Чтение онлайн

Некоторые работники подняли головы и уставились на него.

— Осторожнее, — пробормотал Иден. — Они одержимы идеей приносить пользу. И прекрасно чувствуют твои мысли.

Тима передернуло. Он улыбнулся девушке со шприцем, надеясь, что его лицо выглядело ободряюще и дружелюбно. Девушка опустила глаза и продолжила свое бесконечное занятие. Они с Иденом молча шли дальше, и Тим изо всех сил старался ни на что не обращать внимания. Не анализировать.

— Вот оно, — вдруг с облегчением выдохнул Иден. Он остановился у следующего стола, заваленного стеклами для микроскопа и маленькими чашками Петри. Не глядя, Иден незаметно сунул одну из чашек в рукав и пошел дальше, словно ничего не произошло.

— Я думал, Ханна знает, что ты пришел за чем-то, — пробормотал Тим.

— Она знает. Но остальные — нет. А ты их уже насторожил.

Он прошел последний стол в ряду и повернул к выходу.

— Спасибо большое, — бросил Иден, проходя мимо Ханны. Она кивнула и улыбнулась, не отрывая взгляда от экрана.

— Не туда, — остановил он Тима, который уже направился было к двустворчатым дверям, через которые они вошли. — Лучше сразу вернемся в реальность.

Тим замер, разочарованный. Как бы ни было жутко в том зале, он чувствовал непреодолимое желание еще раз взглянуть на безжизненные тела. Ему казалось, что они скрывают какой-то секрет, тайну, которую еще можно раскрыть, историю, которую можно рассказать…

— Идем, — поторопил его Иден. Он выглядел обеспокоенным, и этого оказалось достаточно, чтобы сердце Тима забилось быстрее. Иден не стал бы нервничать из-за пустяка.

И как только Тим по-настоящему испугался, за двустворчатыми дверями раздался пронзительный крик.

Все сразу пришло в движение. Ханна Хансен мгновенно оторвалась от экрана и поспешила к выходу, а за ней последовали несколько лаборантов; девушка со шприцем схватила медицинский кейс со столика у стены. Они пробежали мимо застывших Идена и Тима и покинули лабораторию через двустворчатые двери.

Тим все еще смотрел в темные глаза Идена. На этот раз в них не осталось и следа от привычного спокойствия — но Тим не мог понять, что за эмоция заняла его место.

— Идем, Тим, — сказал Иден глухим голосом. — Нам нужно уходить.

И Тим был более чем готов уйти. Он был сыт по горло этой фальшивой лабораторией, и очевидная тревога Идена только добавляла к тому первобытному страху, который он чувствовал. Но через мгновение Тим услышал неожиданный звук из-за двустворчатых дверей.

Беспокойный писк множества мониторов отмерял ритм сражающихся сердец.

— Не надо, — прошептал Иден.

Но Тим уже обернулся.

Они были живы. Все тела, мимо которых Тим прошел полчаса назад, теперь дышали; кто-то лежал все так же неподвижно, и лишь грудь тихо поднималась и опускалась; кто-то судорожно дергался, кашлял или шевелил руками, опутанными проводами. Ханна Хансен и ее коллеги стояли возле женщины с пышными волосами — хотя теперь они уже не напоминали цветок, потому что женщина извивалась в агонии, корчась под идеально белыми простынями. Девушка с кейсом открыла его и достала еще один шприц с прозрачной жидкостью. Она воткнула его в одну из трубок, оплетающих темную кожу женщины, и медленно выдавила содержимое шприца. Женщина расслабилась и откинулась на спину; ее лоб покрылся потом.

Тим не мог оторвать от нее глаз.

— Персонажи, — сказал он с трудом. — Персонажи возвращаются. К прежней роли.

— Да, — бесстрастно ответил Иден.

— И какая роль у этих персонажей? — Тим услышал, как дрогнул его голос. Но ему было все равно.

— Терминальные пациенты.

— Значит, они умирают снова и снова.

— Да.

— От чего они умирают?

— От болезни.

— Это я уже понял! — огрызнулся Тим; дыхание сбилось. — От какой болезни?

— Они умирают от идеи болезни, — сказал Иден все тем же бесцветным голосом.

Тим медленно выдохнул, пытаясь успокоиться. Это не помогло.

— И ты просто приходишь сюда и хватаешь какую-то выгодную идею, пока они умирают, так? — процедил он сквозь зубы.

— Они персонажи, Тим, — сказал Иден, и в его голосе прозвучала почти что мольба. — Именно такие персонажи. Не я их придумал. И я ничего не могу с этим поделать. Никто не может.

Тим смотрел, как Ханна и ее лаборанты перешли к следующему пациенту. Темнокожая женщина тяжело дышала; глаза были закрыты.

— Я могу, — вдруг сказал Тим и двинулся к женщине.

Ханна и лаборанты мгновенно обернулись к нему; их лица были напряженными.

— Мистер Алдервуд… — начала Ханна, но Иден громко перебил ее:

— Оставьте его. — Его слова отозвались эхом от белого потолка и стерильного пола, как отголосок лавины в горах.

Тим оглянулся. Иден пристально смотрел на ассистентов; в его руке была флейта. Он казался выше, и его темные глаза угрожающе блестели. Ханна и лаборанты молча отвернулись к следующему пациенту.

Тим подошел к кровати женщины и неловко остановился. Ему казалось, что нужно сесть, чтобы ей не приходилось настороженно смотреть на него снизу вверх, но поблизости не было ни одного стула. Сзади раздался легкий шорох; Тим обернулся. Иден пододвинул к нему одно из лабораторных кресел. Тим молча забрал его и сел.

— Привет, — начал он неуверенно.

— Привет, — хрипло ответила женщина. — Вы тоже врач? — спросила она с призрачной надеждой в голосе.

Тим сглотнул. Его план вдруг показался ему глупым.

— Нет, — честно сказал он. — Я здесь, потому что мне нужно, чтобы вы рассказали мне свою историю.

— Вы журналист? — удивилась она, и в ее уставших глазах снова вспыхнула настороженность.

— Нет. Я писатель.

— А зачем вам моя история? — Она выглядела растерянной.

Тим замолчал. Он не мог сказать ей, что хочет, чтобы она наконец умерла — чтобы перестала возвращаться к роли терминального пациента снова и снова. Но ему надо было что-то ответить.

— Мне нужна ваша история, — начал он медленно, — потому что каждая история имеет значение. — И когда он это сказал, его слова прозвучали тяжело и весомо, словно черные базальтовые скалы, омываемые морем миллиарды лет.

— Я не знаю, что рассказывать, — прошептала женщина неуверенно.

— Можно начать с вашего имени, — Тим улыбнулся с усилием. — Меня зовут Тим. — И он протянул ей руку. Она посмотрела на него неуверенно, а потом слегка коснулась его руки ледяными пальцами.

— Я Джулия. — Ее губы дрогнули в подобии ответной улыбки.

— Очень приятно, Джулия, — кивнул Тим. — Расскажите еще что-нибудь о себе, пожалуйста.

— Я не знаю… Не могу придумать, что рассказать. — Она снова растерялась.