Чтение онлайн

Теряя машину за машиной, «Б-47» не выдержали – никто из их пилотов не собирался играть в камикадзе. И они, спасаясь бегством, освобождались от ядерных бомб, падавших на землю, сочившуюся болью, кровью, ужасом и радиацией. В конце концов, говорили себе пилоты «сорок седьмых», это война, а Польша и прочие восточники – союзники русских, так что… И вырастали над землёй ядерные грибы, и горели города, и гибли люди – десятками и сотнями тысяч.

Русские лётчики (и пилоты стран Варшавского договора, на глазах которых атомная смерть пожирала их сограждан) забывали обо всём. Они навылет пронзали бурые шляпки ядерных грибов, облаками плывущие по ветру, и не думали о радиации – лишь бы настичь врага. Они преследовали бомбардировщики до последней капли керосина и до последнего снаряда, а когда пушки умолкали, выстрелив весь боекомплект, бестрепетно шли на таран, и в скрежете раздираемого дюраля не был слышен хруст ломаемых человеческих костей…

Наступившая ночь не принесла темноты – темнота была съедена пламенем пожаров. И никто не мог сказать, что принесёт с собой утро, и наступит ли оно вообще.

Горящий Лондон

Сэр Уинстон Черчилль, грея в ладонях бокал с бренди, отрешенно взирал на горящий Лондон. Столице великой империи, ещё совсем недавно обнимавшей весь мир, империи, над которой никогда не заходило солнце, ещё повезло – могло быть хуже. Русская ракета упала в устье Темзы, подняв огромный столб кипящей воды и выбросив на берег десятки судов, и не поразила город, по которому была выпущена (хвала несовершенству систем наведения). Не попала в центр Лондона и бомба, сброшенная с русского самолёта – бомбардировщик был сбит на подлёте, и хотя (уже падая) сумел таки отцепить свой боевой груз, ядерный взрыв полыхнул в предместьях, и разрушения в центре британской столицы были незначительны. Но жертв все равно немало, и многочисленные пожары, дымы от которых ввинчиваются сейчас в серое небо, напоминают сороковой год, когда Лондон бомбила немецкая авиация. Правда, у «юнкерсов» не было атомных бомб…

«Когда и где была допущена ошибка? – думал герцог Мальборо. – В восемнадцатом, когда можно было задушить новорождённого красного гадёныша ещё в нежном возрасте? Или в сорок пятом, когда из-за нерешительности американцев операция «Немыслимое» [21] так и не началась? Возможностей было много, но все они упущены, и сожалеть об этом теперь бесполезно. В Европе ад кромешный: советские войска ворвались в Западную Германию, а монолитное единство Североатлантического блока на поверку оказалось не таким уж и нерушимым. Немцы-то дерутся – у них с русскими старые счёты, – но в Италии происходит непонятно что; Франко, насмерть перепуганный советскими ракетами, упавших неподалёку от Мадрида, бьётся в истерике, а хитрый старый лис де Голль (жаль, не удалось убрать его ещё в сорок втором) ведёт какую-то свою игру. Всё зыбко и неясно, и даже самоуверенные янки, похоже, растерялись – такого они не ожидали. И я не ожидал на старости лет увидеть полуразрушенный Лондон… Остаётся только надеяться, что до следующей русской ракеты или бомбы, которая сломает шею «Биг Бену» и превратит Вестминстерский дворец в кучу мусора, я успею выкурить ещё одну мою любимую кубинскую сигару…».

Советские бомбардировщики «Т-16А» – носители ядерного оружия

Двести сорок бомбардировщиков «Ту-16» тринадцати авиаполков второго и шестого корпусов Дальней авиации поднялись с аэродромов Украины и Белоруссии ещё до того, как первые американские ракеты достигли цели. Они пролетели над Германией, корчившейся в ядерном огне (американцы, пытаясь остановить стремительное наступление советских войск, пустили в ход тактическое атомное оружие, и наступающие ответили тем же), пересекли Ла-Манш и атаковали Англию, до которой не доставали советские ракеты средней дальности.

Потери атакующих были огромны – до шестидесяти процентов «шестнадцатых» были сбиты натовскими истребителями и зенитными ракетами, – но свой кусок ядерного пирога, брошенного в Европу щедрой рукой Третьей Мировой войны, Англия получила. «Барсуки», [22] искусавшие Британию атомными зубами, были вооружены двухсоткилотонными бомбами РДС-27 (крупнокалиберных термоядерных боеприпасов у Советского Союза было меньше, чем их носителей), но и сто пятьдесят «Татьян» [23] – это много для небольшой страны.

Уцелевшие бомбардировщики НАТО, атаковавшие Восточную Европу, не нашли в Англии ожидаемого отдыха после труднейшего боевого вылета – даже отыскать уцелевший аэродром, способный принять «Б-52» или «вэлиент», было нелёгким делом.

Британия превратилась в пылающий остров…

Американская система NORAD, предназначенная защитить Соединённые Штаты от воздушного нападения, была сооружением грандиозным. Десятки радиолокаторных станций, расположенных в три линии, обеспечивали своевременное обнаружение бомбардировщиков, совершающих трансполярное нападение, и наведение на них сил и средств ПВО. Быстрота обмена оперативной информацией обеспечивалась широким внедрением компьютеров, над Канадой самолёты противника должны были встретить тысячи истребителей-перехватчиков и зенитных ракет дальнего радиуса действия «Бомарк», а все крупные мегаполисы США были прикрыты батареями ЗРК «Найк-Аякс» и «Найк-Геркулес». Затратив огромные деньги, американцы сумели создать предельно совершенную по тому времени систему защиты от воздушного нападения: считалось, что она непроницаема даже для массированной атаки с участием тысячи самолётов. И это при том, что Советский Союз в 1962 году располагал не более чем двумя сотнями дальних стратегических бомбардировщиков «Ту-95» и «3М».

Большинство советских пилотов, летевших над Арктикой, понимали, что их вылет – это билет в один конец (и вовсе не потому, что для возвращения не хватит горючего). Они выполняли свой долг, потому что на планете разразилась война, самая разрушительная из всех войн в истории человечества. Однако сама по себе готовность к самопожертвованию ещё ничего не решает: голыми руками не остановить танк, и погибнуть не значит победить.

Командование авиации Дальнего действия трезво взвесило шансы на успех атаки. Во-первых, к 1962 году американцы охладели к NORAD – численность задействованного в ней личного состава сократилась почти вдвое. Причина была простой: во весь голос заявили о себе русские ракеты, способные не только выводить на околоземную орбиту искусственные спутники и пилотируемые космические корабли, но и нести пятимегатонные боеголовки (и доносить их до целей, находящихся за десять-двенадцать тысяч километров от места старта). И прагматичные янки рассудили: нет никакого смысла тратить деньги налогоплательщиков на поддержание системы, которая всё равно не сможет защитить этих налогоплательщиков от советских межконтинентальных ракет. Надо измыслить что-то новое (например, систему противоракетной обороны «Сейфгард»), а с немногочисленными русскими стратегическими бомбардировщиками ПВО североамериканского континента в любом случае справится.

Во-вторых, на Америку упали семьдесят советских ракет общей мощностью в двести с лишним мегатонн и ввергли миллионы американцев в состояние шока. Страна, никогда не знавшая бомбёжек своей территории, вдруг испытала на себе, что это такое. Горели города, над континентом расползались зловещие облака, сеющие радиоактивную пыль, многие элементы военной инфраструктуры США (включая систему ПВО) были уничтожены или выведены из строя. Отказывала связь, а полупроводниковые компьютеры превращались в бесполезные груды железа и пластика под воздействием электромагнитных импульсов. Чем сложней система, тем она менее надёжна и более уязвима, и «человеческий фактор» никто не отменял.

В-третьих, были приняты все возможные меры для обеспечения поддержки атаки. Ракетоносные «Ту-16К» Северного флота отстрелялись по Гренландии и островам моря Лабрадор, плавя атомными вспышками вечные льды и сокрушая купола станций дальнего обнаружения, а их коллеги с Дальнего Востока, взлетевшие с аэродромов Камчатки и Чукотки, нанесли удар по Аляске и северной части Канады. Кроме того, около тридцати дальневосточных «бизонов» [24] атаковали Сиэтл – атака носила отвлекающий характер, и то, что в результате её город был разрушен взрывом трёхмегатонной РСД-37, стало чем-то вроде перевыполнения плана.

«Бизон» (3М) в полёте

И при всём при этом потери атакующей волны закладывались в девяносто-девяносто пять процентов (при условии, что хотя бы часть сбитых самолётов успеет выпустить ракеты или сбросить бомбы). Главный маршал авиации СССР был реалистом и не страдал манией шапокзакидательства.

Потрепанная американская система ПВО среагировала вяло, а «медведи» и «бизоны» действовали тактически грамотно. С шестисот километров, опередив взлетевшие навстречу дальнобойные «бомарки», ракетоносцы «Ту-95К» выпустили около сорока ракет «Х-20», проламывая защитный рубеж вдоль американо-канадской границы и расчищая дорогу боевым машинам, вооружённым свободнопадающими бомбами. Часть выпущенных «комет» была сбита американскими зенитными комплексами, но остальные достигли целей: по всей северо-восточной части США от Великих озёр до побережья вспухли клубящиеся ядерные грибы – на самые населённые и промышленно развитые районы Америки обрушилось сто мегатонн атомной смерти.

«Тройки» и «девяносто пятые» шли сквозь огонь. Их атаковали сотни истребителей-перехватчиков, ЗРК торопливо выплёвывали в небо сотни зенитных ракет, и вспыхивали меж облаков рукотворные солнца от разрывов атомных боеголовок управляемых ракет «Джинн». Советские самолёты падали один за другим, но упорно шли вперёд, огрызаясь из бортовых двадцатитрёхмиллиметровых автоматических пушек, и не спешили сбросить свои увесистые трёхмегатонки на Канаду – у бомбардировщиков была другая задача.

Полковник Вересаев мог оценить степень противодействия противника. Если бы ПВО США встретило атаку во всём своём первозданном великолепии, ни один бомбардировщик не прорвался бы дальше Великих озёр – это было ясно. Но сейчас, когда это ПВО изрядно покорёжена ядерными ударами РСД с Кубы и МБР, когда сбои в системе управления и связи не дают противнику возможности чётко и безошибочно наводить группы истребителей на атакующих «медведей», шанс прорваться есть – небольшой, но есть. И полковник Вересаев не торопился выпустить свою ракету: он хотел подойти к намеченной цели хотя бы на пятьсот километров.