Чтение онлайн

Мне и правда удаётся справиться с паникой. Дыхание выравнивается. Прихожу в себя и осторожно отстраняюсь.

— Мне лучше, — выдыхаю я.

— Как ты? Как ты себя чувствуешь? — в его глазах я читаю неподдельное беспокойство. — Что-то болит?

— Нет... Хотя нога немного.

— Скоро придёт врач. Побудь здесь. Я к тебе кого-нибудь пришлю.

Каримов быстро выходит, оставляя меня одну.

Давно я не видела этого кошмара. Видимо, моё состояние и стресс спровоцировали возврат в прошлое...

— Мама... Моя мама. Прости. Я не смогла. Прости за то, что тебя нет, а я... я не с тобой.

Обессиленная, я укладываюсь на кровать. Что мне кто-то может сделать хуже того, что уже сделал отец? Нет. Хуже быть не может. Больнее — просто не бывает.

После осмотра и назначений врача мне стало значительно лучше. Я даже смогла выпить бульон и принять душ. Но быть и дальше здесь «гостьей» уже странно.

Каримов меня так и не навестил. Телефона нет... Мне явно пора возвращаться к обычной жизни от этих американских горок...

Сессия. Нужно готовиться, да ещё и решить вопрос с жильём. Собираю всю волю в кулак и спускаюсь вниз в надежде встретить Каримова и, поблагодарив за столь странное гостеприимство, отправиться восвояси.

На первом этаже тишина и никого нет. В столовой пусто. Заглядываю в кабинет и вижу картину...

Каримов стоит спиной к двери. Он жёстко отчитывает кого-то по телефону.

— Ну, что ты за мудак-то такой? Я тебе что говорил ещё четыре года назад, помнишь? Я выполнил свою часть договора, теперь твоя очередь... Это твои проблемы, что ты два раза дочь продал! С Васильевыми разбирайся сам... Его сосунку я и так уже жизнь подпортил. Тебе разгребать остальное... Всё! Нехуй трепаться, это первый и последний раз, когда я тебе звоню. Лиза моя по договору, и клал я на тебя и другие твои обещания!

Каримов с грохотом бросает телефон на стол, и его слух привлекает какой-то шелест за спиной. Там стою я. Чуть оперевшись на косяк двери, глаза устремила прямо на него.

— И ты тоже с ним заодно?.. — мой голос слегка дрожит. Я отвожу взгляд. — И Васильев тоже, я правильно расслышала? Я вам как овца на заклание? Что значит «купил»?

— Лиза... — Каримов прикрывает глаза. — Что ты здесь делаешь?

— Это единственное, что тебя сейчас волнует? Правда?

— Лиза, это не то, что ты подумала.

— Отец меня продал тебе? Продал?

Каримов явно начинает злиться...

— Не продал, скорее с выгодой для себя перепоручил...

— Чего я ему стоила? Что ты ему дал?

— Лиза... Это не имеет никакого значения...

— Сколько?

— Пятьсот миллионов евро. Но это к тебе не имеет отношения. Это мои с ним дела...

Хочется всех послать к чертям и просто уйти... Именно отец стал причиной того, что моей мамы больше нет с нами. А мою сестру он откровенно продал. Я, как оказалось, четыре года жила в иллюзиях свободы, но всё это, как карточный домик, сложилось в один миг. Но иллюзии всегда разбиваются стёклами внутрь, и я чувствую, что всё то, что я эти годы заметала под ковёр, начинает не просто мешать мне уверенно стоять на ногах, а превращается в зыбучий песок, который засасывает меня, давит, не даёт дышать...

— Купил. Значит, можешь... пользоваться...

Опускаю плечи, склоняю голову, покорно сажусь на пол, на колени.

— Лиза, что ты творишь...

Каримов подлетает. Пытается меня поднять. Я подчиняюсь, но ноги не держат. Он подхватывает меня.

— Лиза, посмотри на меня.

Смотрю.

Но вижу перед собой только образ своего отца, его ухмылку; в сознании только его оглушающие слова: «Ты будешь делать то, что я скажу. Ты будешь говорить только то, что я скажу. Если не хочешь сгореть заживо, как твоя мать...»

Задыхаюсь. В глазах темнеет.

Лиза

Открываю глаза и...

— Где я?

Я в каком-то тёмном подвале. На жёсткой кровати. Окно есть, но оно закрыто решётками. В помещении больше нет ничего и никого. Зову, но никто не откликается. Полная тишина.

По коридору слышатся приближающиеся шаги. Открывается дверь.

— Отец?

— Вставай.

— Что это за место?

— Я что тебе говорил?.. Ты будешь делать то, что я скажу. Ты будешь говорить только то, что я скажу. Молчи и иди за мной.

Как под гипнозом, я поднимаюсь и следую за ним. Мы поднимаемся по лестнице и проходим в какую-то комнату. Он указывает мне на стул, который стоит у зеркальной стены.

— Сиди здесь.

Я сажусь. Он выходит, и я слышу щелчок замка.

Смотрю в зеркало. На меня из него глядит странное существо. Это я — и не я. На мне только длинная белая футболка. Голые ноги. Чуть растрёпанные волосы. Огромные глаза... Как у мамы тогда...

В голове пусто, только его слова звучат как приговор: «Ты будешь делать только то, что я скажу...»

Я потеряла счёт времени.

Дверь снова открывается. Но мне всё равно. У меня нет ни желания, ни сил посмотреть, кто там. Мне плевать. Кто-то заставляет встать. Притягивает к себе...

— Лиза. Идём. Нет времени объяснять.

В сознании что-то отзывается. Это Каримов.

— Не могу. Отец велел сидеть здесь.

— Лиза, всё закончилось. Идём!

— Я должна здесь сидеть.

Каримов трясёт меня за плечи:

— Лиза, приди в себя! Я тебя забираю. Мы уходим.

Он берёт меня на руки и выносит из комнаты, по коридорам — на улицу. Усаживает в машину. Сам садится за руль, и автомобиль срывается с места.

Ощущаю тепло, но мысли путаются. Не могу разобраться в том, что реально, а что нет... Трогаю свои ноги, плечи, руки, лицо... Начинаю осознавать, что вижу деревья за окном. Ловлю на себе взгляд Каримова. Он периодически отрывается от дороги и с опаской смотрит на меня.

Я отвожу взгляд. Пытаюсь сосредоточиться на ощущениях и прийти в себя. Закрываю глаза. Проговариваю вслух:

— Мне тепло. Я слышу приглушённый шум колёс. Я слышу своё дыхание. Мои руки расслаблены. Мои плечи расслаблены. Я дышу. Моё дыхание ровное. Мне спокойно. Я жива...