Чтение онлайн

– Ладно. Извини, – пробурчал, чувствуя себя идиотом. – Я немного не в себе, но ты не волнуйся. Просто скажи, как зовут и задавай вопросы.

– Женя, – выдавал тот после долгой паузы.

Женечка, значит, мать его в звездную дыру.

– Хорошо. А меня Павел. Про Игоря без понятия. Такого не спасал. Что еще хочешь узнать, Женя?

– Не спасали? – голос непонимающе сбился. – Я хочу знать, что... Что вы хотите от меня?

Тупик. Воронцов сам не прочь задать такой вопрос. Никого не преследовал, не забирался на чужой корабль. Разве что пролетел насквозь, казалось бы, инертной и бездушной субстанции. Или мстительной. Которая возжелала сатисфакции за нечаянное вторжение? Но Воронцов постарается вести себя миролюбиво.

– Ничего не хочу. Могу выйти отсюда и больше не появляться.

Но стал медленно приближаться к озадаченному существу. Интерком тревожно запищал – Наиль беспокоилась. Впрочем, силовую защиту экзоскафандра пробьет только мощная пушка, но не монстр из льда и камня.

С короткого расстояния хорошо просматривалась идеально гладкая, словно полированная, кожа на разных по форме коленях. Неизвестный стремился врасти в стену и исчезнуть. Игра или… Язык его тела успокаивал, говорил Воронцову о собственном явном превосходстве, что подпитывало отвагу и экспериментаторский пыл.

Выдохнув, он отчеканил с напором:

– Оставлю тебя взаперти, если прямо сейчас не прояснишь, зачем здесь оказался.

Женя странно всхлипнул, кивнул. В том же скрученном положении сполз ниже и в мгновение перевернулся на живот. Неожиданный манёвр вынудил Павла отступить, хотя в движении и позе существа читалась неуверенность.

Пластика странно скроенного тела дышала согласованностью и цельностью. Завораживала, как кратерный ландшафт с лунной орбиты. Найденыш несколько мгновений лежал неподвижно, демонстрируя голые ягодицы, лохматый затылок и явную нерешительность. Резким движением он сомкнул руки на голове, развел локти и вытянулся в струнку. В позе читалась закрытость одновременно с готовностью подчиниться насилию.

Воронцов потерял остатки уверенности и затоптался в недоумении. Накрывало призрачное дежавю, где-то и когда-то он наблюдал за подобным образом разложенными человеческими тушками. Не вспомнить при каких обстоятельствах, но что-то далекое от дружеского слияния душ.

– Я готов, – прозвучал отстраненный голос.

К чему интересно? Запеканию на вертеле на пиру каннибалов? Воронцов долбанул по датчику и пулей вылетел из медицинского отсека. К дьяволу такие контакты!

***

В каюте Воронцов распечатал короткими движениями гладкие швы скафандра и сцепки экзоскелета. Потом найдется время пришпилить снаряжение в темном складском отсеке, а сейчас лучше бросить груду у порога. Запустил модулятор пространства на самую комфортную обстановку: низкая лежанка, обмыленные края стакана в руке и никакой воплощенной Наили. Обсуждать неприятное поведение найдёныша с разумом корабля в хрупком девичьем теле не хотелось до тошноты.

– Сделай поуютней. Как дома. И порцию ледяной вишни.

Крепкая вишневая наливка самое то для успокоения нервов и мыслительной концентрации. Изогнутые стальные панели зазмеились генераторными огоньками. Ячейки пола под политекой вздуло приветливой кушеткой, а по ней рассыпались расчерченные восточной геометрией подушки. Головы торшеров проклюнулись по углам. Напротив невесомой плоскости лакового стола с моделью солнечной системы улегся экран для видео реконструкций.

С бокалом в ладони и упругой мягкостью под спиной стало как-то спокойнее. Появились силы обдумать случившееся.

Поза существа говорила о подчинении возможному насилию. Но все-таки не сексуальному, другому. Хотя тут Воронцов не эксперт. Тягой к бесполым созданиям, больше похожим на страшных мужиков, он никогда не страдал, и секс с такого ракурса не видел.

В прошлом тысячелетии на Земле однополая любовь была в большом тренде, потом как-то все выровнялось. Сексуальные революции отгремели в незапамятные времена, а спишь ты с девкой, мужиком, роботом, клоном или инопланетным монстром – мало кого интересовало. Никаких табу общество особо не навязывало, а со школьной скамьи учило принимать себя таким, как ты есть, понимать противоположенный пол, дарить телесное удовольствие. А брак воспринимать чем-то вроде заповедника для выращивания драгоценных спиногрызов. Пленительность однополого слияния со временем угасла.

Дело вообще не в нем. То, что он увидел в медотсеке, не милое сердцу вожделение, а готовность признать чье-то насилие и подчиниться. Перед ним будто стелилась жертва. Если гнусная межзвездная пыль решила подбросить живую копию человека, то почему такую? Словно разрыла поросшие историческим быльем земные могилы. Или…или…

Воронцов сделал полноразмерный глоток, и аж в носу защекотало от удовольствия. Свесил бокал до пушистого голубого ковра на полу и расслабился. Прекрасная псевдоматерия. Но лучше ей не злоупотреблять. Во-первых, это не просто голографические картинки, а потому больший расход энергии. Во-вторых, после сотканной из силового поля псевдореальности накрывает жестокий откат. Больно от понимания, что вокруг только бесконечно пустая вселенная. Теперь, правда, появилась запуганная особь с виду мужского экстерьера. Явилась со звезд с дурацкими вопросами про Игоря и складывает руки на затылок.

Что-то похожее происходило на заре человеческой цивилизации. Боги слепили женщину из глины и воды, оживили и отправили соблазнять. В наказание людям. Челнок «Наиль» удостоился повторения древней истории. Но в мифе наказывали человечество, а Воронцов пребывал на корабле в одиночестве и вряд ли представлял собой что-то занимательное для высших сил. Вот и подсунули не красоту, а страшного мужика. Может, это бесполый космический Голем?

Так, стоп!

Отставить в сторону пустой бокал и подумать. Сопоставить факты. Пальцы выбивали барабанную дробь на коленке, голова раскачивалась в такт неслышной мелодии, а торшеры наблюдали внимательным светом. Воронцов мог спроектировать город, летающей над жаркой печкой Венеры, но понятия не имел, что делать испуганным космическим гостем.

Первое. Вернуться к Жене. Спрашивать, настаивать, давить. Вытащить все. Вот откуда он, такой прыткий, свалился? Возможно, погиб на древнем земном корабле во время первых попыток колонизаций тысячелетие назад. И какая-то сила, условный бог, его отсканировала и втиснула память в новую форму. А Игорь? Кто такой, мать его, Игорь? Гефест, слепивший Женечку? Хотя вряд ли. Он что-то говорил про «нашел». Бред какой-то.

Второе. Послать исследовательский зонд в обратный путь. В сторону пылевого облака. Сам удрал, как весенний заяц, но зря… С такой аномалией межзвездной пыли не сталкивались и на «Открытии». Что двигало этой силой, бросившейся за кораблем по жгучему следу плазмы? Вселенский голод или желание донести что-то важное? Тогда гомункул по имени Женя – послание?

Зонд снабдить полным исследовательским функционалом. Шансов на удачный исход мало, но попробовать следует.

– Наиль, зайди.

Воронцов позвал и поймал себя на том, как яростно трет переносицу, вспоминая морок неловкости после визита в медотсек. Опустил руку.

– Что желаете, дорогой господин?

Вычислительная дева изящно и невесомо уселась на поверхность столика. Голые ножки сомкнулись, на одной забренчал золотой браслет. Издевается. Наверное, переборки корабля гомерически содрогались, когда он бежал от испуганного Франкенштейна – назовем пока его так.

– Отправь к точке столкновения полифункциональный зонд. Полный комплект для средового анализа.

– Вероятность возвращения тридцать пять процентов, командир. Полное выполнение миссии – десять процентов.

– Чушь. Не на чем строить прогнозы. Уверен, что ни аналогичных прецедентов, ни похожих средовых отклонений не было зафиксировано.

Наиль надула губки. Было с чего: Воронцов уперся чисто из вредности, компьютер строил модели даже из экспоненциально растущего хаоса данных.