Чтение онлайн

— Спасибо за совет, — отозвался Герман. — Только я вообще не пью. Ничего и никогда.

Он с удовольствием пил свой лимонад, в котором взлетали к поверхности и лопались с шипением пузырьки.

— А вот и наши товарищи, — сказал я, указывая на проходящих мимо нашего кафе Витю с Люсей и их странного ребенка. Ребенок все так же, как и прежде, шел, опустив голову и играя в свою электронную игру. Витя же переоделся во все фирменное и гордо вышагивал впереди, глядя перед собой бычьими глазами. Позади всех тащился Федя с тремя надувными матрацами для всех.

— Интересно, этот парень им кто? — сказал я задумчиво. — Он у них вроде ишака. Все таскает за ними, молчит. Он бедный родственник, наверное.

— Наверное, так, — согласился со мной Герман. Потом помолчал и добавил: — Он не бедный, и вовсе не родственник. Он — охранник.

— Чей охранник? — не понял я.

— Витин охранник, — сказал Герман. — Он его с собой привез. Он же не может взять с собой всех своих головорезов, пришлось ограничиться только одним. Вот этому и подфартило.

— А вы откуда знаете? — поинтересовался я. Мне стало любопытно.

— Кто же его не знает, — быстро ответил Герман. — Хозяин фирмы «ВИЛЮБО». Вся торговля его знает. Оптовые закупки продовольствия. Вот он кто.

— А, я и забыл, вы же коллеги, — сказал я. — Вы же сказали, что работаете в торговле… А где, кстати? Какую фирму вы возглавляете?

Герман взглянул на меня с интересом, но промолчал. Обычно все эти бизнесмены с удовольствием называют свои фирмы и страшно обижаются, когда ты их не знаешь… Так что для бизнесмена это редкость — промолчать, когда спрашивают, какую фирму ты возглавляешь. Если это не совсем криминальный бизнес, конечно…

— Я работаю не в частной фирме, — наконец с деланной легкостью ответил Герман. — Я работаю во Фрунзенском универмаге.

Наступила пауза, в течение которой он ждал моей реакции, а я обдумывал, как ее подать.

— Это в том, что на углу Московского проспекта и Обводного канала? — наконец спросил я с безразличным видом.

— Ну да, — серьезно кивнул головой Герман.

— Вы — директор этого универмага? — спросил я, попивая свое отвратительное пиво.

— Нет, только заместитель, — сказал Герман, доставая из нагрудного кармана рубашки пачку сигарет.

— У вас, наверное, довольно унылый вид из кабинета, — сказал я как можно более спокойно: — Обводный канал — это не такое уж веселое зрелище…

— Да я как-то привык, — ответил Герман и закурил, предварительно предложив сигарету и мне. Мне оставалось только обдумать наш разговор и сделать соответствующие выводы. Хотя, в общем-то меня все это совершенно не касалось…

Все же, вспоминая сейчас события тех дней я все больше прихожу к выводу, что в меня словно бес какой-то вселился. В Англии я вел себя совсем иначе. Там я спокойно бродил по музеям и по тихим улочкам, сидел в одиночестве в кафе и симпатичных пабах с традиционным бильярдом, и ни к кому не лез. Никто не трогал меня, и я никем не интересовался.

Тут же меня будто какая-то муха укусила. Я все время разговаривал с разными людьми и вообще думал о них, обращал на них внимание. Наверное, именно с этого идиотского поведения и начались мои приключения…

— Вы не хотите вечером сходить куда-нибудь? — вдруг спросил у меня Герман вежливо.

— А вы все не теряете надежды относительно меня? — усмехнулся я. — Напрасно. Уверяю вас, я абсолютно гетеросексуален. Так что вам вряд ли удастся соблазнить меня.

— И все же? — настаивал Герман.

— Нет, — сказал я. — Вы уж меня извините. Сегодня был тяжелый день. Перелет, дорога и все такое прочее. Так что я сегодня пораньше лягу спать. Пока.

Я поднялся и пошел по улице к себе в гостиницу. Там в номере, я на самом деле разделся и принял душ. И приготовился спать. Вот только перед этим я вышел на балкон покурить перед сном.

Было часов десять вечера. Вся улица и внутренний двор отеля были ярко освещены целыми гирляндами фонарей. То, что днем было блеклым и обыкновенным, с наступлением темноты превратилось в волшебный город.

Огни были разноцветные, яркие. Грохотала музыка, причем она слышалась со всех сторон. Казалось, будто она звучит на полную громкость из-под каждого куста живой изгороди отеля, из-под крыши, и даже из глубины бассейна…

Мой балкон был довольно высоко, но снизу все равно доносились оживленные голоса, смех, детские крики. И не только снизу… Вокруг меня на балконах соседних номеров тоже шло веселье.

Я вспомнил о том, что я на юге. Здесь днем почти все спят, а встают только к вечеру и начинают жить. Веселиться, пить вино, заниматься любовью и так далее. Что еще входит в понятие «жить» у южных людей?

Действительно, днем все вокруг выглядело совсем не так привлекательно. Теперь же это была сказочная феерия огней и звуков…

Спать в такой обстановке было просто глупо, и я понял, что мои благие намерения поберечь свое здоровье не увенчаются успехом. Все же я не корова и не иное жвачное животное, чтобы в самый разгар курортного веселья лечь спать.

Мало ли что ты устал, сказал я себе. Скоро ты опять окажешься в России, и там всего этого не будет, а в редкие праздники самым веселым и шумным зрелищем бывает пьяная драка подростков среди мусорных баков во дворе… Успеешь еще выспаться там, так что не ленись, вставай и иди…

И еще кое-что я сказал себе: Андрей, никаких женщин… Подумай о здоровье. Потом — может быть. Дня через три, когда осмотришься и придешь в норму. А сегодня — нет. Только посидеть, посмотреть и немножко выпить. А женщины — нет, они сегодня вечером для тебя не существуют.

Вот так сказал я себе, надел белые брюки и вышел. Я спустился на первый этаж и вошел в бар. Он был похож на прочие бары в подобных местах, только тут имелось одно отличие. Здесь очень тепло большую часть года, поэтому внутри здания находится только сам бар, то есть стойка, а большая часть столиков стоит на улице под крышей.

Здесь все было освещено, грохотала музыка… Испанцы — как грузины. Им кажется, что чем громче, тем красивее. Вот и сотрясается каждый отель от музыкальных стонов и воплей.

«Вруби, Родриго, японскую аппаратуру на полную катушку. Потешь наши горячие испанские сердца…»

Публика была разной. И по-разному одетой. За одним столиком я увидел господина в костюме, в безукоризненной белизны сорочке и в бабочке. А рядом с ним сидел голый человек с поросшей шерстью грудью и в одних мокрых плавках… Он только что вылез из бассейна, расположенного в пяти метрах, и теперь отряхивался как пудель, мотая головой и разбрасывая вокруг себя водяные брызги… Капельки воды попадали на манишку и бабочку рядом сидящего господина, но он относился к этому спокойно.