Чтение онлайн

– Я знаю это. Поверь, мне тоже очень хреново. Но я уверена, что если мы и дальше будем плестись, куда нам скажут, то станем баранами на бойне.

–Ты, о чем вообще?

– До меня доходили кое-какие слухи о этих ребятах. И если хоть половина их них правда, то нам конец.

– Что до тебя доходило? Не выдумывай пожалуйста, мне и так плохо. Да, они сборище бандитов и сектантов. Но им нужны люди для работы и обмена пленными. Мы, то есть. Скорее всего нас распределят по их лагерям, где начнут заставлять работать и промывать мозги своей идеологией. Но там хоть кормить будут, – со вздохом закончила она.

– Если бы! Поверь, все намного хуже, – увидев, что Лиза вновь хочет возразить, Надежда протестующе мотнула головой и быстро продолжила, не давая возможности перебить себя. – Я не предлагаю вот так сорваться с места. Надо дождаться момента. Наверняка не мы одни жаждем сбежать. Посмотри на нашу охрану – их всего ничего.

Лиза неохотно огляделась. Действительно, конвоиров было очень мало, по нескольку человек каждые метров двадцать-тридцать, и ещё в голове и хвосте колонны ехало по машине с вооруженным сопровождением.

– Просто надо быть готовыми и при первой же заварушке рвать с места.

– А как же дети?

– Берешь их за руки и подталкивая гонишь в ближайшее укрытие. Потом дворами сваливаем из этого чертового города. Не бойся: я помогу.

Лиза внимательно посмотрела в лицо Надежды и, словно найдя в его выражении что-то важное, кивнула.

– Так-то лучше, подруга, – улыбнувшись ответила на молчаливое согласие Надежда. – Объясни мелким, что к чему. Пусть будут готовы по команде бежать.

Удобный случай представился уже скоро, когда они, уже на выходе из города, пересекали предместье, плотно застроенное небольшими одно и двухэтажными домами, окруженными разношерстными заборами из дерева, сетки и металла. Кое-где в них зияли пустые проёмы распахнутых калиток или дыры от снарядов и тогда можно было видеть скрывавшиеся за ними дома, окруженные огородами и плодовыми деревьями. Чуть впереди, через несколько рядов людей, Лизы с Надеждой и детей шла пожилая женщина, одетая в какое-то тряпье из застиранного платья, куртки и нелепого синего цвета платка на голове. Её с двух сторон поддерживали двое мужчин: один уже пожилой, а другой, по моложе, но тоже с сединами, облаченных в столь же поношенную одежду. «Вероятно муж и сын», – машинально подумала Лиза. Женщина еле передвигала ноги, время от времени полностью повисая на плечах родных, тем самым тормозя движение всей колонны. Это бесило конвоиров и из-за каждой такой задержки они с бранью накидывались на старуху. После очередной такой заминки им, похоже, это окончательно надоело и они, вырвав женщину из рук близких, бросили её на дороге чуть в стороне от колонны в небольшую дренажную яму. Один из двух солдат взял автомат на перевес, готовясь, вероятно убить несчастную, но старик, что до этого тащил старую на себе, схватил автомат обеими руками и отвел ствол в низ. Солдат разразился потоком брани. К нему на помощь поспешил напарник, на ходу передергивая затвор. Люди, шедшие за ними, остановились, ожидая развязки, и пара конвоиров, шедшая сзади Надежды и Лизы, поспешили на шум.

– Похоже это наш шанс, – шепнула Надежда Лизе.

Та со смесью страха и надежды посмотрела на неё.

Между тем, старуху решили защитить сын и ещё несколько неравнодушных человек из образовавшейся толпы, моля и доказывая что-то конвоирам. Старик повис на автомате и орал во всю глотку, его сын метался между ним и матерью, по-прежнему лежащей на земле и истерично вопящей нечто нечленораздельное.

– Видишь с права от нас проход? – максимально тихо, чтобы только Лиза услышала, шепнула Надежда и, мотнув головой, указала направление.

Лиза посмотрела в указанную сторону и увидела узкую, чуть больше метра шириной дорожку между двумя деревянными заборами, доходила она до параллельной улицы.

– Я хватаю этих и этих, – Надежда указала на нескольких ребят, шедших первыми, ты говоришь остальным бежать следом и берешь последних, следя чтобы никто не отставал.

– А вдруг они погоняться за нами?

– Не бойся.

Но тут их опередили: несколько человек бросились в рассыпную и их примеру тут же последовало еще десятка полтора людей. Тут же все ряды колонны смешались, создав дикую толкучку из метущихся людей.

– Вперед! – последнее слово Надежда выкрикнула во весь голос и, схватив за руки первую пару ребят, втащила их в проход, не оставляя времени на размышления и препирательства.

– Давайте дети, это наш шанс! Живее, живее! – Лиза начала подталкивать ребятишек, те, сообразив, что от них хотят, резво побежали за своими товарищами. Держа за руки последнюю пару, она последовала вслед за Надеждой.

Между тем вокруг разразился настоящих хаос: автоматные очереди, крики солдат и раненных. Несколько человек под своим весом проломи старую изгородь и повалились внутрь двора с дикими воплями. Лиза и Надежда бежали с детьми. Попав на маленький перекресток дорожек в следующем ряду домов, Надежда попыталась сориентировать детей, тогда как Лиза пыталась держать их всех вместе.

– Азария, Петя, стойте! Куда? Подождите! – Лиза кричала детям, хватала их и пыталась с помощью Надежды удержать рядом.

Но поток людей расшвыривал всех в разные стороны. Стрельба всё усиливалась. Лизу несколько раз толкнули, ударили плечом в живот, и она чудом не упала, прислонившись спиной к шаткому забору одного из домов за поворотом, согнувшись от боли. Рядом Надежда, крича и ругаясь пыталась не потерять детей, отчаянно протискиваясь между людьми. Спустя мгновенье Лиза потеряла из виду последнего из подопечных. И тут же прямо перед ней возник с перекошенным от ярости лицом солдат.

– Нет! – успела выкрикнуть девушка и тут же почувствовала жгучую боль в груди.

– Лиза!– выкрикнула, обернувшись на звук выстрела Надежда, и с ужасом увидела, как её новая знакомая повалилась на землю.

Петя побежал, как и велела тетя Лиза, держась рядом со своей напарницей – тощей зарёванной девчонкой Азарией. Сначала рядом с ним бежали его товарищи по приюту, но на перекрестке, когда он остановился рядом с ними, чтобы узнать, куда дальше, случилось страшное. Люди, толкаясь и крича стали выбегать прямо на их группку. Тетя Лиза и тетя Надя пытаясь защитить его и остальных, кричали, хватали за руки, но все это было бесполезно. Потом тете Лизе стало плохо и она упала на землю. Его, Петю, потоком влекло все дальше и дальше в глубь улицы. Он сжал из-за всех сил руку Азарии, стараясь во чтобы не стало не отпустить её. Несколько раз его больно ударили в спину и по лицу, потом кто-то сзади грубым мужским голосом раздраженно крикнул:

– Не путайся под ногами, пацан! – и толкнул в лево прямо в полуоткрытую калитку одного из участков.

От неожиданности Петя отпустил руку Азарии и выставил свои руки перед собой, пытаясь смягчить падение. Девочку увлекло потоком дальше, она, что-то кричала, но он не расслышал. Упав на живот, он ободрал ладони. Мимо него по улице проносилось множество мужчин и женщин. Петя хотел было ринуться назад, в поток, надеясь найти, свою спутницу, тетю Лизу или тетю Надю, но побоялся, что его сшибут с ног и затопчут. Неподалеку стали слышны выстрелы. В страхе, ища укрытие, он огляделся по сторонам. Узкая грунтовая дорожка, петляя между несколькими засохшими деревьями, вела к одноэтажному дому. Петя направился прямо к нему. Входная дверь оказалась не запертой и, толкнув её, он оказался внутри. За узкой прихожей оказалась кухня. Сквозь грязное давно не мытое окно проникал свет уходящего дня. Старые шкафы, стол и стулья были покрыты толстым слоем пыли. Петя чихнул, потом снова и снова. Он стоял посреди помещения в нерешительности, куда идти дальше. Дверь в соседнюю комнату была прикрыта, и мальчик решил искать спасения там. Вдруг он застыл на месте в ужасе, не веря своим глазам. Под кухонным столом часть пола пришла в движение и стала подниматься вверх, обнажая свое деревянное нутро, за которым скрывалась темнота. Потом показались чьи-то белые грязные пальцы, а затем мужское лицо, голову которого до самых глаз скрывала кепка.

– Ты кто такой? – спросило лицо. – И что ты тут делаешь?

Петя молчал. Незнакомец, еще не старое лицо которого покрывала редкая борода оглядел его с ног до головы, потом прислушался к шуму на улице.

– Ага. Понятно. Вот значит, что, – тихо сказал незнакомец, все ещё держа часть пола на вытянутых над головой руках.

На одно долгое мгновение лицо мужчины погрузилось в раздумье, словно он что-то пытался решить для себя. Потом обратился к Пете:

– Ты жить хочешь?

Мальчик молча кивнул.