Чтение онлайн

Я сморщилась, а дыхание на миг замерло. Захотелось зафиксировать этот момент, остановить время... Ладно, страшна не сама боль, а её ожидание.

– Коли, - вздохнула я.

– Давай руку.

Он вынул из кармана металлический шприц, нащупал мою вену.

Ай!

Я почувствовала, как игла входит под кожу, по телу пробежал холодок.

– Преобразование начнется через две-три минуты. Держись, - сказал Стас, поцеловал меня в щеку и направился к двери.

– Ты куда?
– спросила я.

– Не хочу на это смотреть, - ответил он и скрылся за дверью.

Это и неудивительно. Представляю, как я буду выглядеть в этот момент... Аж самой стало противно.

Я присела на краешек кровати, посмотрела на себя в зеркало, мысленно прощаясь со своей внешностью. Что же, до встречи, Ирина Петрова.

Спустя какую-то минуту я почувствовала, как всё тело обдает жаром. Дыхание участилось, стало отрывистым, начало подташнивать. Жар резко сменился холодом, пальцы задрожали, перестали чувствоваться, а потом снова вернулся жар - резко и моментально, словно меня окунули в котел с кипятком.

Я закричала. И скорее даже не от боли, а оттого, что пальцы на моих руках покраснели, приобретя цвет крови. Мир перед глазами поплыл, покрылся маревом, по телу пошли мелкие судороги.

Меня стошнило чем-то кроваво-красным. Я подалась вперед, упала на пол в собственную рвоту, показалось, что на меня положили тяжелейший груз и он вот-вот раздавит меня в лепешку. Каждый орган внутри, каждая клеточка тела словно сжималась, а потом разлеталась на части. Глаза словно увеличились как минимум втрое, стали твёрдыми, как металл, было ощущение, что они вот-вот вылезут из орбит и запрыгают по комнате.

Тела я больше не чувствовала, вместо него была лишь нарастающая с каждой секундой боль. В ушах что-то шумело, заглушая мой крик, трещало, и на миг мне показалось, что это ломаются мои кости.

Снова стало адски холодно, словно в каждую клеточку кожи проникали морозные иглы. Холодно! Боже, как холодно! Мне еще никогда в жизни не было настолько холодно! Меня трясло, казалось, что тело замерзает, покрывается ледяной коркой, становится твердым как камень. Я не могла повернуться, ни моргнуть, ни даже пошевелить пальцем. Неистовый мороз пожирал меня, заставляя сердце и дыхание остановиться.

Не знаю, сколько прошло времени, но мне показалось, что целая вечность.

А потом холод начал затихать. С каждой минутой в мое тело проникало согревающее изнутри тепло. Я услышала биение своего сердца, почувствовала дыхание, смогла пошевелить пальцем руки. Приоткрыла глаза - перед взглядом все еще была мгла, а голова резко закружилась. Меня словно раскручивали на огромной карусели. Казалось, что воздуха становится все меньше, что каждый мой жадный вдох может стать последним.

Во рту пересохло, язык прилип к нёбу, больше всего хотелось пить. Но даже если бы вода была в метре от меня - вряд ли удалось бы до неё дотянуться. Я начала слышать. Шум проникающего в комнату ветра, пение птиц, чей-то голос. Кажется, говорил Стас.

Я почувствовала касание к лицу чего-то тёплого, мою голову приподняли, что-то прикоснулось к моим губам.

Вода!

Она показалась кипятком, но я жадно пила глоток за глотком.

– Еще, - прошептала я.

Глотнула еще несколько раз, и туман перед глазами рассеялся. Я увидела нависшее надо мной лицо Стаса, попыталась опереться на руку, подняться, но рука скользнула по слизкому полу. Кажется, я лежала в какой-то красно-бурой жиже.

Я почувствовала, как взлетаю.

Нет, не взлетаю. Стас поднял меня с пола и аккуратно переложил на кровать. По телу все еще проходила мелкая дрожь, но с каждой секундой становилось всё легче. Силы возвращались.

Что-то укололо в руку.

– Это поможет восстановить силы, - сказал Стас. Голос его показался растянутым, словно доносился из древнего магнитофона, в котором зажевало плёнку. Я почувствовала, как меня укрывают одеялом. Снова затошнило, но я смогла сдержать рвотные позывы.

Кажется, потихоньку прихожу в норму.

Я приподнялась, оперлась на подушку. Посмотрела на Стаса, сидевшего рядом, потом на Джованни, меряющего шагами комнату и хитро поглядывающего в мою сторону.

Черт!

Только сейчас заметила, что ночнушка, в которой я была одета, изодрана в клочья. Инстинктивно я прикрылась одеялом и сморщилась от стыда, а Джованни что-то хмыкнул про себя. Кому-кому, а ему точно не хотелось показываться в голом виде. Это что, я сама её так разодрала?

– Как ты?
– поинтересовался Стас.

– В голове немного гудит, а так ничего, - ответила я и поняла, что мой голос стал другим. Ниже и немного хрипловатым, как у заядлой курильщицы. Это было непривычно и даже противно - говорить чужим, и близко не похожим на мой, голосом. То ли просто запершило в горле, то ли от осознания, что мой голос больше не является моим.

– По-моему, вышло нормально, - посмотрев на меня с видом знатока, сказал Джованни.
– Нам нужно спешить, одевайся, красься, что там тебе еще нужно.

Я молча показала технику средний палец и удивилась сама себе еще больше. Никогда никому я не демонстрировала подобных жестов. Не то, чтобы я была святошей, могла и прикрикнуть, и заматериться, если до того доходило дело, но вот демонстрация среднего пальца в мой набор жестов не входила никогда.

А потом я поняла, что рука тоже другая. Другая форма пальцев, более ухоженная и гладкая кожа, родинка на запястье. Только сейчас до меня дошло посмотреть в зеркало. Нет, это была не я! Кто-то иной, совсем не похожий на меня. Конечно же, я ожидала чего-то подобного, но созерцание в зеркале чужого лица заставило на миг затаить дыхание.

Лицо смотрело на меня так, будто видело призрака. Оно приоткрыло рот, а его глаза напоминали два выпученных круглых шара.

– Пусть привыкнет, успеем, - услышала я голос Стаса, но не смогла оторваться от созерцания своего нового облика. Моя рука сама потянулась к лицу, медленно ощупала его, словно убеждаясь, что все это на самом деле. Оно оказалось на удивление гладким, и это ощущение мне даже нравилось. Исчез даже мой небольшой шрамик под подбородком, заработанный еще в детские годы.

– Ладно, - сказал Стас.
– На себя налюбоваться еще успеешь, но нам нужно поспешить.

– Конечно, - пробормотала я, найдя в себе силы оторваться от зеркала. Эти мои жесты...

– Все нормально, - усмехнулся он.
– Это не навсегда. Просто в твое подсознание запрограммированы манеры, походка, жесты и прочие вещи, которые человек делает не задумываясь. Учить все это самостоятельно - уйдет куча времени, сил, да и не факт, что получится. Когда все кончится, можно будет это убрать обычным звукокодом.