Концепт
Шрифт:
— Ваш муж погиб при исполнении, миссис Грей, — медленно сказал Тим. — Мои соболезнования.
Ее маленькое лицо сжалось.
— Я знала, что это однажды случится, — устало пробормотала она.
— Могу ли я чем-нибудь вам помочь? — спросил Тим. — Я знаю, у вас были проблемы со здоровьем…
Она быстро взглянула на него, и ее глаза снова стали подозрительными.
— Откуда вы это знаете? Уинстон вам рассказал?
Тим смутился, а потом кивнул.
— Да. Уинстон все мне рассказал. Я его очень хорошо знал.
И в тот момент, когда он это произнес, Тим почти увидел это. Как он заходит к Уинстону на работу просто сказать «привет». Как они вечером сидят вместе в баре. Как Уинстон спрашивает Тима о его родителях…
Да, он знал Уинстона.
— А, — вздохнула миссис Грей и явно успокоилась. — Значит, вы тот друг, о котором он все время болтал. — И она даже чуть улыбнулась. — Он рассказал вам всю историю?
Тим снова на секунду задумался. И, глядя на эту маленькую печальную женщину перед собой, он вдруг понял всю историю. Тим охнул. Она посмотрела на него с удивлением.
— Да, — заставил себя ответить Тим, вцепившись в подлокотники. — Вы болели, и он укусил вас, чтобы спасти; поэтому теперь вы тоже оборотень. А превращать кого-то, кто не состоит на службе, незаконно.
Она застенчиво улыбнулась.
— Да, Уинстон спас меня. Но теперь я боюсь выходить на улицу, понимаете? А теперь, без него… — В ее глазах заблестели слезы.
— Почему вы не можете выходить, миссис Грей? — спросил Тим напряженно.
— Потому что я еще не умею это контролировать, — всхлипнула она. — И когда я злюсь… или расстраиваюсь…
Она исподлобья взглянула на Тима. Он медленно поднялся из кресла.
— Наверное, мне пора, — пробормотал Тим, начиная пятиться к выходу из комнаты. — Но я пришлю кого-нибудь, кто вам поможет, миссис Грей. Я обещаю.
Она подняла на него глаза, беспомощные, застывшие в отчаянии.
— И ты уйдешь просто так, Тим? — прошептал голос за спиной. Тим резко обернулся, щурясь на тени, которые вдруг стали слишком густыми, превращаясь в черные драпировки вдоль стен.
— Не беспокойся, Тим, — голос дышал ему в ухо. — Тебе не нужно меня искать. Как сказала Утешительница, у меня нет тела. А значит, я могу быть везде.
— Утешительница? — выдохнул Тим, все еще отчаянно осматривая комнату. Но он не мог найти откуда звучал голос.
— Ты ее знаешь, — голос мягко дрогнул. — Девочка с голубыми глазами.
— Ди?
— Конечно. Разве ты не знаешь, кто она?
Тим нахмурился. Ему бы никогда не пришло в голову назвать Ди «Утешительницей» — но он внезапно вспомнил странное ощущение уверенности, которое появлялось рядом с ней. То, которого ему так не хватало сейчас.
Тим взглянул на миссис Грей, гадая, что она думает про этот жуткий голос в своей квартире — но она сидела неподвижно, с пустым взглядом и застывшим выражением лица.
— Ты захватил ее, да? — догадался Тим, моментально почувствовав отвращение. — И всех остальных оборотней?
— Почему ты так злишься, Тим? — голос шепнул мягко. — Разве Дудочник не делает то же самое постоянно?
Тим замер. Он вспомнил ангар, десятки людей, работающих под чарами Идена…
— Видишь, — выдохнул голос, — он точно такой же.
— По крайней мере, он не прячется в тенях, — возразил Тим.
— Не прячется? — удивился голос. — А разве он не отправил тебя сюда одного, хотя знал, какая опасность может тебя здесь ждать?
— Я сам вызвался.
— И разве он не обманывал тебя все это время, не говоря, зачем ты ему на самом деле нужен?
Тим глубоко вздохнул. Об этом он не думал со времени ложной смерти Идена — смерти, о которой ему никто так и не рассказал всю правду…
— Так будет снова и снова, Тим, — прошептал голос, мягкий, как теплый вечерний ветер. — Он всегда будет тебе лгать, всегда будет тобой манипулировать, всегда будет тебя использовать…
Тима пробрал озноб.
— И посмотри на себя сейчас… — голос зазвучал ласково. — Ты едва стоишь на ногах… Ты болен, Тим, а ему все равно…
Тим покачнулся. Вся усталость обрушилась на него разом, и комната начала темнеть перед глазами.
— Ты не справишься с этим, Тим… — прошептал голос вкрадчиво. В том, как он прозвучал, было что-то знакомое.
Тим тряхнул головой, стараясь собраться с мыслями.
— Подожди, — сказал он, внезапно кое-что вспомнив. — Ты тот самый голос!
— Какой голос, Тим? — тени шепнули мягко, как терпеливый родитель, потакающий капризному ребенку.
— Голос у меня в голове! Тот, что говорил, что я никогда никем не стану!
Тени тихо усмехнулись.
— А разве это не правда, Тим? Это я тебе говорил, или ты сам?
Тим прерывисто вздохнул.
— Ты же знаешь, что не можешь быть Сказочником, — сказали тени добрым и сочувственным тоном. — Ты слишком обычный для этого.
И это было так правдиво. Каждая клетка ослабшего тела Тима соглашалась с этими словами. Так легко было поддаться, согласиться, перестать бороться с самой сутью себя…
Но разве это было все, что он из себя представлял?
— Ты прав, — медленно кивнул Тим. — Я самый обычный.
Тени одобрительно всколыхнулись.
— Но это не значит, что я не могу быть Сказочником.
— И почему ты мог бы им быть? — вздохнули тени.
— Потому что я вижу мир так, как никто другой.
На этот раз тени не ответили, но придвинулись ближе.
— Я действительно Сказочник, — продолжал Тим, и внезапная уверенность делала его голос сильнее с каждым словом. — И я им буду, даже если ты этого не хочешь. Даже если я сам этого не хочу.
— Будешь? — тени зашипели резко, и в тот же момент миссис Грей ожила. Она вскочила, и стеклянные глаза уставились на Тима. Внезапно они наполнились злобой, бешеной ненавистью. С жутким треском миссис Грей исчезла, и ее блузка разлетелась клочьями; в середине захламленной комнаты стоял оборотень в клетчатой юбке. Его глаза горели безумной яростью.
«Ди!» — подумал Тим изо всех сил. Оборотень прыгнул вперед; Тим отступил, зацепился за что-то на полу и упал. Лицо и грудь пронзила острая боль, заглушенная оглушительным рычанием. Комната погрузилась во тьму, и падение продолжилось, увлекая Тима все глубже в черную пустоту.
В ушах Тима шелестел мягкий ветер, его кожи касалось что-то шелковистое, а лицо обдувал свежий, сухой, теплый воздух. Тим открыл глаза и увидел над собой бесконечное, глубокое голубое небо. Под ладонями он чувствовал мягкий, прохладный песок.