Чтение онлайн

«Найден мусор гуманоидной формы. Угроза отсутствует» – замигало багровым сообщение.

Пальцем ткнул иконку пятого видеопотока. Картинка заплясала на экране, и ужас сбил дыхание. Светлая кожа на фоне черноты, изгиб и острота локтя, совершенного в своей гладкости. Выступы согнутого позвоночника, торчащий вверх уступ плеча. Бред на наяву. Голые человеческие тела не валятся со звездных туманностей!

– Открыть проход.

Воронцов прыгнул вверх и взлетел на экзоскелете. Магнитные боты удержали над корпусом и понесли с ускорением по веретену челнока в сторону хвоста со световыми парусами. Мозг несколько сбоил, но глаза контролировали бегунки прицелов на поверхности шлема. В неизвестное лучше стрелять. Но не в голое же человеческое тело? Что может быть беззащитнее? Или это прощальный прикол от юмористов «Открытия», маленький глюк в программке робота-репаранта?

И он увидел Это. Человека. Свернутого в позе эмбриона и брошенного у изгиба уходящего в темноту гигантского киля. По всем физическим законам ОНО не могло ни сохраниться, ни удержаться на поверхности корабля. Но торчало впаянной в металл болячкой.

– Данные химического анализа.

Щупальца робота приникли к голому бедру, а Воронцов опустился на корточки. Туго свернутая фигура была не пойми какого пола: ни груди, ни промежности в этом узле не разглядеть. Перечень химических элементов всплывал на проекции интеркома: металлы, много кремния, кристаллические соединения различной этиологии, водород.

Подаренная космосом ледяная скульптура? Вот уж спасибо, развеяли скуку. Труп словно прирос к обшивке. Отодрать и сбросить дьявольский подарочек в бездну – ничтожные усилия. Мертвое в помойку смерти!

Только это мертвое – уязвимая человеческая нагота.

С усилием завибрировавшего экзоскелета Воронцов просунул руки под туловище и дернул его вверх. Плохо представляя дальнейшие действия и не обращая внимания на яростное мигание интеркома, потащил добычу к открытому проходу – под защиту перекрытий корабля.

Что делать с загадочной и страшной находкой?

Глава 2. Наиль

Даже за стенами родной каюты успокоиться не получилось. Самое время поговорить с Наиль, благо автономное тестирование квантового интеллекта челнока закончено и можно обсудить с ним проблему «вживую».

Скрюченному человеческому телу лучше пока лежать в медицинском отсеке. "Оживить" химическую массу в минус триста градусов по Цельсию невозможно, но и оставить в технических помещениях рука не поднималась.

Отрегулировав температуру в медотсеке, Воронцов прямо в экзоскелете рванул в рубку управления.

– Наиль!

Кольцо генератора над головой ожило, заморгало сине-оранжевыми всплескам, и знакомая девичья фигурка возникла в центре рубки. Голограмма – экономный способ общения с челноком. Воронцов разработал воплощение сам, так чтобы приятно глазам. Годик оно соответствовало всем требованиям. Но, чем дальше в космос, тем больше своевольничало внешним видом и наглостью речей.

– Захотелось поболтать, наконец-то? – игриво спросила Наиль. – Сядем?

– Нет, лучше постоим. Нервничаю.

Подошла ближе, задирая голову. Короткий хвост волос, высокие скулы и слишком тонкая, уязвимая шея. Не девица, а веретено с глазищами. Руки худющие, а смотрит будто боксер супертяжелого веса. В реальной жизни такие девицы вызывали безотчетную тревогу, непонятно, то ли неосторожным словом до слез доведешь, то ли сам зубы обломаешь. Но здесь точно второе.

– Не удивительно, что нервничаешь. Нарушил правила, затащив внутрь неопознанный объект.

– Знаю. Не смог оставить такое снаружи.

– Почему?

Удивление искреннее, естественное, с нотками сочувствия. Ага, держи карман шире. Уже разложила по ячейкам, как конфеты по карманам, цепочки причин, следствий и методы вразумления подопечного человека.

– Должна проинформировать тебя, мой капитан, что заблокировала медотсек без прямого приказа.

«Мой капитан» значит, но сделано без приказа. Что ж, правильно. При угрозе безопасности пассажиров корабль мог сам принимать решения, если, конечно, не было запрета со стороны командира.

– Представляешь, что это такое, Наиль? Голые люди обычно не конденсируются посреди космоса.

– Это не человек.

– Понятно. Но что тогда?

– Не могу дать определенного ответа.

Она провела рукой по плечевому ребру скафандра. Спустилась пальцами к перемычке на груди.

– Здесь не открытый космос, но ты его не снял. Не чувствуешь себя в безопасности?

Воронцов отступил, пошарил глазами в поисках кресла.

– Наиль, пожалуйста, давай без этих штук. Ты же не девушка. Ответь на вопрос.

– Я девушка. Ты меня такой создал.

И, капризно скривив губы, отвернулась. Перемудрил Воронцов с воплощением искина. Хотел живую, непредсказуемую девицу – вот теперь получи и потей над трудными отношениями.

– Какой бы ни создал, ты – компьютер, и твоя главная задача – предоставлять информацию по требованию.

– А еще отвечать на вопросы, которые ты не задал, и выполнять обязательные процедуры, о которых ты запамятовал. Сядем.

Она развернула спинку сгенерированного кресла и указала на вторую громадину для Воронцова. Сидушка в самый раз, чтобы вместиться в теперешнем раздутом, усиленном облачении.

– У тебя есть подозрения, Павел? Поэтому не снимаешь оружие, ведь так?

Наиль устроилась удобнее, кокетливо взметнула ткань на гладких бедрах, и в глазах заиграли соблазняющие искорки. Воронцов чуть не застонал. При всем уме, психологию момента она не вытягивала и с контекстом «человеческого» поведения ошибалась регулярно. Но по сути – права.

– Тьма подозрений! Сначала за нами гналось облако космического мусора. Прям голодный дракон. Ну ты и сама знаешь. Думаю, оно и подбросило копию человека, чтобы… не знаю для чего. А я разволновался, как идиот, и затащил чужака внутрь.

– Разволновался и затащил, – согласно кивнула. – И активировал меня, когда дело было сделано. Хочешь, чтобы кто-то человекообразный слушал твои сомнения и кивал?

– Надеюсь, скажешь что-нибудь разумное. Как расхлебывать это дерьмо?

– Попробуем разобраться, – она невесомо коснулась лба Воронцова и по-дружески улыбнулась. – Очевидно, что нечто неизвестное знает, как выглядят люди, и на чем перемещаются.

От движения их колени соприкоснулись: угловатый уступ девичьих и медвежья махина с защитными сочленениями.