Конец вечности
Шрифт:
Так и сказал Дезмонду Старшина – самый старый из всех капитанов, водивший в бой доисторический имперский фрегат:
– Ты тратишь наше время, Волк. Опять. Надо ставить реальные цели.
– Хорошо, - разозлился тогда Дезмонд, - реальные, говоришь… Как вам такая реальная цель: Энира Тарди.
Наступила тишина.
– Этой станции почти тысяча лет, - продолжил Дезмонд, - кто-то верит, что она может дать отпор? Захватим её, и империя лишится своего стального кулака.
– Ты псих, - отрезал Старшина.
– Он прав, - тихонько поддержал противника Ренгар из-за плеча, но Дезмонд не обратил на него внимания, тем более, что вопреки всему из рядов донёсся вопрос:
– Что для этого нужно?
Дезмонд обернулся на звук и прищурился, вглядываясь в толпу.
Говоривший не спешил выходить, и Дезмонд ответил:
– Корабли для начала. Но и тут у меня есть мысль. Мне нужно десяток добровольцев. Я имею в виду – из капитанов. С десятью небольшими кораблями я смогу захватить верфь.
Старшина продолжал сверлить его недовольным взглядом.
– Во всём этом нет смысла, - произнёс он упрямо, - ты молод, и у тебя слишком много фантазий. Если ты начнёшь настоящее восстание, нас всех уничтожат заодно с тобой.
– А я с ним согласен, - снова раздался голос из толпы, и на сей раз говоривший протолкался вперёд. Дезмонд увидел перед собой мужчину, на вид такого же молодого, как и он сам, только волосы у него были светлые, коротко подстриженные, а в одном ухе виднелась серьга, - тебе уже на всё плевать, Старшина. А я не хочу прожить жизнь как крыса в этой дыре. Лучше умереть, пытаясь отбить то, что принадлежит нам, чем гнить здесь заживо.
– Идиот, - прошипел Старшина, - ты сам не понимаешь, о чём говоришь.
– Я отлично понимаю. Я здесь, потому что не мог жить по правилам там. И я не собираюсь теперь здесь жить по твоим трусливым правилам. Мой корабль пойдёт следом за кораблём Волка, и если он хочет, чтобы мы написали на борту «Вселенная с нами» - то чёрт с ним. В конце концов, она действительно с нами.
– Спасибо, - сказал Дезмонд тихо, останавливаясь возле незнакомца.
– За что? Кто-то должен был это сказать. Какой смысл сидеть по уши в дерьме, если ты даже не пытаешься выбраться. Есть ещё кто-то, кто считает так же, как мы?
Какое-то время царила тишина, а потом из толпы вышел ещё один капитан. Этот был заметно старше, и бровь его рассекал грубый шрам, первым делом бросавшийся в глаза каждого, кто смотрел на него.
– Я тут двадцать лет. И я согласен – пора. Орден - пустышка. Если бы они что-то могли, то давно бы истребили нас всех.
Дезмонд усмехнулся, когда третий капитан подошёл к ним и протянул руку для рукопожатия, а затем один за другим стали выходить ещё. Всего их набралось шестеро, но этого по-прежнему было мало для того, что задумал Дезмонд.
– Ещё четыре, - сказал он, - ну?
По рядам прошёл нестройный гул, в котором Дезмонд расслышал: «Надо подумать» и «Посмотрим, чем это кончится».
– Посмотрите, - сказал он громко и, повернувшись к тем, кто его поддержал, кивнул в сторону, призывая следовать за собой.
***
Инэрис неторопливо потягивала кофе из большой кружки и рассматривала сидящего перед ней человека. Каллен Фэроу был немногим старше её самой, но никак не выказывал превосходства. Он мало говорил и то исключительно по делу и, не будь он шпионом, Инэрис было бы любопытно с ним поработать.
– Давно вы занимаетесь этим делом? – спросила Инэрис, глядя на него поверх чашки.
– Год.
Инэрис покачала головой.
– Стало быть, не сначала.
– Я не так давно в Ордене. А этот человек, похоже, далеко не сразу заинтересовал конклав.
Инэрис хмыкнула.
– «Похоже»? – уточнила она.
– Вы правильно поняли. Мне не дали всей информации. Но той, что я собрал, достаточно, чтобы действовать.
– Вас это не раздражает? – спросила Инэрис. Она любила задавать откровенные вопросы. Это могло рассказать о человеке за секунду больше, чем иначе она выяснила бы за несколько часов. Каллен, к примеру, даже не вздрогнул и лишь, не меняя голоса, сообщил:
– Нет. Если магистр считает, что в этом нет необходимости, значит, необходимости нет.
Инэрис оставалось только хмыкнуть в очередной раз.
– Мастер Фэроу, как бы вы ни показали себя сейчас, вы должны понимать, что своим помощником я вас назначить не могу. У меня есть Уотман, и это было бы крайне не корректно по отношению к нему.
Фэроу прикрыл глаза, не давая Инэрис разглядеть реакцию, но ответил так же спокойно:
– Я понимаю. Если магистр считает, что мне будет лучше работать у вас в подчинении…
– … то значит, так будет лучше, - закончила Инэрис хором с ним, - должна сказать, меня такой конформизм не впечатляет, я предпочитаю людей, которые способны думать своей головой. Как вы сказали, у вас есть мысли относительно того, куда будет нанесён следующий удар. Это верфь Мело. Хорошо. Я тоже вижу в этом смысл. В таком случае мы возьмём курс туда, и на подлёте я передам вам мостик. Посмотрим, почему вы не справились с жалким корветом за год. Это всё. Можете быть свободны. Ваш статус на корабле я определю позднее.
Каллен встал и, кивком головы выразив почтение, скрылся за дверью. Инэрис не могла разгадать этого человека, и именно это смущало её больше всего.
Вздохнув, она дёрнула застёжки кителя, освобождая горло, и потянулась к коммуникатору.
«Ты здесь?» - отпечаталось на экране и, посмотрев дату, Инэрис увидела вчерашнее число.
«Да, прости, срочные дела. Я всю ночь не спала».
Ответ пришёл не сразу – Инэрис встала и направилась в душ, и только вернувшись в каюту, увидела на экране новое письмо:
«Нельзя столько работать».
«Я знаю», - Инэрис улыбнулась и, подумав, добавила: - «Скажи… Ты доверяешь людям, которые всё делают правильно?»
«Нет. А к чему вопрос?»
«Вот и я - нет…»
Какое-то время оба молчали, а затем на экране отпечаталось новое сообщение:
«Я скоро улетаю по делам. Может, не буду писать несколько дней».
«Я буду ждать, когда ты вернёшься».
«Я верю. Поэтому и вернусь. Прости, надо идти. Поспи».
Инэрис уложила коммуникатор на тумбочке около кровати и принялась устраиваться в постели.