Чтение онлайн

Нам пришлось так поставить партнеров, чтобы на льду Наташка казалась меньше, чем она есть на самом деле. В жизни-то они с Геной почти одного роста. А на льду в танцевальной паре это противопоказано. И она даже когда была на каблуках за пределами катка стала ходить словно на полусогнутых ногах.

Этот ход мне однажды подсказал «по секрету» все тот же четырехкратный чемпион мира, патриарх танцев на льду англичанин Лоуренс Демми.

«Елена, – сказал мне он однажды, – если у тебя не получится твою Наташу «посадить» ниже сантиметров на 20 – можешь не мечтать о хорошем результате и высоких местах».

А мне ведь предстояло этому дуэту придумывать партерные поддержки. Я излазила все источники. Отсмотрела работы всех, кто ставил нечто подобное прежде, – и моего учителя, великого хореографа Касьяна Голейзовского, и знаменитого грузинского балетмейстера Вахтанга Чабукиани. Надо было найти низкие поддержки – и мы их нашли. Поднимать высоко Наташу было нельзя. Словом, работа шла очень интересная – хотя изобретать что-то новое всегда очень сложно.

Тренер обязан быть и психологом. Он просто вынужден прощупывать, как опытный диагност, и выявлять те черты характера своего спортсмена, на которых можно «сыграть». Я об этом уже говорила, но считаю нужным пояснить на двух примерах, связанных с Геной и Наташей.

На чемпионате страны Карпоносов упал во время произвольного танца. Что называется на ровном месте. На самом легком элементе. «Хотел установить контакт со зрителем!» – заявил он мне, когда я собиралась стереть его в порошок. Он, оказывается, услышал, как ему аплодируют трибуны, – и завелся. Молодец, конечно, захотел ответить взаимностью тем, ради кого мы работаем, – и приземлился на пятую точку.

Было понятно, что такие моменты в будущем надо было исключить.

И вот я включила видеозапись этого танца в холле ледового дворца, где шел турнир. Когда включала, была там одна. Когда просмотр закончила, у меня за спиной стояли уже несколько фигуристов, в том числе хмурый и напряженный Гена.

Я включила повтор. Все разошлись, Карпоносов остался. Смотрел тот фрагмент до рези в глазах. Больше никогда в этом элементе он не ошибался. Отшлифовал его до блеска. Препятствие создал – препятствие устранил.

Это его черта, Генкина, – барьер должен быть реально осязаемым, – вот тогда будущий чемпион Лейк-Плэсида сожмет пальцы в кулак и бросит все силы, чтобы прорвать, прорубить, продавить. Его умение концентрировать свои душевные и физические силы в нужное время и в нужном месте поражало меня – и, кстати, не только меня.

У его талантливой молодой партнерши особенность иного свойства. Ей обязательно нужна была ответная реакция тренера – любого рода – на каждый ее успех или неуспех на льду, пусть даже на обычной тренировке.

«Если тренер тебя не ругает – значит, он в тебя просто не верит!» – такую чушь кто-то из «добрых людей» сказал юной Наташе Линичук про отношения внутри группы Елены Чайковской.

И вот я смотрю, как она повторяет без передышки, раз за разом сложный элемент. Потом фрагмент программы. Потом ее всю. В одиночку, без партнера, для идеальной отработки движений. У девочки не получается. Она явно устает. Видно, что начинает злиться. И, наконец, падает. Это совершенно естественно – человек теряет силы и, разумеется, концентрацию. Толку дальше не будет. Нужна пауза.

Делаем передышку.

После перерыва Наташа выполняет все на пять. В том числе в самых сложных местах. Она смотрит на меня, ожидая хоть какой-то реакции. А я в это время переключилась на Пахомову с Горшковым. Наверное, я должна была в тот момент разобрать с Линичук все ее ошибки. Покритиковать за них. Похвалить за исправление. Но у меня уже вышли на лед действующие чемпионы мира. Которые готовятся повторить – и обязаны повторить – свой прошлогодний успех. Конечно, я полностью погружена в то, что делают они, Пахомова и Горшков.

Я не забыла в тот момент о девочке по фамилии Линичук. Но вынужденно переключила внимание на тех, кто требует максимум моих усилий в данный момент. Жестко? Нет, естественно. Будь иначе – чемпионы в моей группе не выросли бы никогда.

А наутро на следующей тренировке я вижу заплаканную Наташу.

Внешних причин для слез вроде бы нет. Ее спрашивать не хочу. Поэтому интересуюсь у других девчонок из группы, что происходит с Линичук. И вот мне выдают версию: раз Чайковская никак не отреагировала на прокат – значит, на эту фигуристку тренер никаких ставок делать не собирается. Оказалось, девочка остро переживает вчерашнее падение и мое к этому отношение. Вернее, внешнее безразличие. Она ведь ждала реакции на свои усилия. На ее сверхусилия.

А мне было очень важно, что она отреагировала именно так.

Получалось очень интересное сочетание устремлений двух личностей с разным жизненным, спортивным багажом, готовых каждый на свой манер преодолевать барьеры, которые ставит перед ними жизнь.

При этом надо понимать, что на ближайший олимпийский цикл, то есть на четыре года, безусловными лидерами сборной оставались чемпионы мира Людмила Пахомова и Александр Горшков. Пара моей ученицы Тани Тарасовой Ирина Моисеева и Андрей Миненков дышали им в спину – молодые, дерзкие, талантливые. Ира с Андреем не желали долго ждать своей очереди. А вторым номером сборной в олимпийский цикл между 1972 и 1976 годами считались Татьяна Войтюк и Александр Жигалин.

Как поступать в такой ситуации паре, на которую никто в Федерации ставку делать не собирался? Рецепт прост и известен давно: пахать с утра до вечера и ждать своего шанса.

На что делать упор? На обязательные танцы. На школу, которую эти ребята способны отточить до блеска. Карпоносов уже был прекрасным технарем. Линичук быстро его догоняла.

Уже осенью 1973-го новички произвели фурор на международных соревнованиях в Англии, где стали вторыми вслед за хозяевами. Притом Линичук и Карпоносов обошли две опытные советские пары. Особенно удивило специалистов, что мои стали лучшими не только в обязательных танцах, но и в произвольном, и в оригинальном.

На чемпионатах Европы и мира 1974 года дебютанты с ходу завоевали бронзовые медали, что тоже стало исключением из правил.

На этих же турнирах в следующем году они должны были бы вновь бороться за место на пьедестале и за вторую строчку в иерархии сборной Советского Союза.

На первенстве Старого Света 1975 года в Копенгагене Пахомова и Горшков в очередной раз стали чемпионами, Линичук с Карпоносовым получили бронзовые медали, Моисеева с Миненковым стали четвертыми.

Казалось, расклад сил накануне предстоящего чемпионата мира в США ясен. Все спутала серьезнейшая болезнь и операция у Саши Горшкова.

В итоге в феврале 1975-го ни сам Горшков, ни Пахомова, ни я не знали, на какое время чемпионы выбыли из борьбы.

Но свято место пусто не бывает. В мире танцев на льду сразу начались подковерные интриги, брожения и закулисные сражения.

В отсутствие Милы с Сашей в жесткую борьбу за высшие награды готовы были включиться и американцы Колин О’Коннор с Джимом Милнсом – будущие призеры Олимпийских игр, и вице-чемпионы Европы англичане Хилари Грин с Глинном Уотсом, и, разумеется, две пары из Советского Союза – Линичук с Карпоносовым и Моисеева с Миненковым.