Чтение онлайн

— А теперь, молодой человек, не могли бы вы продемонстрировать нам всё случившееся с помощью вашего дара. Вы же в состоянии произвести всё виденное вами в качестве картины или новомодного кино, не так ли?

Несколько секунд я тупо смотрел на немолодого сыщика, силясь переварить только что озвученный мне вопрос. Такая очевидная и одновременно очень простая мысль доселе не приходила мне в голову. А ведь действительно!

— Могу.

— Тогда мы готовы посмотреть всю картину в целом и особенно ту часть, где вы столкнулись напрямую с убийцей, что стрелял в вас.

— Да, секунду.

Погрузившись в себя и вновь прокручивая в памяти тот день и час, я вызывал к жизни свой дар и начал показывать произошедшие события, подвесив в воздухе что-то наподобие экрана кино. Показ продлился недолго, может, две минуты, или немногим больше. То, что рассказывать долго, показывать, оказывается, получается очень быстро. Закончив, я погасил картину и посмотрел на обоих следователей. Хотелось есть, как всегда, после активного и долгого использования дара, но это мелочи.

— Прекрасно! На сегодня, я полагаю, мы закончим, — сказал поручик, — а вам, господин Дегтярёв, предлагаю подписать бумагу о неразглашении увиденного и попрошу не распространяться о том в стенах академии.

— Вообще нигде не распространяться, — вмешался в диалог титулярный советник.

— Да, Дмитрий Анатольевич, вы правы. Никому и нигде не говорите о том, что оказались свидетелем покушения на Великого князя и что вступили на путь борьбы с террористами. От этого вам может стать только хуже, надеюсь, вы это понимаете?

— Да.

— Ну, вот и отлично. Подпишите вот здесь и здесь, и можете быть свободным на сегодня. От своего лица могу добавить, что вы дали нам весьма много ценных сведений, которые мы непременно используем для расследования. Кроме того, я могу обещать вам премию за вашу честность и самоотверженность, а также не исключаю возможности того, что вам придётся ещё неоднократно продемонстрировать свой дар перед другими лицами и, возможно, перед лицами весьма высоких званий. Учтите это и молчите, как рыба.

— Я понял, — немного ошарашенно ответил я и, расписавшись в указанных местах, застыл, не зная, что мне дальше делать.

— Всё, вы можете быть свободны, подождите внизу у дежурного своего друга, если он ещё не освободился, а если освободился, то можете возвращаться в общежитие.

— Понял, я могу идти?

— Идите.

Выйдя из кабинета, я направился вниз, где и встретил Петра, который уже давно дожидался меня.

— Всё хорошо? — спросил он у меня.

— Да, а у тебя?

— Так же.

— Поехали уже в общежитие, только нужно заехать в столовую, поужинать, а то я есть хочу сильно.

— Аналогично. Наша ещё работает, там и поедим.

— Поехали!

— Что думаете, Дмитрий Анатольевич? — спросил поручик у Кошко, когда студент Дегтярёв покинул кабинет.

— Думаю, что вам следует пригласить этого юношу в кабинет начальника, чтобы он продемонстрировал ещё раз то, что показал нам. А дальше полковник примет по нему решение.

— Согласен, так и сделаю. Ещё нужно придумать повод, чтобы на время забрать его из академии.

— А вы согласуйте и отправьте Дегтярёва на исследование дара в другую академию, только инкогнито.

— М-да, — поручик несколько секунд обдумывал слова Кошко. — Это вы дельный совет мне сказали, Дмитрий Анатольевич, пожалуй, буду ходатайствовать перед руководителем нашего отделения, чтобы его направили в нашу специальную лабораторию, заодно его премируем и поднатаскаем на защиту, с помощью собственного дара, если это возможно.

— Да, если это в ваших силах, то весьма правильно, но мне пора. Я своё дело сделал, необходимые сведения получил и поэтому спешу откланяться, уважаемый Ростислав Игоревич. Дел просто невпроворот.

— Понял, тогда до встречи, я найду вас, как только в этом возникнет необходимость.

— Всегда к вашим услугам.

Как только Кошко покинул кабинет, Радочкин собрал все документы и направился к начальнику. Дело требовало срочного решения, откладывать его в долгий ящик не следовало, тем более, начальник ещё находился у себя. После недолгих препирательств с адъютантом и выспрашивания им разрешения у начальника о принятии поручика во внеурочное время, Радочкин оказался в кабинете полковника.

— Это в самом деле так? — выслушав поручика, переспросил полковник.

— Да.

— Мне нужно лично это увидеть.

— Я отпустил уже Дегтярёва, он уехал в общежитие.

— Ничего страшного. Я выделю машину, на которой поедете за ним вы. Заберёте и отвезёте на одну из наших конспиративных квартир. Пусть поживёт там. Завтра я сам посмотрю его картину и приглашу на просмотр наших взрывотехников и оружейников. А дальше доложу по команде о полученных данных.

— Он учится и его исчезновение породит множество кривотолков в студенческой среде.

— Ничего, мы ему обеспечим алиби, в частности, он может упасть и повредить себе руку или ногу.

— Гм, Ваше Превосходительство, я предлагаю менее радикальный вариант: пригласить его на осмотр в нашу специальную лабораторию по исследованию дара. А пока пусть живёт, как и раньше. Или вообще, он может заболеть и находиться у себя в общежитии, никуда из него не выходя, пару дней. А мы за это время решим, что с ним делать дальше.

— Ну, что же, анархистам пока немного не до того, да они и не знают об этом Дегтярёве, а когда узнают, время и уйдёт. Хорошо, пусть пока как есть, но будьте готовы привезти его сегодня вечером или в любой другой день, по моему приказу.

— Есть!

— А алиби я ему обеспечу, заодно и обследуем, и укрепим парня с его даром, в общем-то, вы предлагаете хороший вариант.

— Спасибо, Ваше Превосходительство!

— Ждите, поручик, вас предупредят.

— Слушаюсь.

Утро не предвещало для меня ничего необычного, однако после окончания всех лекций меня опять вызвали на беседу по той же самой схеме. Подошёл комендант и предупредил, что меня ждёт в квартале отсюда знакомый поручик.

— Только не задерживайся, скорее собирайся. Обратно тебя привезут.