернулся спиной к залу, а лицом к изваянию Бога и к новому монарху и возложил на голову Тхутмертари корону со вздыбившейся змеей, сопроводив это действие следующими словами:

— Тхутмертари, именем Сета, королева Стигии…

А уже в следующий миг все увидели, как из-под левой лопатки Тот-Амона проступает кончик кинжала, длинного и узкого, и с первыми каплями крови, появившимися на нем, услышали:

— …и верховная жрица Сета, владычица Черного Круга!

Она сказала эти слова сама, а пронзенный Тот-Амон безмолвно рухнул и молчаливо сполз к ее ногам, и волшебный кинжал, сделавший свое дело, втянулся обратно в указательный палец правой руки волшебницы. В то же мгновение Кольцо Сета само собой скатилось с пальца Тот-Амона и наделось на средний перст левой руки Тхутмертари — туда, где положено было его носить. Она величественно воздела руку со змеиным перстнем над головой и торжественно повторила:

— Тхутмертари, именем Сета, королева Стигии, верховная жрица Сета, владычица Черного Круга!

Громадные солнечно-песочные часы со звоном разбились.

— Значит, ты все знал, — томно вздохнула Камия.

Принц и принцесса гуляли в королевской оранжерее, вдыхая ароматы экзотических растений. Как бесконечно далеко было все это травяное великолепие от страшных событий, начинающих свой бег за пределами оранжереи!

— Я не знал подробностей, но знал, что это случится, — сказал Джосер.

— Ну почему ты не доверился мне, Джосси? — всплеснула руками Камия. — Я сумела бы тебя отговорить.

Принц сумрачно посмотрел на жену.

— Мое участие или неучастие в этом деле не способно было ничего изменить. Она захотела этого, и она добилась, чего хотела. Со мной или без меня — она все равно стала бы тем, кем стала. И тебе незачем было знать, Ка. Это было опасно.

— А теперь не опасно? Как можно было позволить ей захватить власть?