Конкистадор
Шрифт:
Он медленно сокращал дистанцию до бреши в борту «Бялого Палаца». В самом конце пути он увидел вооруженных людей, двигавшихся с поразительной быстротой.
«Необыкновенное впечатление, – констатировал он, – следует зафиксировать его. Когда еще увидишь настоящую тактическую операцию в профессиональном исполнении»!
Сашино внимание сфокусировалось на людях Толстого. Они его тоже заметили.
– Госпожа Сомова, тут ваш парень!
Появилась мама. И с ней эта дуреха. Им, Сашей, между прочим, только что спасенная. Мама… На миг он сбился с расчетов и почувствовал внутри… непонятно, как назвать… В грубом приближении подходит словосочетание «живое тепло». Да. Живое тепло.
Секундой позже правильный ответ пришел к нему сам. Вот она, хренова формула. Явилась от начала до конца в ослепительной вспышке нового смысла, никогда прежде не забредавщего во Вселенную.
– Есть! Вот она!
Не поняв его, Сомова-старшая закричала:
– Я здесь! Сашенька, цел! Мальчик мой!
Варька, разумеется, вставила свое:
– Сашка! Вот дурак! Где ты прятался?
Ну хоть рожа при этом у нее была радостная…
Саша, приосанившись, ответил матери, как бы не замечая тупую сестрицу:
– Мама, я очень рад вас обеих видеть. Кстати, твое присутствие очень помогло мне сейчас в решении одной неординарной задачи…
Катя не дала сыну договорить, порывисто прижав его к себе. Так что последние слова Сомов-младший невнятно добормотал матери в жакет… Боже, никогда никому ничего невозможно объяснить! Обязательно собьют.
«Срочно.
Сов. секретно.
Для расшифровки использовать код 8.
Секретарю
Объединенной Координирующей Группы Терры-2,
Главнокомандующему
Сил безопасности Терры-2
полному адмиралу
А.С. Маслову.
Сегодня в 05.42 по времени 3-го часового пояса планетоида Пушкин диверсионная группа обездвижила охрану и захватила лиц, содержавшихся под стражей в изоляторе номер 100 на объекте „Бялы Палац“. Не исключено содействие группе со стороны начальника охраны капитана ОАБ Я. Каминского. Названная группа погрузилась на малое транспортное средство типа „Бора-10“, предназначенное для десантно-штурмовых операций. Транспортное средство расстыковалось с объектом „Бялы Палац“. Организовать преследование не удалось из-за панфирной тревоги на борту объекта „Бялы Палац“. Тревога оказалась ложной, т. к. была вызвана диверсией в информационной сети объекта. В 5.54 транспортное средство с диверсионной группой и захваченными лицами, указанными выше, достигло коммерческого грузового корабля „Ромашка“. Названный корабль в течение 10 мин. вошел в ОП на Солнечную систему и был потерян всеми следящими средствами.
В соответствии с указанием докладывать о любых происшествиях, внесенных в список 1 директивы 14/100000067, прямо на имя Секретаря ОКГ А.С.Маслова, направляю данный отчет по указанному адресу.
Просим указаний о дальнейших действиях.
Копия направлена начальнику 4-го отраслевого управления ОАБ генерал-лейтенанту К.Бенедиктову.
Начальник 88-го территориального управления ОАБ
полковник Е.Оверчук.»
Глава 8
Банкрот
31 января 2141 года.
Место не имеет значения.
Андрей Маслов, 104 года.
«Срочно.
Сов. секретно.
Для расшифровки использовать код 312.
Командующему
Чрезвычайным поисковым контингентом
„Группа флотов А“
вице-адмиралу
В.М. Сомову.
Уважаемый Виктор Максимович!
Вы до конца исполнили свой долг. Все, что я назвал „поощрением“ при нашей последней встрече, теперь принадлежит Вам по праву. Кроме того, я должен был вернуть Вам супругу и детей. Но Ваш сын сбежал. А Ваши дочь и жена были освобождены родней, которой помогли мои люди, не получавшие на то никакого распоряжения. Полагаю, Вы скоро увидите родных и без моей помощи.
Как видите, мне нечем с вами расплатиться. Я проиграл и обанкротился. Это, видимо, неправильные слова, но более правильных я не знаю.
Прошу Вас, простите меня, если сможете. Я считал себя железным человеком и хотел видеть вокруг себя железных людей. А вышло в итоге, что я пошлый старый дурак.
Одновременно прощаюсь с миром, с властью и с Вами. Мне дарован всего один день для „сдачи дел“, если можно так выразиться. Итак, простите меня и будьте счастливы.
С Богом.
Андрей Маслов»
Глава 9
Венец из колокольчиков
2 марта 2141 года.
Планета Екатерина в системе звезды Благословение, военный лагерь «Бастион», он же – терранская столица в этих местах.
Семейство Сомовых. Возраст отдыхает.
Он много раз представлял себе, как это должно произойти. Как он встретится со своей женой и детьми.
Может быть, он доберется до той поганой двери, которая отделяет их от свободы, взломает замок и ворвется внутрь. Простить ли Маслова? Нет, он никак не мог. Одного покаянного письма недостаточно. Христос велит прощать мерзавцев, но он ведь неженат…
Может быть, они просто соединят дыхание у порога их старого жилища в Синих Холмах. За деревянной калиткой, на маленьком пятачке, с двух сторон обсаженном кленами. Это Катя затеяла посадить их там, они еще совсем молоденькие, клены-дети, клены-подростки…
Может быть, на борту линейного крейсера «Изабелла»? Впрочем, нет, только не там. За месяц корабль трижды принимал бой. Живого места не осталось на несчастном флагмане. Господи, помоги ему выжить!
Может быть, на площади Разноцветных Звезд, главной в Ольгиополе, при большом стечении народа? Опять нехорошо: миллион лишних зрителей. Досадно выйдет…
Может быть…
Может быть… может быть… может быть…
Он встретил их у ворот военного лагеря, на вторые сутки самого дождливого месяца, какой только есть в календаре планеты Екатерина. Дождь шел не первый час, ночью от его нескончаемых лесок веяло холодом, но к середине дня тучи разошлись, Благословение коснулось ледяного леева и сделало его парным.
За спиной у адмирала Сомова, губернатора и самого богатого человека на всей терранской части планеты, стоял недавно собранный блок-модуль. Такие используют под караульные помещения, станции связи в самой глуши, а еще для нужд очень маленьких и очень неприхотливых экспедиций, забравшихся намного дальше самой глуши… У блок-модулей исключительно богатый набор защитных контуров, необыкновенная легкость конструкции, отличные возможности адаптации под самые разные виды техники, а нормативная скорость сборки-разборки внушает благоговейный восторг иноземным спецам. Гордость инженерной мысли Русского сектора! Только одного заказчики никогда не требовали от армейских конструкторов, создававших универсальный блок-модуль. Уюта.
«Когда-нибудь, наверное, у меня тут будет целая усадьба. Дворец у меня тут будет. Гнездо необузданной роскоши. Лувр посреди Кремля. Тысяча вторая ночь Шехерезады. Влахернский дворец в садах микадо… Эскориал в этом… Сююмбеки? Сарайбахчи? да ладно. Будет все, конечно. А сейчас, спасибо, хоть эта Халупа Ивановна целой осталась…» Блок-модуль станет его домом на несколько недель. А может быть, и месяцев… Как Бог даст. Ах, Катенька, Катенька! Прости ты меня, ну нет ничего другого под руками. Потерпи еще чуть-чуть. Хорошо?
Шлюп на антигравитационной тяге сел в самую лужу, грязь недоволно чвакнула под ним, трава покорно легла под днище. Из люка вышло много разных чинов… в смысле, разных людей. Пригибаясь, они резво разбегались от дождя. На ходу небрежно отдавали честь своему адмиралу…
Вот они.
Вот они!
Катеньке было плевать на дождь. Плевать на все. Она величественно и неспешно шествовала по лужам, задрав подбородок, едва сдерживая торжествующую улыбку… по левую руку – Варя, по правую – Саша. Будто свита. Она про себя знала, что была, есть и навсегда останется возлюбленной конкистадора Сомова. А значит, королевой планеты.
Он шагнул вперед, ей навстречу, и не почувствовал дождя.
Ближе, ближе…
Сомов ощутил, как входит в него аромат ее кожи, ее волос. Потом ее дыхание. Поднял руки и возложил ей на голову венок из алых колокольчиков.
– Таких нигде больше нет, Катя… Я люблю тебя.
Она спросила, глядя ему за спину:
– Это наш дом?
Сомов ответил с робостью:
– Пока… да.
Катя метнулась к нему, обняла и зашептала: «Так значит, мы опять вместе… дома…» А потом стиснула его губы своими.
Они долго стояли, не отрываясь друг от друга, под парным дождем, на поникшей от влаги траве, по щиколотку в грязи. Благословение ласкало своими лучами их спины, плечи и волосы.
…Саша терпеливо ждал того момента, когда Сомов-старший разомкнет объятие. Еще немножко. Еще немножко. Еще… да сколько угодно. Все равно им предстоит расцепиться минут через пять-десять максимум. Такова человеческая природа. И напрасно эта маленькая стервоза дергает его за рукав. И напрасно она шепчет ему в самое ухо: «Да отойди же ты, дурак! У них романтическое свидание после разлуки! Не торчи ты тут! Мешаешь». Во-первых, им сейчас никто не может помешать. Во-вторых, настоящее романтическое свидание начнется у них ночью. А сейчас еще и сумерки не наступили. В-третьих, через сорок минут сюда прибудет грузовой дальнобойный рейсовик «Филипп Бляхин», и у него в брюхе, а именно 16-м трюме, – милая Данута, тайком сбежавшая из дому. При Дануте он паталогически не способен соображать здраво, так что все отложится на нестерпимо долгий срок… В-четвертых, отец это должен узнать. Впервые в жизни у Саши был достойный подарок для отца.