Чтение онлайн

Конституционной новеллой в механизме осуществления российского народовластия явилось признание местного самоуправления, гарантированного на высшем уровне российского права. Местное самоуправление – это конституционный институт осуществления власти народа самостоятельно в пределах своих полномочий. Конституция РФ в ст. 12 специально подчеркивает, что органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти.

Создание эффективной системы местного самоуправления – одна из ключевых задач современной России.

90-е годы XX столетия явились поворотным рубежом в конституционном развитии России. Впервые принцип разделения властей был юридически закреплен в Декларации о государственном суверенитете РСФСР. Статья 13 Декларации гласит: «Разделение законодательной, исполнительной и судебной властей является важнейшим принципом функционирования РСФСР как правового государства». Свое дальнейшее конституционное закрепление этот принцип получил на VI Съезде народных депутатов РФ, а также в ст. 10 новой Конституции РФ: «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны». Конституционное закрепление разделения властей не означает, что три ветви российской государственной власти абсолютно обособлены. Разделение властей означает, что ни один орган государства не может и не должен обладать всей полнотой власти. Власть распределена и демонополизирована так, что ни одна из них не сможет подчинить себе другую ветвь власти.

Самостоятельность ветвей власти определяет незыблемость конституционного строя России, являясь конституционной гарантией от возврата к авторитаризму. Разделение властей в России проведено как по горизонтали, так и по вертикали.

Вместе с тем необходимо учитывать следующие особенности реализации принципа разделения властей в Конституции РФ. При создании Конституции РФ 1993 г. разработчиками были сделаны как минимум два исключения в традиционной схеме разделения властей. Во-первых, глава государства был выведен из исполнительной власти. Во-вторых, предполагалось создание целого ряда конституционных органов, формально не относящихся ни к одной из ветвей власти.

Как известно, в период с июня 1991 г. и до принятия Конституции РФ 1993 г. российский Президент возглавлял систему исполнительной власти. Такая же модель сохранялась и в проектах, разрабатываемых Конституционной комиссией Съезда народных депутатов РСФСР/РФ.

В «президентском» проекте, опубликованном в апреле 1993 г., конструкция была иная. Глава государства был выведен из системы исполнительной власти и в тогдашней формулировке фактически представлял особую ветвь власти. Статья 5 «президентского» проекта гласила, что единую государственную власть представляют и осуществляют:

– «глава государства – Президент Российской Федерации;

– законодательная власть – Федеральное Собрание, состоящее из Государственной Думы и Совета Федерации;

– исполнительная власть – Правительство Российской Федерации;

– судебная власть – суды и судьи системы правосудия Российской Федерации…» 148 .

Чтобы найти баланс между полярными точками зрения на место и роль института президента в системе разделения властей, было решено, что глава государства отныне не входит в исполнительную власть, но и не называет себя отдельной ветвью власти. Президент занимает позицию верховного арбитра, стоит «над» всеми ветвями власти, обеспечивая согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти.

В соответствии с этим новым подходом за Президентом РФ был закреплен относительно небольшой объем полномочий (в процессе разработки эта конструкция в шутку называлась «российской моделью британской королевы»).

Однако подобный подход совсем не означал, что президентский пост становился декоративным. Напротив, в ситуации острого конфликта властей стране нужна была сильная, авторитетная фигура, принципиально стоящая «над схваткой» и в силу этого способная быть арбитром. При этом Президент должен обладать достаточными конституционными полномочиями, чтобы принудить конфликтующие стороны к нахождению компромисса.

На основе этого принципиального подхода были сформулированы соответствующие нормы и процедуры, суть которых в общем виде можно выразить так: президент «спокоен», когда в стране все в порядке, и способен активно и порой жестко действовать, если возникают серьезные проблемы и конфликты. Для того чтобы глава государства мог быть эффективным в «экстренных случаях», за ним был конституционно закреплен целый арсенал разнообразных инструментов и возможностей (от права инициировать согласительные процедуры до элементов прямого федерального вмешательства), позволяющих убедить конфликтующие стороны в необходимости компромисса либо принудить их к согласию и тем самым разрешить кризис.

Неоднократно обсуждавшееся в научной и публицистической литературе обстоятельство, что «модель британской королевы» не удалось реализовать на практике 149 , связано с особенностями конкретно-исторической ситуации и характера самого Б.Н. Ельцина: фактически на протяжении всех 1990-х годов в стране не было времени, которое можно было бы назвать «спокойной ситуацией».

Более того, необходимость продвижения реформ в условиях противодействия оппозиционного парламента и «нейтралитета» колеблющегося правительства вынуждала главу государства брать на себя ответственность за непопулярные социально-экономические решения и принимать соответствующие указы. Кроме того, сразу после принятия новой Конституции России законодатели довольно долго саботировали принятие целого ряда законов, необходимых для реализации конституционных норм. В результате Президент был вынужден своими указами заполнять пробелы в законодательстве с тем, чтобы создавать необходимые условия для претворения в жизнь положений принятой Конституции РФ и формирования предусмотренных ею новых институтов.

При этом в проекте, подготовленном «президентской группой» в апреле 1993 г., указы главы государства не имели силы закона (издание нормативных правовых указов не предполагалось). Однако в итоговом тексте, который был вынесен на референдум, у Президента уже появилось право такие указы издавать. И, как показали дальнейшие события, это было правильное решение.

Как отмечал Н.В. Витрук, который в мае 1993 г. представлял на экспертизу Венецианской комиссии 150 «президентский» проект Конституции, а затем работал в качестве ассоциированного члена этой Комиссии со стороны России, по заключению зарубежных экспертов, форма правления, установленная Основным законом России, «основана на новой и интересной концепции президентской власти» и определяется в большей степени событиями демократического переходного периода в стране и федеральной структурой Российского государства, нежели какой-либо иностранной моделью. По мнению основателя и первого председателя Венецианской комиссии А. Ла Перголы, конституционными установлениями российскому Президенту отводится ведущая роль в сфере высокой политики в соответствии с его статусом гаранта Конституции, прав и свобод человека и гражданина, основная функция которого – охрана суверенитета Российской Федерации, ее независимости и государственной целостности, обеспечение согласованного функционирования и взаимодействия органов государственной власти. Это обусловливает «нейтральную роль» Президента, который выступает в роли политического арбитра в условиях действия принципа разделения властей и не вторгается в сферу судебной власти 151 .

Таким образом, в Конституции РФ была закреплена принципиально иная, чем это было ранее, конституционная система государственной власти (ч. 1 ст. 11), которая к тому же имеет отличия и от «классического» варианта реализации принципа разделения властей.

Что касается конституционных органов, стоящих вне системы разделения властей, то речь идет о таких институтах, как Прокуратура РФ, Центральный банк РФ, Уполномоченный по правам человека, Счетная палата РФ и Центральная избирательная комиссия РФ.

Эти структуры не отнесены ни к законодательной, ни к исполнительной, ни к судебной власти, но у каждой из них есть собственная конституционная миссия, своя конституционная задача. Фактически при формировании большинства органов, не входящих ни в одну из ветвей власти, Конституция РФ предусматривает реализацию принципа «двух ключей». Так, в назначении Председателя, заместителя Председателя и аудиторов Счетной палаты РФ участвуют всенародно избранный парламент и всенародно избранный Президент. Схожая модель применяется при назначении Генерального прокурора РФ или судей Конституционного Суда РФ. Такой подход служит укреплению системы сдержек и противовесов, поскольку обязывает различные ветви и органы власти действовать согласованно для решения стратегически важных вопросов.