Чтение онлайн

— Да, император намекнул мне об этом.

— Ясно, тогда я отправлю помимо письма и телеграмму в их адрес, — более встревоженно сказала графиня.

— Хорошо, пусть так.

Супруга кивнула и, подхватив свой полупустой бокал двумя пальчиками, мигом осушила его. Граф кивнул, следя за манипуляциями супруги, и тут же доверху наполнил её бокал, вылив остатки вина из бутылки себе в фужер. У него получилось намного меньше, чем у супруги.

— Дорогой, ты что-то ещё приготовил для меня?

— Да, к сожалению, да, а может, и к счастью, не знаю.

— Тааак, — протянула графиня, пристально смотря на мужа, но так и не поняв, что он ей хочет сказать. — Я так думаю, что мне стоит выпить весь бокал?!

— Ну, не весь, но половину точно.

— Надеюсь, тебе не предложили новую должность?

— Нет.

— Поехать в действующую армию?

— Нет.

— Выдать Женевьеву за кого-то другого?

— В точку!

— Что??? — графиня уставилась на графа, но тот казался невозмутимым и, допив вино, отставил далеко в сторону свой бокал.

— Ещё вина, дорогая?

Графиня сдвинула брови и, допив своё вино, также отставила далеко в сторону бокал.

— Нет, хватит на сегодня, дома напьюсь. Закажи бутылку домой, будем поить дочь.

— Наталья, ты чего это удумала?

— А что, она уже взрослая девица, должна знать, как на неё оказывает действие вино, заодно и мы узнаем, как оно на неё действует, и заранее примем меры, а то, мало ли что.

— Гм, дорогая, ты меня пугаешь!

— А ты меня, своими недомолвками, может, ты перестанешь ходить вокруг да около и скажешь уже напрямую, что от нас хотят и какая судьба уготовлена нашей дочери?

— Я не знаю, какая судьба уготовлена нашей дочери, пока что эту самую судьбу решаем мы с тобой и немножко она, но в целом, да, пора уже сказать тебе, готова?

— Да!

Граф замолчал, делая вынужденную паузу, хотя графиня медленно кипела, ожидая его ответа, но он хотел, чтобы она за это время перебрала в уме множество различных вариантов, чтобы уж его ответ показался ей либо очевидным, либо наоборот, слишком фантастическим. Сам граф склонялся ко второй версии в понимании супруги, но уверенности сто процентной в том не имел.

— Император во всеуслышание объявил о том, что барон Дегтярёв настоящий герой, и он берёт его под своё личное покровительство, в связи с тем, что тот сирота, а оба его родителя погибли во славу империи, — на этом месте граф сделал паузу и выжидающе посмотрел на супругу.

— Так, и что?

— И предложил обратить на него внимание тем, у кого имеются дочери на выданье, чтобы ввести его в одну из старых аристократических семей.

— Вот как?! — выдохнула графиня, и её лицо приобрело розовый оттенок, когда она поняла всю суть ответа. — Пожалуй, не надо брать вино с собой, закажи его сейчас, достаточно по одному бокалу.

— Хорошо, ну и что ты думаешь?

Графиня думала долго, и на её губах блуждала странная улыбка, она не ответила до тех пор, пока не принесли бокал вина, и даже пригубив его, не собиралась отвечать. Теперь уже граф стал нервничать в ожидании ответа графини, чем она, скорее всего, и наслаждалась.

— Так что, долго ты собираешься меня пытать ответом, дорогая?

— Ты не торопился мне отвечать, Вова, и теперь моя очередь всё хорошенько обдумать.

— Мы можем этот вопрос отложить на потом, время терпит.

— Время никогда не стоит на месте, а император умеет следить за своими словами и тем, как их выполняют его чиновники. Поэтому я сегодня же отправлю телеграмму Юсуповым, как тебе уже сказала, что не останется незамеченным для людей, которые докладывают ему обо всём, а завтра, завтра мы поговорим с нашей дочерью и окончательно решим с ней вопрос. Я уже сама устала от этой неопределённости. Если она хочет учиться в академии, то должна выйти замуж, чтобы к ней никто не подходил и не дискредитировал её, если же нет, то учеба остаётся под вопросом, следить за ней каждый день, охранять её каждый день, контролировать каждый день тяжело и практически невозможно. Пусть этим занимается её муж, вот он, как раз, и окажется самым лучшим контролером и хранителем всех известных семейных ценностей, заодно и охранять её станет, а уж тот, кто и сам за себя постоять может, тот и Женевьеву в состоянии защитить, согласен?

Граф долго молчал, переваривая информацию, потом молча выпил залпом содержимое своего бокала и заказал официанту ещё, мимолётно пожалев, что не взял коньяк, но сейчас уже поздно, так как вино с коньяком плохо сочетается, а ему ещё завтра разговор предстоит важный и сложный, который откладывать на потом никак нельзя.

— То есть, ты предполагаешь, что император захотел, чтобы именно наша дочь вышла замуж за это выскочку-барона?

— Он не выскочка, дорогой, он просто счастливчик, вылезший из своей провинции ценой выдержки, упрямства, храбрости и беззаветной преданности империи.

— Последнее особенно пугает, — буркнул в ответ граф.

— Да, пугает, но пока он молод и не женат, он решает поступать именно так, а вот дальше, дальше зависит уже от его жены, окружения и нас.

— Гм, так ты хочешь выдать за него замуж Женевьеву?

— Не то, что хочу, но если император сказал об этом напрямую…

— Он не сказал об этом напрямую, — разозлился граф.

— А император и не должен такие вещи говорить напрямую, дорогой, он рассчитывает, что его вассалы умные и всё понимают с полунамёков.

— То есть, у нас нет другого выхода?

— Нет.

— Ты уверена в этом?

— Абсолютно!

— Ясно, — граф надолго замолчал. Графиня же заказала им по чашечке кофе с пирожными.

— А что скажет Женевьева?

— Вот завтра мы и узнаем.

— Завтра она идёт в академию.

— Да, но долго там не задержится, и мы успеем с ней поговорить до твоего отъезда.

— Хорошо, но не нанесет ли это урон нашей чести?

— Нет, ведь это приказ императора, точнее, просьба.

— Я понял, официант, счёт!

Женевьева готовилась к первому дню учёбы в академии. Родители сначала не хотели отпускать её в столицу после каникул, но, в конце концов, сошлись на мнении, что пусть проучится полгода, а дальше станет видно. Это породило много споров Женевьевы с родителями, но потом она смирилась. Отец обещал, что, перестав учиться, она займётся чем-то более серьёзным, например, выйдет замуж и обзаведется семьёй, чего Женевьеве решительно не хотелось. Она устроила скандал и только после этого родители уступили ей, дав возможность полгода подумать.