Чтение онлайн

— То есть, непосредственно перед криком девушки, ну, за минуту, за две, вас на первом этаже не было? — не мог поверить услышанному Сашка. — Вы не ошибаетесь?

— А чё мне ошибаться. Я же говорю, я не склерозная. Ты вот это, знаешь, чё? Давай на двоих пивко твое раздавим, а то я так употела тут с ведрами. — Уборщица тыкала пальцем в карман Сашки, откуда почти полностью высунулась последняя бутылка пива.

Раздосадованный неудачей Евтушенко, вскрыл бутылку и отдал настырной старушке.

— А кроме вас, кто еще здесь в тот день мыл полы?

— Да никто! — Живо ответила уборщица, по очереди то, затягиваясь папиросой, то, отхлебывая из бутылки. — Машка в отпуску, а Клава лодырничает, больничный лист всегда берет, у ней там блат в поликлинике. Так сейчас и народу здесь нет. Только когда экзамен, по первому этажу стиляги эти шастают, инженерами хотят стать! Туды их…

— И ничего такого странного вы в эти дни не замечали? — с надеждой спросил удрученный Сашка.

— А чё странного — ничего! Только хулиганничают. То швабру сломали, то вот халатик отсель слямзили, — уборщица показала на закуток под лестницей, где лежали веники, ведра и прочий инвентарь. — Дрянной халатик, Клавкин, старый. Пропал надысь, а сейчас вон опять — валяется.

Сашка поднялся со ступеней и рассмотрел халат — синенький, вылинявший от многих стирок, кое-где подшитый, но в целом, точно такой же, какой был сейчас на уборщице.

Возвращался он в общежитие уже без бутылок. Слабая надежда купить еще пива, провалилась. В гастрономе «Юбилейный» оно уже закончилось.

Но потрачены бутылки с пивом были не зря. Хотя количество неизвестных в системе уравнений не уменьшилось, Евтушенко пришел к весьма интересному выводу.

Вопрос: Кто скрывается за Питокондой? — вставал с новой силой.

Но прежде чем ответить на него, предстояло выяснить очень важную деталь.

Вечером, грубо пихнув дверь, в общежитие вернулся Борис. Он, не разуваясь, прошел в комнату, с грохотом оттолкнув по пути стул. Сашка хотел сделать мягкое внушение, о необходимости соблюдать чистоту в прибранном помещении, но, поглядев на разъяренный вид Махорова и на красующийся у него под глазом синяк, ограничился простым замечанием:

— Откуда такой красивый?

— Этот гад еще не появлялся? — вопросом на вопрос парировал Махоров, кивая в сторону кровати Заколова. — Пусть только появится — я его урою! С асфальтом сравняю!

— А что случилось? — поинтересовался заинтригованный Сашка.

— Ты представляешь, я сижу в кино с Лизкой. Ну, там, жамкаю по-тихому, целую. А в зале жара, духота, и я решил снять футболку. Только ее стянул с себя, как откуда ни возьмись в темноте подлетает этот гад — Тихон. Я даже сначала не разглядел, что это он. А он меня — хрясь по мордасам, и на Лизку накидывается. Как дикий! Втюрился он в нее, что ли? Ну, разве так можно! Ведь ни слова не говорил, что у него от Лизки крыша поехала. Ну, он и ревнивый, я тебе скажу! Прямо Отелло, накинулся на Лизку, и душить ее давай… Пока я очухался, на Заколова кто-то сзади наскочил. Пытался мертвым захватом ему шею скрутить, а он локтем того хрясь под дых. Тот в три погибели согнулся. Тут и я полез разбираться, за что мне фэйс попортили. Но встать не могу, давка началась. Только ногами пытаюсь пинать всех подряд… А у Тихона тоже защитник нашелся. Какой-то молоденький офицер. Глаза безумные, руками мельтешит. Того типа, кто на Тихона сзади напал, он повалил между рядами, а сам сверху насел и давай молотить. Ну что там дальше началось! Все кого по ходу задели, тоже полезли. Свалка, крик! Полный улет!

Борис выговорился и немного успокоился. Он даже улыбнулся и уже веселым тоном продолжил:

— А там, представляешь, кино идет. На экране Пьер Ришар скачет как идиот. А поверх него наши тени друг друга мутузят. Я около дырки кинооператора сидел. Ну, прикольно получилось! Зрители не на экран, а в нашу сторону смотрят. Оператор, видимо, в сортир вышел. Фильм сам себе крутится. Мужики азартно молотят друг друга и сами не понимают за что, а девки пищат как резанные. Одежда к черту летит! С одной, представляешь, юбку содрали. Когда свет зажгли — такая картина… Прикольно!

— Ну а Тихон-то где сейчас? — спросил удивленный Сашка.

— Повязали, наверное… Вокруг него вся заваруха и была. В ментовскую увезли. Меня, как жертву отпустили, я Лизку пошел провожать. А у нее блузон порван, представляешь, до пупка всех пуговиц как не бывало. Кто-то видно лапой зацепил. А ведь ее мамахен подумает, что это я к ней так приставал. Во, дела! А Заколов, значит, еще не появлялся?

— Нет.

Сашка смотрел на успокоившегося Бориса и размышлял, можно ли задать ему тот важный вопрос, который не давал покоя последние несколько часов после беседы с уборщицей. Ответ на этот вопрос помог бы понять многое, если не все.

— А ты знаешь, почему Тихон бросился на тебя? — задал предварительный вопрос Сашка.

— Ясно почему — псих ненормальный.

«А бывают ли психи нормальные?» — задумался Сашка над этим устойчивым словосочетанием. Его иногда совершенно спонтанно занимали, на первый взгляд, глупые вопросы, ища ответы на которые, он выстраивал целые теории, выдвигал гипотезы и старался их доказать. Люди часто говорят штампами, не задумываясь, не вникая в сущность сказанных слов, но порой именно в таких фразах звучит народная мудрость. Но углубляться в эти рассуждения сейчас было недосуг.

— Нет, — спокойно возразил Сашка. — Напал он на тебя потому, что посчитал, будто ты готов задушить Лизу.

— Что, значит, задушить? — не понял Борис.

— Задушить — это, значит, лишить жизни путем сильного стягивания дыхательных органов на шее. Асфиксии!

— Чего, чего?

— Тихон подозревает тебя в убийствах четырех девушек. — Жестко сказал Сашка. — У него для этого есть веские основания. А в кинотеатре он, по всей видимости, был убежден, что ты готов совершить новое убийство.

— Я?! — Борис сел на скрипучую кровать с лицом, выражающим сплошной знак вопроса.

— Да, именно ты! Но лично я пока в это не верю, — перешел на спокойный тон Сашка. — Теперь ответь мне на простой вопрос. — Евтушенко перевел дух и, стараясь быть безразличным, спросил: — От кого ты узнал, что девушка, которую мы с Тихоном нашли в реке, задушена именно цепочкой из туалета?

— Так это… Все об этом говорили… Когда это было?

— Перед консультацией по сочинению. — Сашка внимательно следил за выражением лица Бориса: или тот тянет время, или взаправду не может припомнить? — Вспоминай! Ты подошел к институту. В этот момент ты ничего не знал о найденной Лене. Так?

— Да. Мне об этом рассказал Тихон. Или Ты?

— Нет. Я сидел около забора и не мог с тобой разговаривать. Ты узнал новость от Тихона. Но он не сообщал про цепочку! Он просто сказал, что девушка задушена. Так?

— Вроде так. Лизка еще страшно испуганная была, ко мне грудью прижалась. А мамаша ее как на это дело зыркнет! Пришлось отодвинуться от Лизки.

— Ну вот. Значит, рядом стояла Лиза, ее мама… Кто еще?

— Тихон стоял. Он все рассказал, а потом быстро ушел.

— Я это знаю, — начинал раздражаться Сашка. — Кто-нибудь еще подходил к вам?