Чтение онлайн

"На одной жилплощади, наподобие моей. Деды и внуки, квартирные лары и пенаты, причисляя сюда покойного прадеда-булаховца, бесстрашно партизанившего в Армии Крайовой. Затем знянацку оборотившегося членом подпольного райкома компартии Западной Беларуси и заслуженным, грудь в орденах, красным ветераном пресловутой великоотечественной войны...

Приняли на грудь и зараз добавили батянька и сынку для храбрости, что ли?.."

Ни в службу, ни в дружбу лишних вопросов никто никому не задает, если руководство отдает спадарские распоряжения вовремя и четко; добро, коли заблаговременно. Георгий и Лавр Бекарени молча, со значением, крепко пожали руки спутникам, расставшись с ними на окраине города у гипермаркета и не менее гипертрофированного гаражного комплекса.

"Переночуют спокойненько, до того разок выпьют и закусят, теперь у себя на незарегистрированном семейном автопредприятии, коли замотированы мной срочно на ночь глядя отрихтовать дорогую тачку, помятую по пьяной лавочке. Каникулярные пьянки-гулянки в продолжение всенародного банкета..."

Там же деловито расстались с прапорщицей Вольгой Сведкович без суеверных пожеланий. Ни пуха, ни перьев, ни чертей или нелетной погоды не поминали. А за кольцевой предостаточно старшего сержанта Бахарева за рулем транспортного средства, судя по номерам, из спецгаража центрального аппарата МВД.

"Все схвачено, за все заплачено, в добрый путь, лукашисты пролетают", - удовлетворенно отрезюмировала Тана, когда их микроавтобус с российскими узнаваемыми номерами беспрепятственно в расчетное время пересек границу с Украиной.

В финансовые и организационные нюансы бесперебойного функционирования транзитного окна она не вникала. Довольно того, как скоро вражескую территорию РБ они миновали без чрезвычайных происшествий и вооруженных столкновений с противником. Разве только зоркий ночной гаишник-портье на блокпосту у Гомеля отдал честь, взял под козырек, проводив почтительным взором автомобиль марки "мерседес" какой-то столичной шишки в гражданском костюме.

"Надо же, каковски совпало и пересеклось! На этом самом "мерсе-минивэне" мы летось ехали из Американки на волю...", - с небольшой долей облегчения и эйфории отметил Евген, ни на миг не ослаблявший настороженность и боеготовность до конечной точки маршрута под Семиполками.

Глава шестьдесят восьмая

Судьбой отсчитанные дни

В Киеве и на отдаленном военном полигоне Евген Печанский уделил должное время теоретическим и практическим занятиям с ПЗРК "Игла". Включительно: зенитная стрельба по конусу с примерными тепловыми характеристиками предполагаемой рентабельной цели и объекта поражения.

"Кое-что под прикрытием отработали некие позывные: Ауди, Герасим и Симонка с Базылем...Змитрук в Москве, Танька в Стокгольме, в Менске - Лаврик и Михалыч... В студене все мы неяк при делах в общем деле, в колее и в русле...

Странная смесь профессионализма и доброго любительства... Как сказал давеча дед Двинько, кратковременный микст. Что ж, две-три попытки у нас будут... А нам особисто больше и не потребуется, по мере возможности и невозможности..."

В январе чрезмерным рефлексиям Евген не предавался - как наособицу, так и в общении с окружающими из своих четырех кругов ближних и дальних соратников. Действовать он стремится технологично, по плану. По-аудиторски ревизовал, превентивно продумывал диспозицию в тех силах и средствах, на какие рассчитывает в направлении главного удара.

В том же плановом порядке Евгений Печанский возобновил негласные рабочие контакты с Иваном Буяновым, выехал в Москву для личной и конфиденциальной встречи с ним.

"За Лизой, как водится, моя Одарка Игоревна педагогично приглядит, коли мамаша Тана Казимировна в Швеции, гендерным делам ударно обучается на позициях европейского феминизма. Тож прикрытие и барабанная дезинформация, если недремлющий враг опять-таки следит, чем заняты трое политэмигрантов.

– ...Скажи-тка, Ван Палыч, - задал Евген основной вопрос Буянову, - в получении потребного количества ВВ объемного действия ты, случаем, не сможешь мне посодействовать? Я бы приобрел по сходной цене чего-ничего, хороший фугас сюрпризом заложить. Как оно тебе, не слабо?

– А параметры объекта, расчетная площадь подрыва, Ген Вадимыч?
– без обиняков потребовал дельного и сдельного уточнения майор Буянов, очевидно знающий в толк в минно-взрывных делах и в тактике действий разведывательно-диверсионных подразделений.

Хорошенько пообщавшись, он и его киевский гость достигли нужного градуса доверительности. Доподлинно русская водка с горячими закусками и предварительными политическими разговорами прямо-таки взывают к доверию, если задача дня, обоюдные оперативно-тактические цели и завтрашние стратегические планы совпадают. Хотя кое-что, как положено, остается недосказанным.

– Прелиминарно предположим, хорошо заглубленный трехуровневый железобетонный бункер, - приступил к некоторым пояснениям Евген.
– Верхний уровень - открытая площадка, второй уровень кольцевой, вокруг центрального монолита. На нижнем уровне два железнодорожных туннеля...

Полученную информацию Иван Палыч Буянов принял к оперативному сведению и к аналитическому размышлению в добрых традициях спецслужб во все времена нескончаемых тайных войн и конфликтов властей с людьми; бывало, бывает, и люди тайно воюют с неугодными и негодными властями. Так, белорусского спадара и коллегу он особо не обнадежил. Но и не предвидит, собственно сказать, чрезвычайных трудностей и прочих сложностей в приобретении или в изготовлении под заказ армейской объемной взрывчатки, затребованной решительно настроенным компетентным собеседником и сильным сотрапезником.

Впрочем и между тем, он сейчас находится за столом в гостях у Печанского, принят, небось, по-домашнему, по шляхетному белорусскому обычаю. Поскольку в российской столице Евген остановился на дому по Рублевскому шоссе у питерского брательника Севастьяна. Ибо тот некогда обзавелся московской недвижимостью, жилым имением и элитарным комфортом, непредставимым в недоразвитом гостиничном бизнесе "белокаменной, фигурально сказать, первопрестольной".

К собственному удовольствию, Евген в приятных чувствах дежавю обнаружил у кузена на комфортабельной кухне точь такую же функциональную мультиварку, какую он оставил дома, в Минске. "Что значит именно родные!"

Одновременно подумал и о другой поварне:

"Объемная термическая, программно управляемая обработка сырья в закрытом пространстве - оно, возможно, самое то для оптимального и максимального воздействия на многое... в том разе изнутри вовне на белорусскую политику... не абы как..."

В начале января, побывав в Минске, не как бы промежду прочим, Евген предусмотрительно выяснил кое-что и у Кости Кинолога.

– ...Поведай-ка мне, хлопче, розыскные собачки смогут учуять замаскированную среди железа объемную взрывчатку?

– Навряд ли. Их у нас, насколько я знаю, на нее не натаскивают, в курс спецдрессировки она не входит ни у ментов, ни у погранцов. Разве что ВВ будет размещено в металлическом боевом устройстве, которое имеет ружейную смазку. Тогда собачка точно встревожиться, станет внимание инструктора привлекать к опасному месту. Или, наоборот, тащить его в сторону, подальше от опасности. Все в зависимости от характера, от активно- или пассивно-оборонительной реакции у животного...

Скорее в активе, чем в пассиве Евген Печанский учел эти и другие данные в долгосрочных и краткосрочных прикидках применительно к вооружениям и техническим средствам, имеющимся в его распоряжении.