ЖАНРЫ

Концепт «райская птица» в традиционной культуре восточнославянских народов
Шрифт:

Архаическая модель мира реконструируется с помощью сказки. Первым и основным аргументом в пользу того, что у сюжета яйца древнее мифологическое происхождение, следует считать, описываемые в сказках, отчетливые космологические картины: изображение различных миров, а также связей между ними через путешествия главных героев. В таких сказках тридесятое царство бывает как подземным, так и небесным, а проводы героя напоминают путешествия в нижний или верхний мир 28 .

28

Топоров В.Н. К реконструкции мифа о мировом яйце: на мат. рус. сказок // Труды по знаковым системам: учен. зап. Тартус. гос. ун-та / отв. ред. Ю.М. Лотман. – Тарту, 1967. – Т. 3. – Вып. №198. – С. 85, 88.

Нередко в сказках иное царство существует на границе миров. Так, в русской северной сказке «Вехорь Вехоревич» избушка на курьих ножках, сворачивающаяся в яйцо, – символ таинственного царства, где прячется царевна. Избушка на курьих ножках, по устоявшемуся в традиции народной культуры мнению, – это граница между живыми и мертвыми 29 . Предания о яйце, внутри которого находится организованное пространство, сохраняются в разных вариантах русской сказки «Три царства…». В украинской сказке птица-царь владеет золотым яйцом, где сберегается «царствечко»: «ярмарка такая, что Боже храни» 30 . Яйцо сохраняет в себе несметные богатства в украинской сказке «Яйце-райце» 31 .

29

Старины и сказки в записях О.Э. Озаровской / вступ. ст. Т.Г. Ивановой. – М.: ОГИ, 2009. – С. 264-265.

30

Русская мифология / ред-сост. Е.Л. Мадлевская. – СПб.: Эксмо, Мидгард, 2005. – С. 17-18.

31

Дунаєвська Л.Ф. Українська народна казка. – Київ: Вища школа, 1987. – С. 47.

Бросание яиц в недрах тридесятого царства, их последующее развертывание в особые царства, а затем обратное свертывание в яйца – это бытовая интерпретация космогонического мифа, которая толкуется как указание на то, что все части Вселенной формировались из хаоса. Понятия золотого и серебряного царства применимы к обозначению солнца и луны, которые рассматриваются как небесное (солнце) и подземное (луна, месяц) царства, что подтверждает русская загадка (Псковская область, XIX в.), где яйцо представляется шаром: «Я шар нашел, разбил его, / Увидел серебро и злато» 32 . Место пребывания яйца – вода; шире – стихия подземного царства, связанная с первозданным хаотическим началом, ещё не организованная по принципам гармонии, но уже введенная во Вселенную. Этот мотив – отражение исходной ситуации, предшествующей сотворению мира, когда хаос представлялся первозданным океаном с плавающим по нему яйцом; отсюда – известные в ряде традиций представления о яйцеобразной форме хаоса 33 .

32

Загадки русского народа: сб. загадок, вопросов, притч и задач / сост. Д.Н. Садовников. – СПб.: Типография Н.А. Лебедева, 1876. – С. 67.

33

Топоров В.Н. К реконструкции мифа о мировом яйце: на мат. рус. сказок // Труды по знаковым системам: учен. зап. Тартус. гос. ун-та / отв. ред. Ю.М. Лотман. – Тарту, 1967. – Т. 3. – Вып. № 198. – С. 93.

Главную культурную семантику яйца, связанную с бинарной позицией жизнь/смерть определяет мотив преодолевания смерти с помощью яйца, в котором заключена жизнь, что отражается в ряде загадок с отгадками «яйцо» или «наседка с яйцом»: «Белое, круглое, долго лежало, вдруг затрещало, неживое живым стало» (рус). «Мертвое родит живое, а живое родит мертвое» (рус.). «Два раза родицца, один раз умирае» (укр., Полесье) 34 .

В восточнославянских сказках распространен мотив яйца, которое утка роняет в воду. В русской сказке Кощей Бессмертный представляется народным воображением в облике скелета, что подчеркивает его несомненную связь с миром мертвых 35 . Он сохраняет свою смерть в волшебном яйце, которое находится в сундуке с зайцем, «в зайце утка, в утке яйцо, в яйце иголка». Яйцо, воплощающее силу и душу Кощея, заключает в себе тайну бессмертия. Кощеева смерть хранится в сундуке, который герой вытаскивает из-под земли, утка уносит яйцо в небо, а потом оно снова падает вниз на дно Мирового океана. Волшебные животные в мифологическом представлении идентичны трем областям вертикального деления мирового пространства – земле, воде и небу. Животные помогают герою обрести Кощееву смерть, а птица (утка) – главная участница творения Вселенной – хранительница волшебного яйца, в котором смерть Кощея, следовательно, и его рождение тоже. Варианты сказок про яйцо, которое утка роняет в воду, представлены также в украинской сказке «Про Кощія безсмертного, Iвана-царевича та Булат-молодця» и в белорусской сказке «Про Ивана Даргана» 36 .

34

Виноградова Л.Н. «Родила Оленька ребенка, без рук, без ног – одна головенка»: яйцо в славянской мифологии и магии // Славяноведение, 2011. – №6. – С. 34.

35

Костомаров М.I. Слов’янська мiфологiя / упоряд., примiт. I.П. Бетко, А.М. Полотай; вступна ст. М.Т. Яценко. – Київ: Либiдь, 1994. – С. 231

36

Козак мамарига: українські народні казки. / літ. обробка Н. Забіли. – Киiв: Веселка, 1974. – С. 155-163; Белорусские народные сказки / сост. Л.У. Звонарёва; В.М. Конон; вступл. В.М. Конона. – М.: Худож. лит., 1993. – С. 132-142.

Сказочный мотив смерти Кощея в яйце соотносится с комплексом архаических представлений о Мировом яйце в качестве источника творящей силы. В различных вариациях сказки герой раскалывает яйцо, стукнув им в лоб или грудь Кощея, бросив яйцо ему в рот (мяло) либо в огонь 37 . Начало творения в мифах начинается с раскалывания яйца не случайно. В белорусской сказке «Марья-краса» 38 яйцо – символ кощеевой смерти – разбиваясь, взвивается к небу высоким пламенем с сильным громом и молниями, что, по смыслу, сопоставимо с творением Вселенной. По сюжету сказки гибель Кощея убирает препятствия для свадьбы героя и героини, чтобы они вступили в брак – новый «сотворенный» этап жизни. В этом и состоит символическая идея творения жизни через яйцо, ведь в обыденной жизни традиционный брак – это продолжение рода и человеческого существования.

37

Русская мифология / ред-сост. Е.Л. Мадлевская. – СПб.: Эксмо, Мидгард, 2005. – С. 487.

38

Белорусские народные сказки / сост. Л.У. Звонарёва; В.М. Конон; вступл. В.М. Конона. – М.: Худож. лит., 1993. – С. 90-97.

Идея пробуждения природы и творения жизни через яйцо прослеживается и в других восточнославянских сказках с мифологической подоплекой. Среди восточных славян широко известен сюжет про утку, несущую золотые яйца; вариант: одно серебряное, другое – золотое. В русской северной сказке «Иван меньшой – разумом большой» из яиц, найденных стариком в лесу, на свет появляются сыны-богатыри. Мальчики-сыночки выводятся из яиц чудесной птицы в сказках сюжетного типа «Белая уточка» 39 и «Волшебница и золотая утка» 40 ; так яйцо даёт толчок новой жизни.

39

Афанасьев А.Н. Народные русские сказки: полн. изд. в одном томе. – М.: Альфа-Книга, 2010. – С. 605-606; 621-623.

40

Русские народные сказки: в 3 т. / сост., вступ. ст., подгот. текстов и комент. Ю.Г. Круглова. – М.: Сов. Россия, 1992. – Т. 1. – С. 287-291.

Мысль о творящей роли птицы, снесшей Мировое яйцо, в славянских преданиях подтверждается многократно. Нередко в роли творящей птицы выступает курица, известная славянским народам уже в начале нашей эры. В бытовой жизни славян курица – популярная птица, несущая яйца и способствующая благополучию семьи, что объясняется хозяйственными заботами, среди которых птицеводство занимало не последнее место. Будучи объектом многих предохранительных и продуцирующих обрядов, в вербальных преданиях и мифологических рассказах курица обладала функциями, среди которых присутствовала космогоническая идея.

Известная сказка «Курочка Ряба» – редуцированный вариант мифа о Мировом яйце из осколков которого появляется целый мир 41 . В.Я. Пропп относил «Курочку Рябу» к кумулятивным сказкам, где речь идет «о нагромождении, в котором состоит весь их интерес и всё их содержание». Ничтожные события, стоящие в начале такой сказки, влекут чудовищные последствия в её конце 42 . Украинская сказка «Курка рябушечка» и белорусская байка про «Зылатоя яйцо и курычку рабушку» 43 повторяют сюжет «Курочки Рябы». В одном из вариантов украинской сказки про «Курку рябушечку» даётся объяснение ужасным последствиям разбитого яйца: «то была первая курица и первое на свете яичко», вероятно, то самое, от которого «всё и началось» 44 . Подчеркивается творческая, созидательная роль яйца, и подтверждается идея В.Я. Проппа о сочетании ничтожных событий с невообразимыми последствиями.

41

Топоров В.Н. К реконструкции мифа о мировом яйце: на мат. рус. сказок // Труды по знаковым системам: учен. зап. Тартус. гос. ун-та / отв. ред. Ю.М. Лотман. – Тарту, 1967. – Т. 3. – Вып. №198. – С. 95.

42

Пропп В.Я. Русская сказка. – Л.: ЛГУ, 1984. – С. 295.

43

Могилевская Старина: сб. ст. «Могилевскихъ Губернскихъ ведомостей» / под. ред. Е.Р. Романова. – Могилев: Типог. губерн. правления, 1902-1903. – Вып. III. – С. 84-85.

44

Казки про тварин: українська народна творчість. – Київ: Наукова думка, 1976. – С. 23-27.

В русских загадках котелок в печи зовется черной курицей на золотых яйцах, а сковорода, поставленная на горячие угли, называется курочкой на золотых яичках 45 . Почему яйцо в народной сказке – золотое? В славянском фольклоре золотой цвет имеет двойственное значение и связан с потусторонним миром. Всё золотое относится к другому царству, обозначенному в сказках «как тридесятое». Золото – символ иного света; в поверьях поморов представления о царстве мёртвых связывались с горами, деревьями, плодами и домами сплошь из золота 46 .

45

Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: опыт сравн. изуч. слав. представл. и верован. в связи с мифол. сказан. др. родств. народов: в 3-х т. – М.: Совр. писатель, 1995. – Т.1. – С. 169.

46

Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки. – Л.: ЛГУ, 1986. – С. 284; Потебня А.А. Символ и миф в народной культуре / сост., подг. текстов, ст. и коммент. А.Л. Топоркова. – М.: Лабиринт, 2000. – С. 31.

Золотое (творящее) яйцо в сказках, с одной стороны, ритуально предшествует браку (нередко, это свадебное яйцо): «Серебряным яйцом похристосуйся с князем и с княгинею, но золотым – с кем тебе век жить». С другой стороны, золото – собственность нечистой силы и принадлежность смерти, ведь оно приходит из подземного мира мертвых. Это суждение подтверждается в белорусской сказке «О бедном и богатом братьях, волшебной курице, скатерти и дудочке», где чудесную черную курицу, несущую золото, дарит герою черт из преисподней 47 .

47

Восточнославянские волшебные сказки / пер. с укр. и белорус. яз. Т.В. Зуевой, Б.П. Кирдана; сост., подгот. текстов, вступ. ст., коммент., словарь Т.В. Зуевой. – М.: Просвещение, 1992. – С. 29-32.

В мифах о творении, наряду с курицей, нередко как птица-демиург выступает утка. Связь этих птиц подчеркивает русская загадка про утку с пестрым, как у курицы, опереньем: «Пёстрая крякушка, ловит лягушек». В серии русских сказок «Про утку с золотыми яйцами» утка приносит своему хозяину огромное богатство. Однако в других вариантах золотые яйца несет курица, а не утка, соответственно, она же выступает дарительницей богатства хозяину; таким образом удостоверяется тождественность образов курицы и утки.

Поделиться с друзьями: