Чтение онлайн

— Представляете, госпожа Шульц, — произнес идущий рядом с ней, Сампари, — какая сейчас температура на поверхности?

— Чуть ниже двухсот пятидесяти по Фаренгейту.

— Вот именно. А мы с вами идем и даже не чувствуем этого. Вода давно закипела бы при такой температуре.

— Технические возможности наших скафандров позволяют выдержать гораздо больший интервал температур, нежели чем на Луне.

— Оно и понятно, технические возможности стали огромными, и тем не менее от всего невозможно защититься.

— Это вы относительно гибели Гроссмана?

— Да. Костюм выдерживает температуры, а спасовал перед острым камнем. Выходит, что не все во власти человека.

— Разумеется. Поэтому и существуют различные типы скафандров. Мы одеты в облегченные, которые удобны для различных наземных работ, хорошо держат температуру, но уязвимы от повреждений острыми предметами.

— Кстати, госпожа Шульц, а тело Гроссмана не испортится на таком солнцепеке? Может быть, следовало его обратно в вездеход положить?

— Я включила систему поддержания температуры внутри, так что….

— А то представляете, бац и превратится в мумию, — неожиданно выпалил Плахов.

— Во всяком случае, если систему выключить, то могут произойти необратимые изменения…

— По которым экспертиза вряд ли сумеет установить достоверные причины смерти, — завершил фразу Курманен.

— А что, верно. Может нам и впрямь, лучше выключить систему жизнеобеспечения. Покойнику она в принципе не так уж и нужна? — снова встрял в разговор Плахов.

— Не понимаю, господа, к чему вы клоните?

— Как к чему. Шеф, посудите сами. По возвращении на базу расследования гибели Гроссмана все равно не избежать, а исследование трупа может навести на кое какие рассуждения.

— Какие например?

— Госпожа Шульц, вы ведь кажется биохимик? Может быть, подскажете нам, анализ трупа покажет время смерти или нет?

— Безусловно, с точностью плюс, минус три часа.

— Вот, о чем я и говорил.

Все остановились. Курманен посмотрел на оторопевшего Сампари, и произнес:

— Плахов прав. Сообщив в центр, что у нас все в порядке, мы сами поставили себя в положение, когда следует выбирать, либо придерживаться прежней гипотезы смерти, либо…

— Вот-вот, либо действовать так, чтобы наши показания совпали с экспертизой погибшего, — добавил Плахов.

— Черт возьми. Что же вы сразу не сказали об этом? — и он повернулся в сторону Луни.

— Меня никто не спрашивал.

— Спрашивал, не спрашивал. Мы все теперь, как говорится ногами увязли в этом дерьме, а стало быть, и думать надо сообща, как из него выбираться. Какие будут предложения?

— Если вы хотите скрыть истинное время смерти, необходимо отключить систему жизнеобеспечения внутри скафандра, но….

— Что но?

— Это может не дать ожидаемого эффекта.

— Почему?

— Если провести полный химический анализ, то можно определить время мумификации, и тогда не избежать вопросов.

— Выходит, мы в капкане. И какой выход из создавшегося положения?

— Не знаю, — решительно ответила Луни. Хотя вывод напрашивался сам собой. Впрочем, Курманен тут же ответил вместо неё:

— Раз нет выхода. Стало быть, и тело Гроссмана не стоит везти обратно.

— Хорошо сказано. И куда прикажете его деть? Может сказать, что его в скважину затянуло?

— Не знаю, может и в скважину, — сердито пробурчал Курманен. Вон, спросите об этом Вильямса. Он мастак придумывать всякие трюки, как отправлять людей на тот свет.

Луни напряглась, словно почувствовала, что настал момент, когда возникает угроза конфликта и все зависит от того, в каком направлении он продолжит свое развитие.

— А что, вполне возможно, что мысли высказанные Плаховым ночью имеют под собой вполне реальную почву, а значит, надо попытаться проверить его гипотезу.

Луни посмотрели на мужчин и неожиданно произнесла:

— У меня есть одна мысль, только не знаю, согласитесь ли вы со мной.

— Посмотрите, — Луни достала компьютер, и на экране высветился план местности, — Вчера, когда мы запустили спутник, он вначале сделал круговой облет местности, и я заметила, что в шести километрах от нас начинается кратер.

— Совершенно верно, только я не понимаю, к чему вы клоните?

— Видите ли, господин Сампари, — Луни никак не могла привыкнуть называть его шефом, и поэтому все время обращалась по имени, — Гроссман был горным инженером, вот я и подумала, что он мог проявить любопытство и предложить посмотреть на кратер вблизи.

— И что?

— Как что, он там случайно мог упасть с обрыва.

— Да, но откуда мы знаем, есть там крутые склоны или нет? К тому же, может возникнуть вопрос, почему мы не смогли достать его тело и привезти?

— Резонное замечание, поэтому есть смысл съездить и посмотреть. На мой взгляд, это единственный вариант оставить тело, а стало быть все вещественные доказательства на Луне.

— Шеф, мне кажется, Марта предложила гениальную идею — возбужденно произнес Плахов.

— Не знаю насчет гениальности, но возможно и впрямь об этом стоит подумать. А что вы скажете об этом, Курманен?

— Я не очень хорошо знаком с особенностями кратера, но допускаю возможность, что там вполне можно сломать себе шею при падении. Так что не мешало бы взглянуть.

— Уговорили. Сегодня бурим две скважины, а завтра с утра отправляемся к кратеру.

— А зачем откладывать на завтра? Все равно буровую еще не развернули. Предлагаю съездить прямо сейчас, и решить все проблемы. Как говориться решим проблему, и работать будет легче.

— Плахов дело говорит, — пробурчал Курманен, — у меня все мысли крутятся вокруг этой проблемы. Решим, и спокойно займемся работой.

— Хорошо, согласен. Вильямс, вы на связи?

— Слушаю шеф, я на месте, где вы там застряли?