Чтение онлайн

— Это потрясающе! — Внезапно девушка схватила его ладонь. — Как вы могли получить столь чистый препарат? Магия? Я хотела бы взглянуть на вашу лабораторию!

— Ну … эээ …

— Всему своё время. — Ввернул лорд Эграмон. — Этот препарат действительно настолько эффективен?

— Пока нет, но будет. С моей магией и оборудованием досточтимого доктора мы выделим чистое вещество. А затем… я покажу кое-что ещё.

— Эликсир Нелли. — Улыбнулся Фиорий.

Ком в горле мешал Палавану говорить. С одной стороны эта девчушка сейчас перечёркивала годы его работы, а с другой была первой, кто оценил его достижения по достоинству. Единственной! Из-за страха быть осмеянными, у него даже не было учеников. И ещё её сила, о которой ему рассказывали. Он должен был убедиться. Отстранившись и достав небольшой ножик, Палаван сделал надрез на своей ладони.

— Вы можете это исцелить?

— Ой, ну зачем? — Сетара накрыла его ладонь своею, её глаза снова сверкнули золотом.

Доктор Палаван не смог сдержать вскрика, глядя на зажившую в мгновении ока ладонь. Одно дело слышать о таком, а другое — увидеть собственными глазами.

Задав ещё пару тройку вопросов по медицине он окончательно всё понял. Знания, не уступающие его собственным, сила превосходящая воображение. Не смотря на похвалу героини, Палаван чувствовал себя униженным и разбитым.

— Не надо так расстраиваться. — Вдруг заявила улыбающаяся Сетара. — Я узнала всё это из книг, вы же нашли сами. Вряд ли я смогла бы повторить ваш путь.

— Хорошо, мы обязательно посетим лабораторию доктора. Однако сейчас начинается церемониальный спектакль в честь моего отца. Я должен быть там.

Поднявшись, лорд Эграмон устремился к сцене и быстро занял центральное кресло, похожее на трон. В это время на к нему вышли две девушки и мужчина в маске демона.

— Какого?

Палаван с удивлением услышал, как Сетара в гневе сжала челюсти.

— Что всё это значит?!

— Да, так выглядит прощальный ритуал. — Заговорил севший на место Эграмона жрец Фиорий. — Суть этого обычая состоит в том, что две девственницы как бы жертвуют свою девственность демону, чтобы тот в награду сопроводил душу умершего. Сейчас Эграмон символизирует собой душу своего отца.

— И что?… Они собираются… прямо тут?! Какая мерзость!

Палаван с удивлением увидел, как Сетара закрыла своей малолетней любовнице глаза. Хм, может всё-таки это её дочь, а героине просто значительно больше лет, чем он думает? Это хоть как-то объясняло бы такой объём знаний.

Внезапно лорд Эграмон встал и махнул рукой, как бы приглашая Сетару подойти и принять участие в торжестве. Удивительно, как этот ловелас сохранял самообладание в такой близости от источника?

— Фиола, солнышко, досчитай до двадцати, и всё закончится. — Участливо произнесла героиня. В её бархатном голосе слышались несвойственные нотки ярости.

— Нет, не надо, он не понимает, что говорит! — Вдруг в панике закричал Фиорий, ненадолго ухватив за руку поднимающуюся Сетару.

— Он прав, не ходите туда! — Палаван понял, что ситуацию нужно спасать. Куда она собралась, героиня что, не в курсе?! Демон уже там! На сцене начиналась оргия.

Быстрой походкой Сетара выдвинулась в направлении действа. Ну вот, сейчас участников станет четверо, а то и пятеро. Даже с такого расстояния и при своём возрасте доктор Палаван чувствовал как будто ему двадцать лет. Что творилось в зале и говорить не стоит. Ну вот, как он и думал. Врач заметил, как на полпути Сетара как будто бы споткнулась и лишь стоящая рядом колонна не позволила ей упасть. На таком расстоянии у неё не было и шанса.

— Какого хрена?!

Фиорий вскочил на ноги одновременно с Палаваном. Вокруг героини замерцали белые искры. Резко восстановив равновесие, Сетара ещё быстрее направилась к помосту. Её шаг был твёрдым, она не попала под действие демонической ауры. Две девушки протянули к ней свои руки, приглашая на сцену. В последний момент Сетара также подняла свою руку, между её пальцев засверкали белые молнии, а затем вся рука как будто обратилась в какую-то световую длань. Палаван в шоке наблюдал как глаза девушек, ослеплённые похотью, сначала стали удивлёнными, а затем в них отразился ужас. Ухмылку Эграмона перекосило.

— Убили!!! — Внезапный крик разрезал томную атмосферу торжества.

Резко потеряв сознание, две девушки повалились на пол. Сетара, как будто не понимая где находится, ошарашенно оглядывалась по сторонам. Молнии и белые искры исчезли, как и воздействие демонической ауры.

— Убили, благородного убили! В винном погребе! — Кричал какой-то слуга, выбежав в центр зала.

Доктор Палаван уже ничего не понимал. Но, по сути, случившийся инцидент спас ситуацию. Её сила явно могла напрямую ударить в демона. Если бы это случилось … Шумно дыша, он сел обратно в кресло. На что ещё способна сила этой героини? Само её присутствие создавало угрозу миропорядку Теократии. Что ещё она натворит?

***

Тяжело дыша, Кималь тихо сидел в помещении кухни. Его руки тряслись от осознания произошедшего, скованный запретами разум до сих пор отказывался верить в то, что это всё наяву, а не в кратких счастливых моментах сна. Сейчас он вспоминал тот день, когда чёрные паруса Теократии показались на горизонте, как страшные люди в жутких костяных доспехах напали на его деревню. Защитники полегли сразу, а что мог сделать он, ученик шамана? Больных и немощных убили сразу, а оставшиеся были угнаны в рабство. Но это было только начало. С помощью своей чёрной магии, дарованной крейстарианцам их жуткими богами, поработители заклеймили всех захваченных колдовскими рабскими печатями, чудовищным продуктом чёрной магии. Как только подобная метка окажется на ком-то, то надежды уже не было. Чёрная зараза въедалась в саму душу своей жертвы, проникая в самые потаённые мысли и желания. Более ты не мог ослушаться своего господина, соврать ему или даже в мыслях высказать неповиновение. Наказание было стремительным. В башне новообращённых не смолкали крики, так печать ломала своих носителей. Свести её, вырезать вместе с кожей, отрубить руку — всё было бесполезно. Клеймо наказывало даже за мысли о подобном, кроме того, как говорили хозяева, если даже избавиться от конечности, то печать автоматически перейдёт на другое место. Надежды не было … до сего дня.

Убедившись, что все ушли, а еда мерно скворчит в печи и на каменных плитах, Кималь засучил рукав рубашки. Чёрный колдовской рисунок практически полностью распался. Та светлая госпожа, почётная гостья из далёких земель, коснулась его своей целительной силой в ходе обратного пути из Империи. Будь благословен тот час, когда он, опасаясь наказания, решил понести её сумку. После неудачного ранения он почувствовал, как мягкое тепло обволокло ладонь. Но в той силе таилось и что-то иное, простое целительство не могло оказать такого влияния. Какая-то куда как более воинственная магия с остервенением набросилась на сокрытую в клейме тьму. И потом… он впервые солгал своим хозяевам. Он был свободен, восхитительно свободен. Знала ли эта Сетара, что сделала, или это вышло у неё случайно? Знал ли враг, кого он пригласил в свои земли?

Кемаль улыбнулся. В силе этого страшного клейма таилась и его величайшая слабость. Поработители настолько привыкли к её безупречности, что тем самым полностью развязали ему руки. Он пришёл к своим же соплеменникам на кухню и спокойно соврал, что его отправили им помогать. Ага, с корабля на бал. Но кто же не поверит безвольному рабу? Да и кто захочет в здравом уме идти работать на кухню? Особенно в канун запланированного мероприятия по случаю приема дорогих гостей. Всех рабов держали впроголодь. Усиленно же тошнотворной бурдой кормили лишь тех, кто был занят на тяжёлой изнуряющей работе.

От запаха готовящихся яств кружилась голова. Они были столь близки и столь же далеки одновременно. Клеймо не позволило бы пригубить даже капельку, вызвав бы нестерпимую боль, а затем спазм мышц. Но только не у него … уже нет.

Кималь встал и аккуратно достал из кармана шершавый свёрток, а затем подошёл к самому большому чану со знаменитым острым супом ста инцидентов. В голове стоял крик его больной жены, когда теократ пронзил её копьём, крик его сына, мучающегося от раздирающей его боли от клейма. Кималь развернул свёрток. Достать яд не составило никаких проблем, дверь на склад даже не заперли. Мужчина поднёс содержимое свёртка к открытому чану. Вы все будете жрать это, ублюдки, потчевать этим ваших дражайших гостей. Гостей?! В последнюю секунду Кемаль с ужасом отдёрнул свёрток. Что он творит, как он позволил эмоциям взять над ним верх?! Эти две девушки и есть те самые гостьи. Поступив так, он убьёт и их. А что потом? Пустится в бега? Один? А что будет с Баркой, его сыном? А со всеми его соплеменниками? Никто кроме той целительницы не способен снять проклятое клеймо. К тому же если вкус супа сильно изменится, они сразу всё поймут.