Чтение онлайн

— Смирнова! — брюзгливо возмутился Иванов, — ты разве не видишь, что здесь занято?

— С чего это занято? Ещё два места за столом свободны!

— Здесь мы с Лидией Степановной обедаем.

— Ну так обедайте! Я вам не мешаю.

— Мешаешь…

— Ой, товарищ Иванов, перестаньте. Мне нужно с Лидой… эмм.. Степановной поговорить, а она весь день занята. Только и можно в столовой поймать.

— Мне тоже нужно поговорить с товарищем Горшковой.

— Так говорите!

— Без лишних ушей!

— А что это за секреты такие?!

— Производственные!

— Производственные секреты в столовой не обсуждаются! — парировала Зоя и ехидно добавила, зачерпнув ложечкой морковное суфле, — а вот шуры-муры на работе крутить не положено! Если хотите, товарищ Иванов, мы можем на общем собрании этот вопрос обсудить!

— Вы сейчас нарываетесь, товарищ Смирнова.

— Почему это я нарываюсь, а, товарищ Иванов? Вы же любите все свои личные проблемы на общее собрание выносить! Помнится после Олимпиады…

— Товарищ Смирнова! — взвизгнул Эдичка, да так, что в столовой стало тихо и все начали оглядываться в нашу сторону.

— Потише, товарищ Иванов, — стервозным голосом парировала Зоя. — А то сейчас опять все сюда набегут и будет, как в Ленинской комнате.

Не удержавшись, я фыркнула. Эдичка побагровел, встал, молча собрал свои тарелки на поднос и перешел за другой столик.

— Спасибо, — от души поблагодарила я.

— Всегда пожалуйста! — ухмыльнулась Зоя. — Я увидела, как этот стервятник тебя обрабатывает и решила помочь подруге. Надеюсь, я не ошиблась?

— Ох, Зоя, если бы ты только знала, как сейчас выручила меня, — просияла улыбкой я.

— Для того и существуют подруги, — резюмировала Зоя и далее разговор переключился на её предстоящий отдых в Алуште.

Домой, в Малинки я добралась рано. Практически сразу после работы. Мне повезло, Роговы спешили — сегодня Зинаида Ксенофонтовна как раз затеяла подвязывать помидоры и велела им не задерживаться.

Повозившись по домашним делам, я сидела в беседке в темнеющем саду и отдыхала. За огородами, у пруда, засыпая, шумел лес. Светка давно спала. Римма Марковна хлопотала в доме — она затеяла какое-то невиданное мясо и сейчас занималась маринадом. Завтра к нам должны была прийти Нора Георгиевна и Роговы на ужин, и Римма Марковна хотела поразить всех своими кулинарными талантами.

Я сидела в тишине, если не считать того, что ветер шумел в кронах деревьев, и наслаждалась покоем. Как-то так получается, что нечасто мне выпадают такие вот упоительные минуты затишья.

Неожиданно скрипнула калитка и тишину нарушил мужской голос:

— Добрый вечер, Лидия Степановна.

Передо мной стоял Будяк.

— Был добрый, — проворчала я недовольно, — а вы разве не уехали, Пётр Иванович?

— Нет, я снял на выходные домик неподалёку. Решил отдохнуть тут, порыбачить. Хорошо у вас, в Малинках, покойно.

— Ну так отдыхайте, — скривилась я, — сюда вы зачем так поздно пришли? Света уже давно спит.

— А я к вам пришёл, Лидия Степановна.

Ну вот, ещё один дурак на мою голову.

— Зря пришли, — неприветливо ответила я, — я сейчас тоже спать пойду.

— Да вот увидеть вас почему-то захотелось, Лидия Степановна…

— Не знаю, что вы можете разглядеть в таких сумерках. А я сейчас ухожу спать.

— Побудьте еще немного, — попросил он. — Давайте поговорим.

— Мне завтра на работу рано вставать, — отрезала я, — электричка в пять утра.

— Всего пару минут, — как-то просительно сказал он и сел напротив в беседке. — Погода-то какая нынче, а?

Я промолчала. Он меня бесил.

Будяк сорвал лист мяты и растер между пальцами:

— Чувствуете, какой запах?

Я опять промолчала. От пальцев Петра Ивановича шел густой ментоловый дух, соперничая с запахами ночи — пахло тучной землёй и пряным черносмородиновым вином — за день солнце нагревало ягоды смородины так, что они аж млели, источая ароматы.

— Почему вы так нелюбезны, Лидия Степановна? — сделал очередной заход Будяк. — Мне кажется, наше знакомство неправильно состоялось, и вы сердитесь.

Я продолжала молчать.

— А давайте заново перезнакомимся? — внезапно предложил он. — Расскажите о себе. Вы давно без мужа?

Ответить я не успела — внезапно, от огорода послышался крик:

— Тётя Лида! Тётя Лида!

К нам по меже со стороны озера со всех ног несся мальчишка и отчаянно кричал.

Я присмотрелась — соседский Пашка, который приезжал к бабушке на каникулы.

— Тётя Лида! — опять закричал он, задыхаясь и размазывая слёзы, — там ваша Светка утонула!

— Что?! — закричали мы с Будяком одновременно.

— На озере! — орал Пашка, — купаться полезла и за корягу зацепилась. Утонула!

— Но она же в доме спит… — пролепетала я.

— Да нет! Она через окно вылезла, и мы купаться пошли. А она утонула! — разрыдался Пашка.

Мы с Будяком подорвались и понеслись к озеру. Пашка бежал сзади и поскуливал от страха. Моё сердце, казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Нет! Только не это! Я не могу её потерять!

Будяк бежал быстро, ломился прямиком через заросли. Я, как могла, поспевала за ним.

На берегу заросшего лесного пруда сгрудилось несколько мальчишек, один из них ходил по берегу и тыкал в воду палкой. Все шумели. Кто-то громко плакал.

— Где?! — прорычал Будяк.

— Там! — разноголосым хором закричали мальчишки показывая куда-то в центр пальцами.

Будяк, не раздеваясь прыгнул в воду, мощными гребками выплыл на середину и нырнул.

Секунды, казалось, замерли. Отсчёт шёл со стуком моего сердца.

Через миг он вынырнул, с шумом отплёвываясь, громко вдохнув воздух — опять нырнул.

Я зажала себе руками рот, чтобы не заорать. Слёзы текли ручьями.

Вот он опять вынырнул. Ничего.

В моих глазах потемнело и я вырубилась.

— Ну что же вы такая, прямо кисейная барышня, — послышался ворчливый голос Будяка и он легонько похлопал меня по щекам. — Просыпайтесь уже. Всё давно закончилось.

— С-Светка… — мои зубы застучали.

— Зачем вам Светка, когда рядом есть я?