Чтение онлайн

23

Минка

П ереливается как дерьмо.

Сидя напротив Брук за завтраком в воскресенье, я чувствовала на себе ее пристальный взгляд, полный незаданных вопросов. Наверное, потому, что я тоже выглядела как дерьмо.

"Что случилось после игры?" — спросила она непринужденно, но я услышал под ее словами беспокойство. "Только эссе, как я уже говорила".

Я пожала плечами, стараясь казаться бесстрастной. "Ничего особенного", — соврала я, избегая ее взгляда. Но Брук было нелегко обмануть.

Она наклонилась вперед, выражение ее лица стало серьезным. "Минка, ты лгала мне, и это очевидно", — сказала она. "Мне кажется, это мило, что ты думаешь, будто умеешь хорошо врать, но мы оба знаем, что ты не умеешь". Она протянула руку и взяла мою ладонь, сжав ее. "Я просто хочу знать, что с тобой все в порядке".

Я колебалась, разрываясь между сохранением своего секрета и доверием лучшей подруге. Наконец я решила рассказать ей часть правды. "Я встречаюсь кое с кем", — призналась я, понизив голос. "Но это сложно, и он не тот, кого одобрили бы другие".

Глаза Брук слегка сузились. "Он хорошо с тобой обращается?" — спросила она, делая глоток мокко.

Я кивнула, и, несмотря на хаос эмоций внутри меня, на губах заиграла улыбка. "С ним я чувствую себя свободной так, как ни с кем другим", — сказала я, вспоминая моменты общения с Незнакомцем, которые одновременно смущали и будоражили меня.

Брук некоторое время изучала меня, затем вздохнула. "Хорошо", — просто сказала она. "Просто… просто убедись, что ты знаешь, во что ввязываешься, хорошо? И помни, ты всегда можешь прийти ко мне, если тебе что-то понадобится. Что угодно".

"Я знаю, Брук. Спасибо." Благодарность в моем голосе была искренней. Это было облегчение — поделиться хотя бы частичкой того, что происходит, с кем-то, кому не все равно.

Когда мы закончили завтрак, часть меня почувствовала облегчение от того, что я поделилась, пусть даже это была лишь малая часть всей истории. Принятие и забота Брук стали напоминанием о том, что, что бы ни происходило с Незнакомцем, я была не одна. У меня есть друзья, люди, которым я небезразлична.

На протяжении всего воскресенья мои мысли постоянно возвращались к Леви и его раненой руке. Беспокойство не покидало меня, постоянно присутствуя в моем сознании.

Когда наступил понедельник, я с нетерпением ждала встречи с ним, чтобы проверить его. После того, что он для меня сделал, это было правильным решением.

К тому же, как мой игрок, он был в некотором роде моей обязанностью.

Я стояла у аудитории профессора Брэдли и сканировала толпу в поисках Леви. Я специально пришла пораньше: если я сделаю это так, чтобы не привлекать внимания, он, возможно, позволит мне избежать наказания.

Когда я наконец заметила его, он был в своей форме, но без галстука, что как-то дополняло его обычный суровый вид. Леви выделялся даже в оживленном коридоре. Его волосы были слегка растрепаны и падали на глаза, что делало его еще более задумчивым. Его выражение лица сочетало в себе раздражение и задумчивость, что, казалось, отпугивало большинство людей.

Но мне было все равно.

Набравшись смелости, я подошла к нему. "Леви, — тихо позвала я, потянувшись к его руке. Я хотела проверить, стало ли ему лучше, может быть, предложить какое-то утешение.

Он отреагировал почти мгновенно, отдернув руку и нахмурившись. "Что, по-твоему, ты делаешь?" — огрызнулся он, его голос был низким, но резким.

Я слегка отшатнулась от его тона, удивленная и обиженная его реакцией. "Я просто хотела проверить, все ли в порядке с твоей рукой", — объяснила я, стараясь, чтобы мой голос был ровным.

Глаза Леви сузились, и он разразился насмешливым смехом. "Ты думаешь, что ты какой-то святой, Мазерс? Приходишь проведать меня, как будто я благотворительная организация?" Его слова были язвительными, каждое — как пощечина.

Я стояла, ошеломленная его суровостью. Его реакция была холодным всплеском реальности. Возможно, я наивно полагала, что после случившегося между нами наступит некоторое смягчение. Но его слова ясно дали понять: что бы ни произошло, какой бы момент уязвимости он ни продемонстрировал, это не изменит динамику наших отношений.

Когда он повернулся и ушел, я осталась стоять на месте, переполненная эмоциями и не имея возможности их выразить.

Глупая.

Я была такой глупой.

Почему я думала, что несколько мгновений что-то изменят между нами?

Как раз в тот момент, когда я пыталась осмыслить резкий уход Леви, я почувствовала, как сзади меня мягко прикрывают глаза. Мое тело инстинктивно напряглось, и я почувствовала вспышку предвкушения, подумав, что это может быть Незнакомец.

Но тут знакомый голос прошептал: "Угадай, кто?"

Сойер.

Мое сердце заколотилось, когда я вырвалась и повернулась к нему лицом. Сойер стоял с непринужденной, уверенной ухмылкой, и его внешность вызывала ностальгию. У него были те же непокорные белые волосы, которые, казалось, бросали вызов гравитации, обрамляя лицо с резкими красивыми чертами. Его глаза, яркие и озорные, подчеркивались непокорными прядями волос, спадавшими на лоб. Он был высок и широк, а его осанка излучала природную харизму, которая всегда была частью его обаяния.

И именно поэтому у него была такая репутация.

Улыбка Сойера расширилась, когда он увидел мою реакцию. "Я искал тебя", — сказал он. "Мой брат наконец-то сказал мне, в каком классе ты учишься".

Прежде чем я успела ответить, появилась Брук, протягивая мне чашку кофе из "Ривер Стикс". Она настороженно посмотрела на Сойера. "Какого черта ты делаешь здесь, на вражеской территории?" — потребовала она, окинув его взглядом. Она была одной из немногих знакомых мне женщин, не поддающихся его природному обаянию, даже если она писала мне об обратном.

Сойер пожал плечами, его улыбка была непоколебима. "В среду у нас игра против Крествуда", — сказал он. "Тренер хотел, чтобы команда приехала на пару дней раньше, чтобы потренироваться". Он перевел взгляд обратно на меня.

"Пришел посмотреть, не зеленее ли трава на этой стороне, Вулф?" сказал Леви, достаточно громко, чтобы мы услышали. В его голосе была какая-то нотка, что-то, что намекало на нечто большее, чем просто соперничество, хотя я не мог определить, что именно.

Сойер повернулась к Леви лицом и нахально ухмыльнулся. "Просто проверяю старых друзей, Кеннеди", — сказал он. "Но ты ведь об этом мало что знаешь, правда?" Его слова были дразнящими, но в них чувствовался вызов.