Чтение онлайн

Он кликнул мышкой еще раз, и из динамика донеслось шипение, похожее на звук отключенного от антенны телевизора, изредка прерываемое каким-то то нарастающим, то стихающим гулом. От этого шума у меня закружилась голова, и я на миг зажмурилась в попытке отогнать наваждение.

– Что это такое и зачем его сюда поместили, представления не имею, - пожал плечами Виталик.
– Но если поработаю над этим несколько часов, может, день, думаю, смогу понять, как оно работает, зачем оно нужно, а может, и кто его изготовил.

– Поработай, только осторожнее с ним, - кивнула я, не представляя, что можно сделать, кроме как довериться Виталику.

– Сейчас, - он поднялся, взял костыли, оперся на них.
– Бабушка что-то молчит. Обычно каждые десять минут зовет. Уснула, может, но могла и с кровати свалиться. Сейчас посмотрю.

Стуча по полу наконечниками костылей, он быстро прошел к двери в соседнюю комнату и скрылся за ней. Я сидела, смотрела в монитор на неизвестные мне программы.

Дура я все-таки, совсем дура. Наткнулась на какой-то сверхсекретный проект и показала его бывшему однокласснику-хулигану.

– Ирка, иди сюда, - приоткрыв дверь, сказал Виталик.
– Я не уверен, но мне кажется, она умерла.

От Виталика я вышла минут через пять. Бабушка действительно умерла, и её бездыханное, изборожденное глубокими морщинами старушечье лицо с широко открытым ртом и устремленным в потолок мёртвым взглядом все никак не уходило из моей памяти. От этого вида настроение было испорчено полностью. Захотелось взять чертов диск и зашвырнуть его куда подальше. Заболела голова, и захотелось курить. Не может это быть совпадением. Бабушка Виталика умерла тогда, когда он включил эту чертову музыку. Других вариантов здесь быть не могло. Пошло некое воздействие, и её пожилой организм не выдержал. А вот сам Виталик, похоже, был даже рад, когда я пощупала пульс старушки и констатировала, что она действительно мертва. Он пытался это скрыть, но все равно было видно, что он ждал её смерти, желая унаследовать квартиру.

Я смотрела, как к подъезду Виталика подъезжает скорая, из неё с носилками в руках выходят два фельдшера и женщина-доктор.

Эх, зря я сюда приехала.

Вообще все зря.

С каждой минутой, с каждой секундой я все больше раскаивалась в том, что решила пуститься в эту авантюру.

Виталик скопировал себе содержимое диска и обещал над ним поработать, а я все же решилась и пересказала ему все, что со мной было вчера и утром. Он смотрел на меня широко открытыми глазами. Я так и не смогла понять, верит он или считает, что мне пора к психиатру.

Что ж, может, и найдет что.

Я медленным шагом, еле волочась, дошла до своей 'Ауди'. Попавший в мой взор ларек еще больше навевал желание закурить. Может, все-таки сдаться и прекратить попытки бросить эту идиотскую привычку? Мне вспомнилась моя первая в жизни сигарета, которую мне предложил как раз Виталик, когда мы с ним прогуливали скучный урок математики.

Эх, Виталик-Виталик. Не предложи мне он тогда закурить - может, сейчас и не потребовалось бы бросать. Возможно, узнает о той программе да хоть как-то искупит свою вину?

Я села в машину, отыскала мячик, который закатился под сиденье, посильнее сжала его в руке.

Нет, не закурю. Не закурю.

Нельзя курить.

Раз решила бросить, то нужно довести до конца, несмотря на любые обстоятельства.

Я завела двигатель, пока он грелся, осмотрелась.

Небо медленно, но упорно покрывалось тучами, с каждой минутой оставляя над головой все меньше синевы. Похоже, собирался дождь. Легкий ветерок налетел на пожелтевшие березки, сорвал с них листья, поднял, закружил, заставил танцевать. Бабушки, усевшиеся на лавочке, наверное, почувствовав холод, направились к подъезду. Только коту, умостившемуся на песке посреди детской площадки, было все равно. Он поднял голову, зевнул, осмотрелся и снова улегся, ловя последние лучи уходящего тепла. Может, уже завтра нас ждет смена той осени, которую все так любят, все еще теплой, но не жаркой, на ту, в которую не хочется высовывать нос из-под одеяла - холода, заморозки, дождь, грязь и прочие прелести.

На капот моей машины уселась огромная, черная как уголь ворона и громко каркнула.

– Ну, чего тебе, птица?
– спросила я, словно она могла меня понять.

Отключив ручной тормоз, я начала выруливать со стоянки, и ворона, громко каркнув на прощание, взмыла в небеса.

Не мешало бы проведать Стаса, но, похоже, уже не сегодня. Я чувствовала себя уставшей и выжатой как лимон. Все, чего хотелось, - поскорее добраться до дома, принять душ и, обняв Буську, уснуть.

Домой, слава Богу, я добралась без приключений. Меня встретил привычный подъезд, который в сравнении с аналогом из хрущевки Виталика выглядел чуть ли не царскими хоромами. Лифт быстро доставил меня на нужный этаж. Сейчас лягу спать, и будь что будет. Может, слежка мне показалась? Но чувство вины за смерть бабушки Виталика с каждой минутой все больше глодало меня изнутри. Хотя откуда я могла знать, в конце-то концов, что её организм не выдержит? Что эта штука может быть еще и опасной в таком смысле?

– Ир, забыла что-то?
– голос Наташи заставил меня повернуться, как только я вышла из лифта.

Она выбрасывала пакет с мусором в мусоропровод и, закончив, посмотрела на меня.

– Привет еще раз, Наташ, - отозвалась я.
– Что значит 'забыла'?

– Ну, ты только что, пять минут назад, выходила из дома и вернулась...

– То есть - выходила пять минут назад? Меня не было несколько часов, - я недоуменно посмотрела на Наташу.

Моя параноидальная соседка на наркотики присела, что ли?

– Какие несколько часов?
– она смотрела на меня с выражением удивления.
– Вот только что. Ты же знаешь, что я всегда смотрю в глазок, когда шаги слышу. Не следит ли кто. Вот подошла, а там ты. Я вышла, поговорила с тобой минуту. Ты сказала, что срочно надо на работу. Только когда ты дверь закрывала, твоя Буська смотрела на тебя и шипела, словно перед ней была не хозяйка, а собака. Ты пьяная, что ли?

– Наташ, давай ты мне сюжет своей новой книги расскажешь позже. Я страшно устала и все, что хочу, - это спать.

– Но ведь ты в самом деле только что выходила, - бормотала она.

Говорила мне Наташа, что какое-то успокаивающее зелье пьет, а я помню, как два года назад задержали одного деда, который на рынке травами торговал, а вместе с ними продавал собственноручно выращенные опиаты. Вот, может, нарвалась на подобного наркоторговца, а тот перепутал да всучил ей наркотик. Надо будет взять у неё этой травы да отнести в нашу лабораторию на анализ. Вдруг еще один подобный завелся.

Я открыла дверь, вошла в квартиру, Буська, мяукнув, бросилась мне под ноги.

– Сейчас, счастье мое, дам тебе пожрать.

Склонилась к кошке, погладила её.

Солнце, выглянувшее из-за туч, заглянуло в окно, озарив коридор ярким желтоватым светом.

И тут я увидела нечто, заставившее мои глаза полезть на лоб.

След! Да, похоже на то.

Он был еле заметен, но, склонившись, я смогла его рассмотреть.

След от кроссовки.

Явно не мой и не Наташин. Обувь, оставившая отпечаток в моем коридоре, была кроссовкой сорок второго - сорок третьего размера. Мужской или, что менее вероятно, довольно крупной женщины.